Алиса Климова – Я так тебя любила, предатель (страница 5)

– Просто… Если нет, тогда почему ты не в духе?

Он пристально на меня посмотрел. Мне захотелось поёжится, хотя в чём дело, я так и не могла понять.

– К нашему разговору о ребёнке. Я считаю, сейчас это нам ни к чему. В ближайший год – два ни о каком ребёнке речи идти не может.

– Но… Ты что хочешь сказать?

– Ты сама понимаешь, что я хочу сказать. Компания вышла на новый уровень, тебя заменить никто не сможет. Я не против ребёнка, но не сейчас, Стась.

– То есть ты хочешь, чтобы я аборт сделала?

– Это единственно верное решение.

Я смотрела на него и не могла поверить, что слышу это. Но взгляд Егора оставался жёстким, а поза напряжённой.

– Я не буду делать аборт.

– Станислава…

– Я не буду делать аборт! – воскликнула я. – Это ребёнок, а не контракт и не инвестиции! Ты себя слышишь, Донцов?! Что значит «сейчас не время»?!

– Это значит, что сейчас не время! – Он взял меня за предплечье. – Послушай меня…

Я вырвалась.

– Да иди ты к чёрту! Не буду я тебя слушать! Знаешь, что?! Если тебе не нужен ребёнок, катись, куда хочешь! Вместе с Хисямовым, вместе с компанией! Я не буду делать аборт!

Я ушла из комнаты. Меня трясло, на глаза наворачивались слёзы. Не зная, что делать, я как в плохом кино вытащила из шкафа-купе чемодан. Закрыла дверцу и увидела отражение Егора в зеркале.

– Ты что делаешь?

– А разве не понятно? Собираю вещи и ухожу от тебя! Да как ты… Как ты можешь, Егор?!

Он опять хотел взять меня за руку, но я оттолкнула его ладонь, взяла чемодан и, обойдя Егора, ушла в спальню.

Глава 4

Станислава

Вошедшая вместе с Дашей Алёна поставила на стол торт.

– Хотела купить вино, но… В нашем с тобой положении придётся обойтись без него. Прости, Даш, – сказала она моей сестре и опять повернулась ко мне. – Как ты, Стась?

– Нормально.

– Твоё нормально у тебя на лице написано.

– Правда нормально, Алён. Даша не даст соврать.

– А при чём здесь Даша? – подала наконец голос сестра. – Мне то как раз не кажется, что ты нормально. За неделю ни разу на улицу не вышла. Скажешь, это нормально?

Я вздохнула. У сестры на пороге я появилась на границе ночи и утра, примерно в половину пятого. С чемоданом, едва сдерживая слёзы, раздираемая гневом и болью. Она только посмотрела на меня и, ничего не сказав. Пропустила в квартиру. Я тоже ничего не сказала – просто вошла. Со словами «кровать не застелена, но в остальном комната в норме», она показала мне на дверь за изгибом коридора и ушла спать дальше. Не потому, что не хотела остаться со мной, а потому что достаточно хорошо меня знала, чтобы понимать – сейчас мне надо побыть одной. Я аккуратно разделась, положила вещи на полку шкафа. Сходила в душ, умылась и легла, предварительно выключив телефон. Смотрела, как потихоньку светлеет небо, глаза резало от сухости и усталости, а сна не было. Так я и пролежала в оцепенении, пока Даша не ушла на работу. Моя новая приёмная была шикарная. Сегодня должны привезти недостающую мебель. Только возвращаться в «Донцов групп» я не хотела. Ни завтра, ни через неделю, ни через месяц – никогда.

Даша заварила чай с гвоздикой, имбирём и душистым перцем, как умела только она и, разлив по чашкам, добавила всем по капле сливок. Алёна разрезала торт. А я сидела без дела, как немощная.

– На, – будто поняв, о чём я думаю, сунула мне сера три блюдца. – Разложи хоть. А то на тебя смотреть тошно.

– Я отлично выгляжу, – возразила я, заставив себя начать шевелиться.

– Угу. Выглядишь ты, может, и отлично, только всё равно вид, словно тебя в лужу окунули, – поддержала её подруга.

– А меня в неё и окунули. Или как назвать то, что мужчина, с которым я уже Бог знает сколько времени, отправил меня на аборт?! Как это ещё назвать?!

– Назвать так, что он козлина, – отрезала Даша. – Я, честно говоря, от Егора такого не ждала. Он не подарок, самомнение у него то ещё, но мне казалось, что он тебя действительно любит.

– Вот и мне казалось.

Я шлёпнула на блюдце самый красивый кусок и поставила перед Дашкой, второй, с розочкой поменьше, перед Алёнкой, а себе взяла простой, самый маленький, потому что ничего не хотелось. Только в глаза Егору посмотреть ещё раз.

– Я девять лет «Донцов групп» отдала, девочки. Девять лет! Разве этого мало?! А он – не время сейчас! Как будто ребёнок – это контракт, заключение которого можно отсрочить. Ему этот грёбаный инвестор…

Меня прервал дверной звонок.

– Мы ещё кого-то ждём? – спросила Алёна.

– Вроде, нет, – ответила Даша и посмотрела на меня.

Я мотнула головой. Встав, сестра пошла открывать, оставив нас с Алёной наедине. Подруга дотронулась до едва заметного животика.

– Мне кажется, мальчик будет.

– Имя уже выбрали?

– Если девочка – Соней назовём, наверное. Дима так хочет. А если мальчика – Ярослав. Ему не очень нравится, но у ребёнка и так будут его фамилия и отчество, так что придётся смириться.

– Можно? – взглядом показала на её животик.

Она взяла мою руку и положила на него.

– Скоро у тебя самой такой будет. Оглянуться не успеешь, как джинсы перестанут на тебе сходиться. Правда, ты так похудела… Стась, неужели Егор так…

– Стась! – громко крикнула из коридора Даша. – Иди сюда.

В дверях стоял Егор. С букетом роз, в пиджаке и белой рубашке. Едва я увидела его, сердце так и забилось в горле. Гнев усилился в десяток раз, боль – в сотню.

– Мы с Алёной на кухне, если что, – сказала Даша. – Я его не пустила, но смотри сама.

Она ушла и закрыла дверь на кухню.

– Она не пустила, а ты пустишь?

Я помялась.

– Нет.

– Тогда, может, ко мне выйдешь?

– Зачем ты пришёл?

– Прощения попросить. Понимаешь, Стась, я тогда как-то… – он провёл ладонью по волосам, растрепав их. – Я всю эту неделю с ума сходил. Ты мне нужна, Стаська. Не могу я без тебя.

Я всё-таки вышла к нему. Посмотрела на цветы, в лицо Егору.

– Прости меня. – Он схватил меня за руку. – Я дураком был. Не знаю… испугался, что ли. Сама же знаешь – все мысли о работе, о делах, и я как-то в это всё ушёл. А тут ты говоришь, что беременна. Прости, Стаська.

Я высвободила руку. Сердце забилось ещё сильнее, но появилось недоверие, настороженность, которых раньше не было.

– Что, тяжело без меня? Никто за тобой с расписанием не бегает, на встречах тебя заменить не может, в случае чего? Твои просьбы наперёд не предугадывает?

– Да при чём здесь это?! – с досадой бросил он. – Не хочешь в «Донцов групп» возвращаться – не возвращайся. Главное – ко мне вернись. Стась… – он достал из кармана бархатную коробочку.

Цветы ему мешали, но он всё равно изловчился и открыл её. Сердце готово было выскочить из груди, когда он, глядя на меня тяжёлым, пристальным взглядом, протянул кольцо. Я сглотнула и, кое-как оторвав взгляд от кольца, посмотрела на Егора.

– Выходи за меня. Ты всё время рядом была, и я как-то не задумывался… А тут понял, что мне уже тридцать семь. Мы с тобой столько вместе, Стаська. Я люблю тебя.

На глаза навернулись слёзы. Кричать, ругаться, обвинять его я просто не могла.

– Я тоже тебя люблю, Егор, – прошептала я.