Алиса Хоуп – Последняя надежда (страница 25)

— Но ищейки здесь при чем? — решила прояснить конкретно этот момент. — Не потащат ведь они меня в Нодерр силой? Или, как вариант, охота велась не за мной, а за вами. Неспроста вы ведете себя столь скрытно, что наставили сразу несколько защитных куполов и не высовывали за их пределы носа.

Ятано-Ори подошел ко мне, опустил ладонь на мою голову и по-отцовски улыбнулся. Потрепал волосы. Присел на корточки и всмотрелся мне в глаза.

— Тебя не собирались никуда возвращать, Лика. Черный отряд специализируется на уничтожении. Я имел как-то возможность наблюдать за их работой и был впечатлен. Опытные люди, которую действуют четко и очень слаженно.

— Вы уверены?

— Я сделал многоступенчатую защиту и успел их внимательно рассмотреть, пока ты отсутствовала. Черные замаскированные метки на щеках, алые кулоны на груди. Это наемники, Лика.

Я часто заморгала, прижала руку к груди. Не может быть. С какой стати?

— Родерик? — тут же озвучила свою догадку.

— Безусловно! Подозреваю, Нил тоже тебя ищет, но с моей защитой и умением заметать следы мало кто может справиться, а потому друг тебя вряд ли найдет. Я пользуюсь устаревшими приемами, о которых мало кому известно. Но эти ребята специалисты в своем деле. И они не остановятся.

— Не хочу в это верить, — зажмурилась, сжала руку преподавателя. — Пусть бы вы ошиблись.

— Скорее всего, Нил уже вступил в наследование, потому как не мог оттягивать вечно. Хайзиран не из терпеливых. Информация доходит до меня с запозданием, поэтому некоторые моменты я в состоянии лишь предполагать. Если твой друг стал главой клана, то сейчас очень занят и не может отвлекаться на посторонние дела. Это развязывает руки Родерику и позволяет ему действовать более решительно.

— Не понимаю, зачем ему меня убивать. Да, он уже сделал попытку, скинув меня с балкона, но все равно это странно.

— Он ведь четко сказал, что не позволит тебе усилить Нила. Так? — Я кивнула. — Сама подумай. Он с детства считался единственным наследником. Готовился к тому, чтобы стать главой клана Норт. Он должен был занять это место, а потом, едва Лунные окончательно утратят доверие, взойти на трон Архара. Кто от такого откажется? Посуди сама, ему не понравилась роль второго, а судя по тому, что я успел заметить во время своих лекций, этот дракон злопамятен и привык добиваться своего. Любыми способами!

— Но если провести все иначе, как-то уничтожить Нила… хотя думать об этом не хочется… и потом взять меня в жены, то Родерик лишь выиграет. И зачем тогда он тянет, если так уж хочет быть главой?

— А зачем портить свою репутацию? Раньше, еще до создания совета и предшествующего ему малого круга, подобный чопорный способ подействовал бы, — пояснил преподаватель и поднялся.

Воздушный подошел к окну, всмотрелся вдаль. Интересно, а из какой он семьи? Вдруг тоже был из верхушки, но жизнь повернулась так, что пришлось стать наставником девушки из другого мира и скрываться от всех подряд?

— Если я все верно понял, то сейчас готовится особый указ о защите драконов — не всех, но хотя бы чистых кровью. И тогда любое посягательство на собратьев будет жестоко караться. Совсем недавно началась его проработка и обсуждение — как способ остановить войну. Драконов слишком мало, чтобы допустить вымирания всей нашей расы. Дневные, теперь Лунные. Если так дело пойдет и трон Архара займет кто-то из стихийных, то недалеко до момента, когда останется кто-то один. А там и до полного исчезновения недолго.

— Но тогда Нил попадет под раздачу, — вскочила я, вспомнив об обвинении его в убийстве Данэри.

Ятано-Ори криво улыбнулся. Я же заставила себя успокоиться и опустилась обратно на стул, чтобы выслушать все объяснения и ничего не пропустить.

— Не волнуйся за него. Этот инцидент уже обсуждался. Хайзиран не даст своего сына в обиду: он уже вступился за него и, помимо того, что отвел подозрения, так еще обвинил Вуррана в посягательстве на жизнь наследника его клана, выставив Нила жертвой. Потому что здесь свидетели есть, а при убийстве Луниари — нет.

— Но как же воспоминания, которые достали у Данэри?

— Их назвали недостаточными, — развел руками Ятано-Ори. — Кинжал исчез, а в самих воспоминаниях нет момента, когда Нил именно убил девушку. Поэтому его оправдали.

— Как-то все сложно, — я поднялась и сделала несколько шагов по комнате.

— Поэтому тебе лучше не вмешиваться. Уверен, у Родерика есть план, и ты в силах ему помешать. И пусть птица навечго умолкнет, чем будет щебетать в отдаленной глубинке. Магия Лунных и Дневных созвучна и в то же время противоположна. Первые заглядывают в воспоминания, а вторые в состоянии показать их остальным, наполнить помещение иллюзиями, продемонстрировать наглядно то, что темнейший может лишь передать на словах.

— Значит… — я прикусила губу.

В голову проникла шальная мысль выяснить истинный ход событий. Если я могу… то почему бы не обелить до конца имя друга и тем самым раскрыть истинного заговорщика? Тогда виновные будут наказаны, а я, если все же решусь вернутся в прошлое, то предотвращу смерть Данэри, спасу тем самым Лунных и со спокойной душой заберу своего Нила обратно в мой мир. Не идеальный ли план?

— А вы от кого прятались-то?

— От Вуррана, — нахмурился Ятано-Ори. — Но принц не промах. Пообещал со мной разобраться, однако за все время твоего пребывания даже взламывать защиту не стал. А я все гадал, сдержит слово или нет.

— Какое?

Преподаватель передернул плечами. Посмотрел на меня с грустью. Казалось, не скажет. Вновь переведет тему разговора, как поступал до сегодняшнего дня, намеренно не вмешиваясь в мои дела и позволяя разбираться с проблемами самой. Мы вообще с ним общались только по поводу моей магии. Я, конечно, рассказала о своих приключениях, а он… промолчал.

— Академия, думаешь, разрушена из-за Луниари?

— Да. Темнейший обещал ректору, что камня на камне не оставит, если с Данэри что-то произойдет. Вот, — махнула я рукой на окно.

— Однако две недели тебя не было, а академия выстояла до твоего возвращения. Помнишь?

— Вы на что намекаете?

— Вурран разворотил все из-за тебя. Злился. Выплескивал гнев. Объявил, что не имеет смысла в академии, если удержать своих же студентов не может. Не говоря уже о том, чтобы доподлинно определить магию. А потом его взор устремился на меня. Он часто наблюдал за нашими занятиями, присматривался к тебе — я это заметил. И вовремя устранился, поняв, что скоро прозвучат вопросы, на которые я из-за нашей клятвы на крови не смогу дать ответы. Вот и вышло, что скрывался от темнейшего. Первое время безуспешно, потому часто перебирался с места на место, а потом осел там, где ты меня нашла.

Я прикрыла глаза. Пальцы начали подрагивать. Вспомнился наш утренний разговор с Вурраном и его последнее «Я принял!». Внутри скрутило в немой боли и тут же отпустило, оставив тягучую пустоту. Нет, я не должна так реагировать.

Он… помешанный, сумасшедший, безумный. Готовый уничтожать из-за меня. Навязал мне свое мнение, едва не убил Нила, разрушил академию, преследовал Ятано-Ори.

Я прижала руку к груди и посмотрела на преподавателя. Все неправильно. Мне не нужен такой. Значит, сегодня утром я не совершила ошибку и верно сделала, что отпустила, сказала те слова и не поддалась дурацким порывам.

Но отчего же так ноет сердце? Почему кажется, что я оттолкнула того единственного, с кем мне суждено быть? Я ведь… уже много раз прокручивала в голове все плюсы и минусы моего возможного согласия. Вот только нам с принцем не предначертано было встретиться. Мы из разных миров! И даже времен. Наши пути изначально не переплетались — это не судьба, а следствие постороннего вмешательство. И если поддаться необоснованным желаниям, то последствия могут оказаться необратимыми, даже плачевными.

Казалось, я в состоянии решать судьбы.

Не только свою!

Стоит объявить о себе, занять чью-то сторону в давно развернувшейся борьбе или раскрыть ошибки прошлого, и все изменится. Но к чему это мне? Я всего лишь Лика Самвилл с Земли. Даже не дракон, что бы ни говорил Ятано-Ори. Обычный человек, волей случая оказавшийся не в том месте.

— Если тебе интересно мое мнение, — отстраненно заметил Воздушный, — то зря ты так.

— Не понимаю, о чем вы, — я со свистом втянула воздух и в защитном жесте сложила руки на груди.

— Драконья пара — не игрушка, Лика. Возможно, ты не переродилась и потому не чувствуешь…

— А я не хочу этого чувствовать! — прорычала сквозь зубы, вмиг рассердившись.

Видимо, наш разговор окончен. Я узнала достаточно, а слушать по поводу моих взаимоотношений с одним особо самоуверенным драконом точно не стану. Потому уверенно направилась к выходу, чтобы там остановиться, услышав:

— Он пять лет ждал, Лика. Надеюсь, ты никогда не испытаешь такого же.

Я обернулась. Всмотрелась в помрачневшее лицо мужчины.

И я надеюсь…

Преподавателю многое известно обо мне. Пусть учит осваивать магию, а в этот закоулок моей жизни не лезет. Я справлюсь сама! Поступлю так, как посчитаю нужным, и не прогнусь под обстоятельства, не поддамся уговорам и не стану слушать чужое мнение. Не в этом! Везде, но только не здесь…

Я сдержанно улыбнулась и покинула уцелевшее здание. Широким шагом пошла в неизвестном направлении и вскоре остановилась перед покосившейся дверью библиотеки. Не знаю, что привело меня сюда. Однако я решилась. Заглянула внутрь, с трудом отыскала нужный стеллаж и провалилась…