Алиса Франц – Единственная для Плохого (страница 27)

— Ты еще ничего не выяснил, — усмехнулась я.

— Я выяснил достаточно, — отрезал он и посмотрел на холодильник.

Там было прикреплено большое фото Светы и Игоря, они целовались на фоне вывески с годовщиной начала их отношений. Любому дураку стало бы ясно, что у Игоря и Светы — роман.

— Уходи, — снова повторила я.

— Уйду, — легко поднялся. — Но приду завтра снова. И послезавтра. И потом… Тоже приду.

— Тебе здесь не рады.

— Значит, пора это изменить.

Ринат перевел взгляд с меня на Мириам. Он смотрел на нее, не отрываясь. Любовался ею.

— Ну и что ты выяснил?! — не выдержала я. — Тебе же показали бумажку! Показали смс-ку! По твоим представлениям этого должно быть достаточно… Это соответствовало твоим взглядам на собственное бесплодие и на мою ложь. Так?!

— Не так. Все не так. Я увидел еще кое-что. И понял, что заблуждался насчет главного… В прошлом я увидел тебя в обществе парня и решил, будто у тебя с ним роман. Оказывается, это твой брат.

— И что с того?

— Это многое меняет. Есть еще целая куча нюансов. Все они подтолкнули меня на мысли, что отрицательный результат теста — подлог. Более того, я тайком запросил копии результатов. Они подлинные. Муса подделал итоговые бумажки довольно качественно, но прокололся на мелочи. Исходные результаты он подделать не смог. Рассчитывал, что мне будет достаточно одной бумажки. Сделал ставку, что я не стану проверять. Но он ошибся. Мириам — моя дочь, — произнес с чувством.

— Пусть ты участвовал при зачатии, но ее отцом я тебя не считаю.

— Нужно сдать материал для лечения, — проигнорировал мои слова Ринат. — Когда? Когда нужно появиться в больнице для взятия проб? Ты говорила, что материал второго родителя может подойти!

— Кажется, ты меня не слышал? У меня есть все. У моей Мириам есть шанс на выздоровление! Твоего участия не требуется.

— У тебя есть все? Нет, не все. Я не сдавал костный материал. Ты не можешь гарантировать, что мои клетки не подойдут. Вдруг подойдут? Вдруг ты лишаешь нашу дочь шанса на выздоровление уже сейчас? Зачем затягивать? Будешь ждать рождения второго малыша и травить такую кроху препаратами? А вдруг лечение можно начать уже сейчас?!

— Для мужчины, который отказывался от отцовства, ты слишком осведомлен в этой теме, — холодно произнесла я.

— Я навел справки. Роза. Ты не можешь из-за обиды на меня игнорировать шанс и играть здоровьем малышки, — произнес Ринат.

— Ах, черт бы тебя побрал! Ты точно сын своего отца. Знаешь, как надавить! — выругалась я. — Копия Мусы…

По лицу Рината пронеслась тень.

— Думаю, мы договорились. Завтра поедем в больницу, — кивнул он. — Я хочу обнять дочь. Можно?

— Нет, не прикасайся к ней. Я не разрешу тебе принимать участие в ее жизни! — возразила я.

Но Ринат уже осторожно взял мою дочку и обнял, закрыв глаза. Замер на месте, кажется, даже совсем не дышал. Я отвернулась, чтобы скрыть слезы. Я не могла остаться равнодушной и не могла не злиться на Рината. Он вел себя как ни в чем не бывало! Когда я обернулась, Ринат все еще обнимал дочку.

— Мне пора искупать ее, — сказала я как можно строже. — Отпусти немедленно.

— Хорошо.

Голос Рината прозвучал сдавленно его глаза блестели и были покрасневшими. Я подошла, чтобы забрать Мириам из рук Рината. Но он внезапно обнял меня свободной рукой. Уверенно и заботливо привлек к себе, удерживая.

— Я сейчас задохнусь, — прогундосила я. — Отпусти, я начну чихать.

— Розааааа… — протянул Ринат. — Прости, я был не прав.

Голос Рината дрогнул. Я бы даже решила, что в его голосе прозвучали слезы, если бы не знала, каким жестким и сильным мужчиной он был.

— Прости, — снова прошептал.

Я ощутила, как его губы коснулись моих волос.

— Довольно. Я хочу взять Мириам. Уходи, Ринат, — толкнула его в грудь ладонью.

У него были сильно покрасневшие, воспаленные глаза. Каримов передал мне Мириам.

— Она — моя дочь. Скажи? — потребовал мучительно.

— Все так, Мириам — твоя дочь! — сдалась, устав бороться. — Но если ты не хочешь все испортить, то уедешь сразу же.

— Я должен остаться! Как ты не понимаешь?! Все эти годы я жил ненавистью и злобой на тебя. Как оказывается, ложной… У меня пустота, полная пустота всюду, а могла быть семья. Я не уеду! Ни за что!

— Уедешь… — я сглотнула слезы. — Муса четко дал понять, что будет, если я стану искать с тобой связь.

— Ты и не искала. Я сам на это пошел. С Мусой покончено. Пусть ищет себе другую замену. Я не вернусь. Не смогу после того, что узнал. Нет, Роза…

— Ты просто не слышишь меня, Ринат! — повысила голос. — Это опасно для наших жизней.

— Я буду рядом.

— Нет. Умоляю…

— Я буду рядом! Ничто не заставит меня отказаться от Мириам и от второго ребенка — тоже! — посмотрел в глаза уверенно. — Ничто и никто.

— Боже…

Я прижала к себе Мириам. Ринат снова шагнул к нам, поцеловав меня и Мириам в макушку.

— Я хочу остаться. Здесь. С вами. Нет, черт, я хочу забрать вас. Хочу жить с вами.

— Уходи. Будет достаточно одного-двух визитов в больницу. Проверим твой материал, вдруг он подойдет для лечения? И на этом закончим, — произнесла едва не плача. — Я не хочу тебя в нашей жизни.

=19=

Роза

— Что?! — спросил Ринат потрясенным голосом.

— То. Не знаю, какие сказки ты расскажешь Мусе, как объяснишь свое временное отсутствие, но я решительно против иметь дела с Каримовыми. С тобой, в том числе.

— Роза, я…

— Уходи, Каримов. До встречи завтра в больнице.

Кое-как мне удалось добиться, чтобы Каримов ушел, а как только за ним закрылась дверь, я пошла в свою комнату и легла на кровать, обняв Мириам, зарыдала в голос.

Напряжение последних месяцев, тоска, боль, страхи — все было в этих слезах. Даже мучительное облегчение от признания Ринатом своего отцовства. Я так долго этого ждала, мечтала… Мириам лежала рядом со мной, обнимая, потом села и начала целовать мои мокрые щеки, смешно морща носик от соли моих слез. Через мгновение дочурка слезла с кровати и выбежала из комнаты.

— Мири, ты куда?

Она прибежала вместе с куклой, подаренной Ринатом и протянула ее мне.

— Возьми, она такая касивая-касивая, и мягкая! — щедро поделилась со мной своим новоприобретенным сокровищем дочь.

— Ты — моя радость, мое солнышко. Я так тебя люблю! — снова обняла дочку и больше не могла ничего делать.

Мы так и уснули на кровати, поверх одеяла. Утром поняла, что нас кто-то укрыл заботливо тонким покрывалом. Наверное, Света. Судя по звукам, доносящимся из кухни, подруга уже завтракала.

Я осторожно подложила подушки по обеим сторонам от Мириам и встала. Сначала направилась в ванную комнату и увидела, какие припухшие у меня были глаза. Даже умывание прохладной водой не помогло: любой бы сразу понял, что я проплакала всю ночь!

Именно это и сказала мне Света, стоило только появиться на кухне.

— Возьми патчи из холодильника, они хорошо убирают отеки, — посоветовала мне подруга как ни в чем не бывало.

— Света, ты не должна была ничего говорить Ринату. Ты даже впускать его не имела права!

— Я здесь вообще-то тоже живу, Роза. И говоря, что я не имею никаких прав, ты меня очень сильно обижаешь. Ты мне не чужой человек, я больше не могу смотреть, как ты себя убиваешь. Не могу слушать, как ты плачешь ночами!

— Я не…