Алиса Ковалевская – Лили. Заставлю тебя полюбить (страница 9)
На этот раз его направленный на меня взгляд оказался дольше. В нём не было насмешки, только пренебрежение. Я для него – мошка. И что раздавить меня он может в любой момент, Мирон явственно показал. Откуда он про мою семью столько знает?! Заслал своих людишек, чтобы выяснили всё?!
– Так как думаешь, Лиля? Мама справится?
– Вы не мерзкий. – Выплюнула я. – Я вчера ошиблась, Мирон. Вы подлый. Расчетливый. Мерзавец.
Я найду способ с ним справится. У нас же не девяностые, в конце концов! Людей в наше время не похищают и не заставляют жить по своим правилам!
– Ничего личного, Лили.
– Не называйте меня Лили! Так…
– Мой брат тебя называл?
– Откуда вы знаете…
– Он рассказал.
– Он не мог.
– Ну хватит, – отсёк грубо. – Я много чего знаю. Марк смеялся, рассказывая мне о тебе.
– Ненавижу тебя.
– На ты мы не переходили.
– Вот именно, Мирон Фёдорович, не переходили! Поэтому прошу ко мне тоже обращаться на вы.
– Как скажете, Лилия…
– Александровна.
– Отличное отчество, Лилия Александровна.
– Спасибо папе, – сказала с гордостью. – Лилия Александровна – звучит куда лучше, чем… Не будем показывать пальцем, чьё имя.
Он не ответил. Притормозил на светофоре с каменным выражением лица. Но мне он казался напряжённым.
Я отвернулась к окну. Рано или поздно всё вернётся на свои места. Почему Марк вчера прочитал сообщение и не ответил?! Единственной причиной для такого могла быть смерть. Меня передёрнуло от мимолётной мысли о том, что его может не стать. Бред! Он прочитал сообщение! Прочитал!
***
Дорога заняла больше часа, хотя Мирону, на удивление, удалось объехать пробки. Мы даже почти нигде не застряли. На подземный паркинг он не въехал – остановил машину прямо напротив главного входа.
– Выходи.
Я одарила его злым взглядом.
– Вечером, чтобы была на этом же месте. В пять минут седьмого.
Не дождавшись ответа, он повернул ко мне голову.
– В пять минут седьмого, – повторил сухо и твёрдо.
– Буду.
Я вышла из машины и захлопнула дверь так сильно, как только могла. Но хлопок вышел так себе. Это же не папина «Лада» – здесь всё предусмотрено!
От злости и беспомощности меня колотило. Перехватила на себе взгляд одной из сотрудниц. Народа у офисного центра было полно – Добронравов, как он сам выразился, не терпел опозданий, и все стремились угодить ему. Сколько человек видело, что я вышла из машины хозяина?! Десять?! Больше?! Сплетни разнесутся быстрее, чем простуда в детском саду!
Я резко обернулась. Машина Добронравова стояла на прежнем месте, но спустя секунду вдруг сорвалась и уехала.
– Ты что, с Мироном Фёдоровичем приехала?
Я повернулась. На меня, вылупив глаза, смотрела ещё одна коллега.
– Да, – ответила и зашла в офис.
Если Добронравову плевать, мне – тем более!
Глава 9
Лилия
В пятницу, как и на протяжении трёх дней, прошедших с момента моего вынужденного переезда в дом Мирона, он остановил машину у главного входа. Я терпела долго, но, когда он демонстративно открыл дверь, не обращая внимания на менеджера из моего отдела, я психанула.
– Вам нравятся сплетни?!
– Сплетни?
– Да, сплетни! И не делайте вид, что не поняли! Вы не дурак!
– Он хмыкнул.
– Наконец услышал от тебя комплимент.
Я резанула его взглядом. Да со стеной проще разговаривать, чем с этим напыщенным индюком! Сидит в своём огромном доме, как упырь, и только и делает, что самолюбованием занимается!
– Я не терплю болтовни за спиной, Лили. Мои сотрудники это знают. Вряд ли кто-то захочет расстаться с местом в «Добронравов Групп» из-за длинного языка.
– Вы о себе слишком высокого мнения, Мирон Фёдорович. Опозданий вы не терпите, болтовни… До добра излишняя самоуверенность ещё никого не доводила.
Я вышла из машины, не дожидаясь его ответа. Пусть хоть слово последнее за мной останется! Маленькая, и всё же победа.
В лифте я ехала вместе с сотрудницей нашего отдела. Та украдкой разглядывала меня через зеркало. Я резко повернула к ней голову, и она сделала вид, что ни при делах. Выйдя на этаже, я достала телефон.
Отправленное вчера Марку сообщение так и висело непрочитанным, как и два до него. Он не прослушал ни одного моего голосового. А ведь всегда говорил, что у него стояк от моего голоса! Что если бы оглох и имел возможность слышать только один звук – выбрал бы мой голос.
– У вас новое рабочее место, Лили Александровна?
Я подпрыгнула на месте и зло сузила глаза.
– Не называйте меня Лили! Никогда!
Мирон глянул на меня, как на вошь, и прошёл мимо. Времени одна минута одиннадцатого, будь он неладен!
– Мирон – пустозвон, – шикнула ему вслед и, затолкав поглубже досаду, пошла к себе в отдел.
– Лилия, ты меня слышишь?
Старший менеджер с недовольным видом стояла надо мной.
– Слышу, Юлия Юрьевна.
– Ты сделала запрос в «ЮТ групп»? Я говорила об этом тебе утром.
Чёрт, чёрт, чёрт! Она мне говорила, но… Сперва малыш разбушевался в животе, потом… Потом я открыла наши с Марком фотографии на телефоне, и нафиг мне ничего не сдалось. Всё вспоминала, как мы вместе встречали рассвет на балконе нашей квартиры, как он возил меня по ночной Москве, показывал любимые места и иногда вставлял, кивая на вывеску клуба «а тут мы зависали с парнями».
Одни воспоминания воскрешали другие, и малыш, словно чувствуя моё настроение, беспокоился. Такой маленький, а уже всё понимает.
– Сколько можно, Лилия?! – взвизгнула Юлия Юрьевна. – Чем дальше, тем хуже! Ты забыла, кто ты?! Строишь из себя ценного сотрудника, а сама – пустое место! Вчера ты забыла отнести бумаги, позавчера не вызвала курьера, а сегодня…
– Простите, Юлия Юрьевна, – сказала покаянно. – Я буду внимательнее. Сегодня…
– Меня не интересует, что у тебя сегодня, что вчера было! Мне не нужны такие сотрудники! Таких девочек, как ты – миллион, и найти ту, что будет работать, труда не составит. Ещё одна оплошность, и ты вылетишь из «Добронравов групп», как пробка из бутылки.
Все, кто был в отделе, косились на нас. Старшая с чувством исполненного долга вздёрнула оба своих подбородка и отошла.