Алиса Князева – Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта (страница 48)
— Ты подумал о кошках, — говорю я, не в силах скрыть удивление.
— Разумеется. Они важны для тебя, — просто отвечает Кайндар. — Значит, важны и для меня.
Мы поднимаемся по изящной лестнице на второй этаж, и он ведёт меня к двустворчатым дверям в конце коридора.
— Это твоя спальня, — говорит он, открывая двери.
Я вхожу и застываю на месте. Спальня огромна и прекрасна — с балдахином над кроватью, туалетным столиком из светлого дерева, мягкими коврами на полу.
Кайндар останавливается за моей спиной, а когда я оборачиваюсь, то вижу, как он достаёт из кармана свёрток документов:
— Это для тебя. Документы на владение поместьем и прилегающими землями. Всё твоё, Мариан. Полностью и безоговорочно.
Я беру бумаги дрожащими руками, пробегаю глазами по строчкам. Моё имя. Моя собственность. Мой дом. И земля под ним теперь тоже. Никаких уловок?
— Я не знаю, что сказать, — шепчу я.
— Ничего не говори, — отвечает он. — Просто прими это. Как извинение. Как обещание. Как… новое начало, если ты захочешь.
Наши взгляды встречаются, и время словно замирает. В его золотых глазах я вижу то, что так долго искала — честность. Открытость. Мужчину без маски и притворства.
— А если я захочу, чтобы это новое начало включало не только дом? — спрашиваю я тихо, делая шаг к нему. — Если я захочу, чтобы оно включало тебя?
Его дыхание сбивается, в глазах вспыхивает надежда:
— Тогда я буду самым счастливым драконом в мире, — отвечает он просто. — Потому что я никогда не переставал любить тебя, Мариан. Даже когда мы были врагами, и я притворялся, что ненавижу тебя — всё равно любил. Прости за то, что поставил работу выше семьи. Это была глупая ошибка.
Я смотрю на него — на мужчину, который причинил мне столько боли и дал столько счастья.
На мужчину, который разрушил мой дом, чтобы построить его заново, лучше прежнего.
На мужчину, который, несмотря на все наши ошибки и заблуждения, всё ещё стоит здесь, открывая мне своё сердце.
И я понимаю, что, несмотря ни на что, я тоже никогда не переставала его любить. Почти наверняка я просто слишком старая, чтобы решиться на кардинальные перемены в своей жизни. Тем более что главная проблема уже изящно решена.
— Разумеется ошибка! Ты невыносимый, упрямый, невозможный! — говорю я, сокращая расстояние между нами. — И я люблю тебя. Все эти годы, все эти ссоры и примирения… Я всегда любила. Дура, наверно.
— Не согласен, но если так, мы оба дураки.
Его руки обнимают меня, и я чувствую, как они слегка дрожат. Или это я дрожу? Трудно понять, где заканчиваюсь я и начинается он.
— Мы можем начать сначала? — шепчет мне в волосы. — Без лжи, без недомолвок. Просто ты и я.
— И несколько десятков кошек, — добавляю я с тихим смехом.
— И несколько десятков кошек, — соглашается он, и я слышу улыбку в его голосе. — Думаю, я могу с этим жить.
Я поднимаю голову, встречаясь с ним взглядом:
— А у тебя выбора нет, — усмехаюсь я, а после добавляю. — Я тоже.
Его губы находят мои, и в этом поцелуе — обещание, извинение, новое начало. За окном садится солнце, окрашивая комнату в оттенки золота и меди.
Я потеряла один дом, но обрела другой — лучше, прекраснее. И главное — в этом доме больше нет призраков прошлого, нет тайн и недомолвок. Только будущее, которое мы будем строить вместе.
День за днём, камень за камнем, как новое поместье, возродившееся из пепла старого.
И я знаю, что на этот раз мы всё сделаем правильно.
Эпилог
Солнце клонится к закату, окрашивая небо в розово-золотистые тона. Я стою на террасе и окидываю взглядом сад перед поместьем, которое за три года превратилось в нечто гораздо большее, чем просто дом. Оно стало прибежищем — не только для меня, но и для десятков людей, ищущих покоя вдали от суеты столицы.
«Кошачий приют» — так назвали его гости. Не самый изысканный вариант, признаюсь, но оно прижилось. И, должна сказать, вполне точно отражает суть.
Сейчас у нас живёт более сотни кошек разных возрастов, окрасов и характеров. Некоторые — потомки тех, кто жил здесь ещё с Серайз, другие — найдёныши или спасённые из неблагополучных условий. Есть подкидыши. Каждая со своей историей, каждая — особенная.
Ветер доносит детский смех из сада, где малыши играют под присмотром нянек. Среди них — двое моих внуков, дети Элизабет, темноволосые непоседы с золотистыми искорками в глазах. Дар их деда, метка драконьей крови, что будет проявляться всё сильнее с возрастом.
— Леди Мариан? — голос отвлекает меня от созерцания. Поворачиваюсь и вижу молодую женщину с маленьким мальчиком лет шести. Её лицо смутно знакомо — должно быть, они приехали пару дней назад. — Могу я поговорить с вами?
— Конечно, — улыбаюсь я, переключая внимание на посетителей. — Чем могу помочь?
Женщина нервно теребит рукав платья:
— Это насчёт Пятнышка. Мой сын… мы очень привязались к нему и хотели бы… — она запинается, видимо, не зная, как правильно сформулировать просьбу.
— Мы хотим забрать его домой! — выпаливает мальчик, глядя на меня широко раскрытыми карими глазами. — Пожалуйста! Я буду о нём заботиться, обещаю!
На шее у каждого из наших котиков есть ошейник с жетончиком, на котором написано имя, чтобы гости могли сами знакомиться с местными обитателями.
Пятнышко — был котёнком Чуда, которую я спасла в свой первый день, когда приехала сюда. Сегодня он уже молодой чёрный кот с пушистым хвостом, белыми носочками на лапах и большим пятном на груди. Спокойный, дружелюбный, обожает сидеть на коленях и мурчать. Идеальный компаньон для ребёнка.
— Понимаю ваше желание, — говорю я, наблюдая, как загораются надеждой глаза мальчика. — И это возможно. Но у нас есть определённые правила по передаче наших питомцев в новые дома.
Женщина кивает. Она выглядит одновременно обнадёженной и настороженной:
— Какие правила?
— Прежде всего, мы должны убедиться, что ваш дом подходит для кошки, — объясняю я. — Один из наших сотрудников посетит вас, проверит условия и даст рекомендации по обустройству пространства, если потребуется. Мы также попросим вас подписать договор, обязывающий заботиться о питомце и не передавать его третьим лицам без нашего ведома.
Женщина выглядит удивлённой:
— Это… необычная практика. Я думала, вы просто отдаёте кошек желающим.
— Наши кошки не вещи, которые можно просто отдать, — мой голос мягок, но твёрд. — Они живые существа с характером и потребностями. Мы должны быть уверены, что они попадут в хорошие руки.
Мальчик, который внимательно слушал разговор, внезапно расплывается в широкой улыбке:
— Значит, мы сможем забрать Пятнышко, если наш дом ему подойдёт?
Я наклоняюсь к нему, встречаясь с ним на одном уровне:
— Как тебя зовут?
— Дарси, — отвечает он, гордо выпрямляясь.
— Что ж, Дарси, я вижу, что ты действительно любишь Пятнышко. И если твой дом будет для него безопасным, а мама согласится со всеми условиями… да, он сможет стать частью вашей семьи.
Мальчик подпрыгивает от восторга:
— Слышала, мама? Пятнышко будет жить с нами!
— Если всё пройдёт хорошо, — добавляет она, но тоже улыбается. — Спасибо, леди Мариан. Когда мы можем ожидать вашего представителя?
— Я записываю ваш адрес, и в течение недели к вам приедут, — говорю я, доставая из кармана маленький блокнот. — А пока вы можете продолжать общаться с Пятнышком здесь, чтобы лучше узнать друг друга.
После того как я записываю их адрес в столице и прощаюсь, наблюдаю, как они удаляются по садовой дорожке. Дарси практически подпрыгивает от восторга, увлекая мать к кошачьему павильону, где, несомненно, ждёт Пятнышко.
— У меня хорошее предчувствие насчёт них.
— Разговариваешь сама с собой? Первый признак того, что пора отдохнуть, — раздаётся смеющийся голос за моей спиной.
Оборачиваюсь и вижу Элизабет. Её волосы собраны в небрежный пучок, на щеке след от краски — должно быть, снова рисовала с детьми.
— Просто размышляю вслух, — улыбаюсь я, обнимая её. — Как прошёл день в детской комнате?
— Шумно, — она смеётся, — но весело. Лилиан нарисовала портрет Тени, который выглядит скорее как медведь с очень длинным хвостом. А Генри решил, что песок из кошачьего лотка отлично подойдёт для строительства замка.