Алиса Дж. Кей – За Савват. Вступить в Орден (страница 5)

Короче, выбрался я к площади, где статуя Ленина стоит. Чувствую, что нога уже совсем волочится, нужно остановиться и передохнуть. Заглянул в здание рядом, вроде дворца культуры. А там такая хрень, какую я никогда в жизни не видел. С потолка свешивается тягучий фиолетовый «огонёк». Как хочешь себе это представляй, но оно сжимало огромное помещение до размеров небольшой комнаты. И всё, что я видел в лаборатории ни в какое сравнение на шло с этим «огньком». В лаборатории было ужасно, потому что я мог себе представить всё то, что там происходило. А в «этом» ужасно было то, что оно иное.

Но долго мне разглядывать эту странную штуку было некогда: на улице послышались голоса легионеров. Пришлось проскользнуть через служебный выход к разрушенному мосту, который одним концом уходит в море. Единственному большому сооружению поблизости. И то хорошо, что там я сунул ногу в холодную воду. Хотел до ночи прятаться. Пока сидел, заметил кривую башню бывшей фуникулёрной станции. Конструкцию-то погнуло, но трос натянут. Уходит под наклоном вниз, как раз от города, куда мне надо. В потёмках я кое-как поднялся наверх, перекинул через трос ремень – и понесся. В ушах свистит. Ремень в руках скрипит. Впереди деревья – на ветви бы не напороться. Поэтому я дождался, когда трос ниже пойдёт и прыгнул вниз. А потом как мог потащился к месту рандеву…

– И ты никому об этом не сказал? – округлил глаза Стеф.

– Нет.

– Даже Жану?

– Особенно Жану, – Радан пристально посмотрел на бессмертного, проверяя, понимает ли тот, что об услышанном надо помалкивать. – Хотя он-то, разумеется, догадывается, что я что-то не договариваю.

– Ну, это полный трэш, Радан, – Стеф сунул руки в отросшие волосы.

– Согласен.

– Я бы на твоём месте тоже стал злым как сволочь, – прокомментировал парень.

– Я не злой, Стеф. Я… – Радан остановился. – Ты зачем заходил?

– Я вообще заходил померить твою ногу, если ты не против, – Стеф немного напрягся – мало ли как разведчик отреагирует на такое заявление.

– Конечно, валяй, – разрешил Радан. – А зачем?

– Сюрприз, – Стеф загадочно улыбнулся и достал рулетку.

Глава 5 Том

Выходные принесли тяжелые размышления. Никто специально Тому об этом не рассказывал, но он узнал, что Стеф на неделе навещал Радана. А в их квартиру квартиру не зашел.

Все говорили об этом существе как о Стефе. И, похоже, сам Том воспринимал его так же.

Ещё в военном училище Том хорошо усвоил: в любой непонятной ситуации иди в спортзал. Мышечное напряжение помогало справиться с негативной энергией. Поэтому три часа Том оттачивал приёмы кёй-то, надеясь, что полегчает. Затем он спокойно опустился на скамейку и достал из сумки бутылку с водой.

Теперь он был готов.

Том добрался до посёлка бессмертных из отряда «Фушиан Ху», когда солнце ещё стояло высоко над горизонтом. Строительные работы здесь не прерывались даже в субботу. Гудели компрессоры погрузчиков, стучали молотки, жужжали дрели. Со стен и перекрытий на него смотрели мутанты с живым растением в петлице. Он молча смотрел на них.

Остановившись посередине улицы Том крикнул:

– Терренс!

Бессмертные разом остановились. Весь шум моментально стих.

Командир отряда появился из уже полностью собранного дома, где, вероятно, жил, а, может, и использовал как административное здание. На нём была всё та же красная фланелевая рубашка с закатанными по локоть рукавами.

– Майор? – окликнул он гостя. – Хотя я слышал уже подполковник? – добавил он, приближаясь. – Что привело Вас сюда?

– Набрался мужества поговорить, – ответил Том.

Терренс серьезно кивнул:

– Пройдёмся?

Они подошли к опушке леса. Деревья стояли всё ещё голые, но с набухшими почками, которые должны были раскрыться после первого теплого дождя. В сторону уходила тропинка.

– Все считают, что я был не прав, – сказал Том, когда они поравнялись. – Расскажи, что значит быть бессмертным.

– То же, что быть смертным, – грустно усмехнулся Терренс, – но с некоторыми ограничениями. И ещё все считают тебя «серой тварью». – Он выдержал паузу. –Приобретая бессмертие, мы не становимся другими: мы не теряем память, чувства или эмоции. Только контроль, когда подступает «голод». – Командир бессмертных засомневался, но всё же добавил: – Меня никто не спрашивал, хочу ли я таким стать. У Стефана был хоть какой-то выбор.

Они дошли до поляны. Дальше путь преграждали поваленные поперёк деревья. Терренс одним прыжком взобрался на самый верх и сел, расставив ноги. Том устроился ниже.

– Я так разозлился на него. И на Милу. И на тебя, – признался он.

– Это хорошо, – вроде как похвалил Терренс. – Это значит, что тебе не всё равно. Ты извини, но ампула предназначалась вовсе не Стефу. Я дал ее Миле в знак особого расположения, полагая, что когда-нибудь она сможет присоединится к нам.

– И теперь обидно?

– Ну, как тебе сказать, – хмыкнул Терренс. – Я вовсе не рассчитывал, что она кому-то её передаст.

– В этом вся Мила, – ответил Том. – А я просто не знаю, что мне со всем этим делать.

– Поступай так, как считаешь нужным, – пожал плечами Терренс. – Если захочешь ещё поговорить о мутантах – я всегда здесь.

Том кивнул, спрыгнул с бревна и направился обратно к посёлку.

– Том? – позвал вдруг Терренс.

– Что?

– Хотел сказать, что этот парень из разведки, Жан… – бессмертный посмотрел себе под ноги. – Увязался за Милой.

– Их дело, – качнул головой Том, отбрасывая волосы с лица.

– Но тебе же не все равно?

Вернувшись из диких земель, Том поднялся на свой этаж. Из соседней квартиры доносились крики и музыка. У Радана были гости.

Том собрался уйти к себе, но развернулся. Он хотел позвонить в дверь, но догадался, что она не заперта. Поэтому Том просто нажал на ручку и вошёл. И тут же запнулся обо что-то. Разглядеть, что это было, не удалось из-за плотного сигаретного дыма повисшего в коридоре. Причину удалось установить сразу: Жан, медленно затягиваясь, курил, облокотившись на комод возле комнаты Милы. Рядом стояла она сама.

В глубине квартиры раздался заливистый женский смех. Том посмотрел на просвет. Разглядеть, что там происходило было невозможно. Но его это и не очень интересовало. Он сделал шаг вперёд, разгоняя рукой дым, и примерно поравнялся с Милой.

Макияж на ней был слишком сильный, поэтому она казалась лет на десять старше. Почему они стояли с разведчиком в коридоре? Увёл ли он её из зала, чтобы покурить? Том сомневался.

– Извини Жан, мне срочно нужно поговорить с Милой, – сказал он. – Сходи пока к Радану, – Том отодвинул разведчика, открыл дверь в комнату Милы и пропустил девушку вперед.

– Что здесь творится? – спросил он плотно, закрыв за собой дверь.

– А что не так? – грубо ответила Мила.

– Да то, что вы превратили квартиру в какой-то притон, – Том тоже не стал церемониться, хотя почти сразу об этом пожалел.

– Пришёл порядок навести? – огрызнулась девушка.

– Послушай, я пришёл не чтобы ругаться. Я вижу, что вам сложно. И если Радана я могу понять. Я был на его месте. Я знаю, как это быть обиженным на весь свет, за то, что с тобой произошло. И знаю, как ощущать себя непонятым, когда ты не уверен даже в себе. Но то, что происходит с тобой мне вообще не ясно. К чему этот вызывающий вид? Чтобы привлечь внимание? Ты этого добилась. Окружающие заметили и беспокоятся. Я беспокоюсь.

– Знаешь что? – гневно выдохнула Мила. – Не лезь не в своё дело. Я не собираюсь оправдываться за то, что тебе не нравится мой внешний вид или моё поведение.

Том посмотрел по сторонам: смятая постель, на которой спали даже не расстилая, книги стопками на полу, сваленная на стуле одежда, стол с немытыми чашками и разбросанной косметикой, никаких намёков на учёбу.

– Передо мной можешь не оправдываться, – сухо сказал он. – Просто в зеркало посмотри: ты такой хотела стать?

– Стала такой, какой стала, – Мила скрестила руки на груди и сжала губы.

– Отрицание проблем ещё никому не помогло в их решении, – Том неодобрительно мотнул головой. Он видел, что девушке тяжело, и ему очень хотелось прижать её к себе, но он знал, что она дёрнется и вырвется. – Может все-таки включите оба голову пока не поздно? Или дойдёт до того, что вас увезут отсюда на принудительное лечение. Радан погряз в бесконечной жалости к самому себе, и ты скатываешься вслед за ним. Если остановишься и вернешься к нормальной жизни, то поможешь не только себе, но и брату.

Мила и так всё это знала. Какого чёрта он ей об этом говорит?

– Странно слышать подобное от того, кто совсем недавно предпочёл бы, чтобы его собственный брат умер, – уничижительно ответила девушка.

Тома фраза действительно задела его за живое. И, возможно, он её заслужил.

– Вот именно, – сказал он. – Я чуть не потерял брата, поэтому послушай мой совет…

– Мне не нужны твои советы, и твоё сочувствие. И сам ты не нужен! – Она сняла с пальца кольцо со снежинками и протянула обратно Тому.

– Отлично, – он забрал украшение и положил в карман. – Просто подумай над тем, что я сказал.

Том вышел из комнаты и из квартиры.