Алиса Даншох – История болезни, или Дневник здоровья (страница 1)
Алиса Даншох
История болезни, или Дневник здоровья
© Даншох А., 2024
© Фонд поддержки искусств «Арт-Линия», 2024
Книга о жизни
Существует множество способов описания различных ситуаций, связанных с болезнью человека, самим страдальцем. Это может быть прекрасный рассказ с подробным изложением психологических переживаний и физических страданий пациента, когда тернистый путь к выздоровлению похож на извержение вулкана «страстей человеческих» со счастливым или несчастливым исходом. Возможен и другой вариант: когда больной, повествующий справедливо, а иногда не совсем, отчаянно критикует все происходящее, разносит в пух и прах саму систему исцеления от болезней, что, видимо, приносит ему облегчение хотя бы в самих воспоминаниях. Но как умело автор книги, выбравший свой путь в этом нелегком деле, элегантно и ненарочито совмещает прекрасное с полезным!
История медицины – это, как правило, беспристрастное изложение состоявшихся событий и фактов в их хронологической последовательности. Читателю-непрофессионалу в этой области очень скоро становится скучно от сухого перечисления происходившего, и он, даже сам того, может быть, не желая, пытается как можно скорее удалиться из этого пестрого и многофакторного мира.
Другое дело – история собственных заболеваний. Здесь все крайне важно и интересно, причем порою с диаметрально противоположных позиций. Даже самые незначительные события зачастую приобретают в голове больного человека знаковое значение и раздуваются до гигантских размеров. Существует и другая опасность у автора, пишущего о врачевании в целом. Это довольно часто встречающаяся фальшь, состоящая из целого ряда мелких неточностей (а дьявол, как известно, кроется в деталях), которые читателю-врачу сразу бросаются в глаза, и он уже никогда не будет ярым поклонником и приверженцем описываемых событий. Вспомните хотя бы книги и фильмы о хирургах. Я всегда боюсь их читать и смотреть, потому что узнаешь и увидишь такое, что даже при самом драматичном сюжете все начинает смахивать на банальную мыльную оперу с частично хирургическим уклоном.
Автору каким-то непредсказуемым элегантным образом удалось избежать всего этого. До самого конца книги читатель, даже будучи профессионалом-врачом, идет вместе с ним (автором) по всем описываемым нозологиям болезней, странам и островам, связанным тонкой нитью авторской пытливости в единое целое, будучи уверенным, что вот-вот и его осенит счастливая мысль, почему так радостно и легко все читается. Весьма интересно, как и в предыдущем произведении Алисы, представлены описания исторических мест с подчеркиванием их кулинарных отличий, поведенческих особенностей персонажей. Как всегда очень тонко следуя собственному лейтмотиву, автор оставляет за читателем возможность и самому условно поучаствовать в происходящем и сохранить свое собственное отношение ко всему, что он еще не видел и не знал.
Самое главное, что эту книгу хочется перечитывать. Она надолго западает в подкорку и, практически не вызывая бури эмоций, остается чем-то очень и очень близким. Я от души завидую будущему читателю, так как ему еще предстоит погрузиться в это повествование, а я уже, к сожалению, его прочитал.
От автора
Как и почти каждого человека, меня ежедневно волнуют три проблемы: погода, еда и здоровье. Задавая вежливые вопросы «как поживаете?», «как себя чувствуете?», мы хотим вместе с ответом услышать и встречную реакцию, чтобы собеседник поинтересовался и твоим житьем-бытьем-самочувствием. В новой работе я подробно отвечаю на эти дежурные вопросы бытия. Уверена, что каждому из нас есть что вспомнить о пережитых моментах нездоровья, но не всегда хочется говорить о неприятном и болезненном. Однако мне кажется, что очень важно понять, как выпавшие на нашу долю испытания повлияли на жизнь в целом, научили ли они чему-то, помогли ли осознать что-то важное. Получились неторопливые «Воспоминания о здоровье» – о моем, конечно, и близких мне людей.
Для меня болезнь и здоровье подобны двуликому Янусу или сиамским близнецам, у которых одно сердце, совместные органы, одинаковый генетический фонд. Но в то же время они вечные соперники. Как же они уживаются в нас? Удается ли им взаимодействовать? На эти вопросы я и пытаюсь ответить в «Истории болезни, или Дневнике здоровья».
Работая над книгой, я встречалась и разговаривала со многими и очень разными людьми. Меня поразило, как мало среди них тех, кто по-настоящему думает о собственном здоровье, и еще меньше тех, кто предпринимает хотя бы минимальные усилия для его сохранения. Почему-то подавляющее большинство уверено, что визит к врачу и прописанные им таблетки немедленно помогут ликвидировать возникшие неполадки в организме. Какая наивность! Чтобы быть здоровым, надо много-много работать и понимать, что с тобой происходит.
Я надеюсь, что эта книга кому-то поможет справиться со сложностями на пути к здоровью, которое нам всем так необходимо.
Глава I
Проклятье старой большевички
Однажды ночью меня укусила кошка, и вот как это произошло. Я мирно спала в своей комнате-пенальчике первого этажа дома старых большевиков в Большом Афанасьевском переулке, когда меня разбудил страшный шум. С подоконника сами по себе падали цветочные горшки. Не дав ужасу охватить себя, я вскочила с кровати, решительно двинулась к окну, подбадривая непроснувшийся организм угрожающими выкриками «Пошли вон!», отдернула занавеску и взвыла от боли.
Кошка, очевидно ошибившись входом в родное гнездо и ошалев от неласкового приема кактусов и чужого недружелюбного голоса, отчаянно вцепилась в мою ладонь, прокусила основание большого пальца правой руки и с диким мяуканьем скрылась в предрассветной форточке. Плача от боли и обиды, я долго держала травмированную кисть под струей ледяной воды, пока она не окоченела и кровь не перестала течь. Затем я обильно полила раны спиртовой настойкой календулы – единственным лекарственным средством, оказавшимся в моем распоряжении в сей ночной час.
К календуле я питала нежные чувства и летом всегда покупала у старушек возле метро букетики огненно-оранжевых цветов, которые прекрасно смотрелись в утонченно вытянутой вазочке баккара в стиле арт-деко. Эта вазочка, вместе с еще несколькими выжившими в революционной буре вещами, напоминала о счастливой капиталистической поре процветания бабушкиной семьи. Кроме календулы в вазочке отлично себя чувствовал нежный цветной горошек. Он распространял по комнате изумительный аромат, которым невозможно было надышаться. Мне так нравились эти цветы, что я круглый год снабжала себя коробочками мармелада с таким же названием. Сладкие усеченные кружочки окрашивались кондитерами в зеленые, белые и розовато-сиреневатые цвета, обсыпались мелким бисером сахарного песка и отличались друг от друга по вкусу.
На 8 Марта баккара принимала еще один приятно пахнущий цветок – гиацинт. В возрасте шести лет, покоренная запахом сего предвестника весны, я решила сделать бабушке сюрприз, изготовив из него духи. Когда цветики потеряли первоначальную свежесть, я порезала их на мелкие кусочки, заложила полуфабрикат в алюминиевую кружку, залила холодной водой, засунула посудину под кровать и стала ждать. Поначалу я каждое утро заглядывала в кружку, принюхиваясь к ее содержимому. Несколько дней ничего не происходило, чарующий аромат не появлялся. Более неотложные и важные дела отвлекли меня от процесса создания собственных духов, и гиацинты были забыты. Недели через три приходящая тетенька, помогавшая бабушке по хозяйству, продемонстрировала не свойственное ей рвение в борьбе за чистоту и извлекла из пыльных подкроватных глубин кружку с чем-то черным, покрытым шапкой плесени. Бабушка очень обрадовалась столь неожиданному возвращению нужной в хозяйстве посуды, к тому же находка полностью реабилитировала соседку Андревну, ранее подозревавшуюся в незаконном присвоении изделия из алюминия. А вот я чрезвычайно расстроилась: во-первых, мне пришлось сознаться в тайном загоне кружки под спальное место, а во-вторых, парфюмерный опыт позорно провалился. Мало того, что гиацинты вместо превращения в духи попросту сгнили, они еще стали пахнуть грибами. Чтобы меня утешить, дедушка рассказал историю изобретения пенициллина, который по мощности воздействия на человечество мог бы образно сравниться со взрывом атомной бомбы. Рассказ о полезной плесени меня впечатлил, и я стала подумывать о карьере врача-исследователя. В ожидании поступления в медицинский институт я каждое утро начинала с уколов пенициллина подвластным мне игрушкам, однако перенесенный вскоре тяжелый грипп с температурой сорок градусов и всамделишные инъекции могущественного препарата в собственную попу приостановили тягу к научной деятельности.
В детстве я болела нечасто и, как правило, полагающимися возрасту заболеваниями. Инфекционные коклюш, корь, ветрянка, свинка чередовались с простудными – ОРЗ, ангиной, воспалением среднего уха. Жизнь между первыми и вторыми разнообразилась легкими бытовыми травмами: занозами, порезами, ожогами, царапинами, ушибами и разбитыми коленками. С несерьезными телесными повреждениями я довольно быстро научилась справляться самостоятельно. К ушибам разных частей тела я прикладывала серебряные изделия – за неимением льда ввиду отсутствия морозилки в нашем крошечном холодильнике. Защемленные недружественными дверями и дверцами пальцы я держала под струей воды общественного крана на кухне. Вода была исключительно ледяной, другой и не водилось в доме с индивидуальным печным отоплением.