Алиса Джукич – Адское пламя (страница 19)
Я облегченно выдохнула. Без поддержки войска Принцы Ада не посмеют развернуть в Абраксе чистилище.
– Мы делаем все возможное, отец, – вмешался в разговор Кайлан, успокаивающе поглаживая Лилит по спине и упорно игнорируя романтические поползновения Аваддона в мою сторону. – Знания Балберит основываются на теории. На практике портал слишком долго находился в спячке, поэтому пока может перемещать не более трех демонов в течение дня.
Люцифер по-звериному зарычал, пронзая острым гневом пространство, а Кайлан продолжил:
– Уверен, к концу следующего месяца ваши грандиозные замыслы воплотятся в жизнь, нужно лишь немного подождать…
– Я и так ждал целых сто лет, Асмодей! – Люцифер рывком поднялся с трона.
Музыка тотчас умолкла – скрипачка в дальнем углу зала едва не выронила смычок, ощутив исходящие от Повелителя Ада волны древней силы. Даже я тяжело сглотнула, стараясь затушить пронзивший душу огонь.
Неожиданно Люцифер бросил через плечо уничтожающий взгляд на Аваддона. В его пустой глазнице вновь что-то промелькнуло, но я не успела распознать, что именно. Супруг не шелохнулся, я тоже не показала страха.
– Благодаря вашим распрям и позорным промахам я лишился возможности приумножить территории Ада и поквитаться с Небесными братьями! И ты предлагаешь вновь ждать? – Люцифер повернулся к Кайлану.
– К сожалению, отец, у нас нет другого выхода и возможности переместить войско в Абракс. Прежде чем мы впервые пошли на людей войной, портал насыщался сущностью Бездны Тьмы пятнадцать столетий…
– Выход есть всегда!
Люцифер порывисто расправил ногой свой плащ и указал пальцем на меня. Лилит вздрогнула, точно зная, что последует за гневом супруга, а подо мной будто оказался не трон, а трясина, затягивающая в пучину безысходности. Последние слова Люцифера, как нацеленный в сердце нож, задели что-то жизненно важное, лишая возможности и дальше безучастно созерцать происходящее.
Почувствовав угрозу, тучей нависшую над нашими головами, Аваддон напрягся. Все в его настороженной позе говорило о том, что он не позволит навредить мне, и Люцифер это знал. По крайней мере, я хотела в это верить. Не мог же Повелитель Ада в назидание сыновьям публично казнить Грааль… и не всколыхнуть аморальным поведением преисподнюю.
Казалось, Люцифер тоже пришел к похожему выводу. Он щелкнул пальцами, и на их кончиках мельком вспыхнула искра, словно кто-то решил развести костер, ударяя камни друг о друга.
В метре от меня, окутанный алой дымкой, вырос трон с золотым орнаментом из сплетающихся воедино тел под массивным сиденьем. Чуть позже по правую руку от места Лилит материализовался еще один величественный трон из фиолетового бархата, вместо спинки которого красовались серебряные мечи.
– Остальное обговорим позже, – совладав с неуместным на публике гневом, объявил Люцифер. – Займите места, пора начинать!
Уподобившиеся статуям демоны, испугавшиеся разгневанного хозяина, наконец ожили. Лилит в последний раз тоскливо взглянула на прибывших сыновей и молча направилась к Люциферу. Он протянул супруге руку, чтобы помочь подняться по ступенькам, пока демонесса придерживала шлейф платья.
Галантный жест не подразумевал проявление заботы. Люцифер следовал устоявшимся за века придворным правилам. Поэтому он даже не взглянул в осунувшееся лицо Лилит, а стоило ей подняться, сразу выпустил бледную ладонь и занял свой трон.
Кайлан и Астарот синхронно качнули головами в сторону ложи для придворных, и их свита незамедлительно отправилась к ожидающим там Кларе и Лу.
В глазах Селье дикими волнами плескалась тьма. Его младший брат не проявил никаких демонических отличий, и, пока я живо представляла, как Астарот выглядел бы с копытами или хвостом, братья поднялись на подиум и грациозно заняли свои места.
Повелитель Похоти оказался смертельно близко. Вытянутые ноги Аваддона, сидящего на подлокотнике, едва не касались его алого трона с эротической вышивкой.
Я делала поверхностные вдохи и выдохи, сосредоточившись на пестрых ароматах духов демонесс, плавящемся воске и яствах. На чем угодно, лишь бы случайно не уловить запах цитруса и дыма, от которого потеряла бы голову.
Но пара пьянящих разум ноток все же ворвались в легкие, а вместе с ними и непрошеные воспоминания о руках Кайлана на моих обнаженных бедрах.
Я задышала быстрее, а сжавшиеся в туфлях пальцы причинили боль.
Аваддон незамедлительно отреагировал на мое изменившееся состояние, вопросительно вскинув бровь. Я просияла натянутой улыбкой, показывая, что все в порядке.
Вскоре гости разбрелись по углам: кто-то вернулся к пиру, некоторые судачили, искоса поглядывая на пьедестал. Все словно чего-то ждали, подогревая интерес и обволакивая его облаком страха. Стоило Люциферу допить третий бокал вина и облапать прелести своих фавориток, как он вновь присвистнул, вызывая кого-то.
В центр отполированной до блеска пятиконечной звезды вышел долговязый церемониймейстер с моноклем. Незнакомец с козлиной бородкой принялся чересчур бурно жестикулировать, обрывая гомон голосов.
– Демоны и демонессы, объявляю торжество открытым! – Церемониймейстер блеснул клыками в мою сторону и приподнял будто по волшебству оказавшийся у него в руке бокал. – Выпьем же за Адель Грей – новую Повелительницу Смерти!
Меня будто раскаленным прутом приложило, и я не сдержала свистящего выдоха. На этот раз Аваддон никак не отреагировал, зациклившись на воодушевленном демоне в центре зала.
Как только стихли возгласы и аплодисменты в мою честь, зал заполнили звуки органа. Нежной трелью грубую мелодию разбавляла скрипачка, не давая впасть в подобие транса.
Все, казалось, шло гладко. Проникшись лирикой звуков, я потерялась в себе. В потаенной части души, где, цепляясь за призрачный лучик надежды, обретала спокойную жизнь без борьбы за власть.
Из навеянных мелодией образов меня вырвали резко сменившие звук органа вальсирующие ноты виолончели. Люцифер встал, отпихнул пышногрудую брюнетку, мешавшуюся на пути, и размашисто зашагал ко мне. Край темного плаща обвился вокруг его ног, и я схватилась за горло, проверяя, не душит ли меня призрак.
Угроза, которая волнами исходила от Люцифера, пока он приближался, заставила сжаться. Однако, вспомнив, что не стоит демонстрировать страх перед хищником, выпрямилась и натянулась, как струна. Аваддон подался вперед, и я даже уловила, как шевельнулся на троне Кайлан, но никто не успел остановить Повелителя Ада.
Изящно склонившись, так, что его массивное тело закрыло обзор на тронный зал, где в центре собирались парочки, чтобы исполнить менуэт, Люцифер протянул мне руку с золотыми кольцами и произнес:
– Адель Грей, будьте так любезны, примите мое приглашение на танец.
Тени защипали лодыжки, но я усилием воли сдержала их порыв наброситься на Люцифера. Публичный отказ высокопоставленному мужчине равносилен плевку в лицо, а если учесть, что харкнуть придется в само зло… Недолго думая, я приняла его раскрытую в призыве ладонь.
Глава 7. Кайлан
Мне стоило неимоверных усилий не сорваться с места и не оттолкнуть отца от Адель. Или не вскипятить гостям замка мозги и не выкрасть ее прямо из-под носа Повелителя Смерти. Но что тогда? Пока не собрал достаточно соратников, на такой безрассудный, ставивший под удар все планы подвиг я был не готов.
Все, что оставалось, – покорно наблюдать и выжидать своего часа, что я и делал последний месяц, осуществляя за спиной отца и братьев собственные замыслы. Если я что-то и уяснил за века жизни, так это то, что смирение порождает наивысший результат.
Только вот данное правило совершенно не работало в отношении Адель Грей. Стоило вновь увидеть ее, сидящую рука об руку с Аваддоном на троне Смерти, и мозг, кажется, расплавился у меня.
Прибыв в Ад, я следовал определенной установке – держаться в стороне, чтобы никто не сумел уличить меня в чувствах к Адель, а тем более увидеть наше с Аваддоном противостояние. Догадайся Люцифер, что брат женился не только из-за собственной выгоды, но и в отместку мне, появятся ненужные вопросы о том, что именно спровоцировало ненависть Аваддона. Старший брат свято верил, что я использовал его вспыльчивую натуру, дабы наказать за оплошность Аза.
Азазель во время скитаний с Софией вынашивал грандиозные замыслы, связанные с полным отречением от преисподней. О них я узнал случайно, когда побег и мое покровительство перестали устраивать Аза. Ему надоело жить в тени и постоянно оглядываться. Бояться, что однажды закат никогда не сменится рассветом. Ведь рано или поздно на их след вышли бы люди Ульема или прихвостни Люцифера.
Со временем стало ясно, что Азу не избежать казни в Бездне Тьмы за дезертирство, и единственным разумным способом, как уберечь его от кары Дьявола, оставался плен на защищенных Граалем землях. Там, где отец не смог бы добраться до Азазеля и Софии.
Но я просчитался. Не учел в сложном уравнении сразу две важные переменные. Первое: Софии не удастся уговорить отца помиловать любимого. Второе: Ульем сумеет создать смертоносное для нашего вида оружие из крови Аваддона, и мы позорно проиграем.