Алиса Чернышова – Зачёт по демонологии, или пшёл из моей пентаграммы (страница 48)

Пожалуй, ещё лет пятьдесят назад я бы пожалела несчастных, но в последнее время начала понимать одну простую вещь: люди, которые на полном серьёзе ждут, что эту самую "истину" им мистические существа преподнесут на позолоченном блюде, сразу и сполна, особенной жалости и не заслуживают.

Первооткрывательство и неизбежный риск, с которым следует отправляться в неизведанное? Вопросы, на которые следовало бы поискать ответы, споры, сомнения, неоднозначности? Познание мира через боль, ошибки, противоречия, преодоление своих и чужих страхов? Не, не слышали! Мы лучше придём к ужасным демонам, которые, конечно, вероломно прячут древние знания, и украдём у них истину — готовенькую, упакованную в подарочную обёрточку, с бантиком. Как чисто и удобно! Но потом не стоит жаловаться, что в упаковке от суррогатно-искусственных знаний прячется самая обычная гниль.

К сожалению, в последнее время такие халявщики зачастили. Пророк Бал подозревал, что из этого торчат рога одного небезызвестного любителя подобных приманок, в просторечии именуемого Легионом. Если честно, так оно, вполне вероятно, и было, но доказать этого никто не смог, даже Аштарити. А, как написано на входе в восточное крыло, занятое Легионом: "Не пойман — не Я!". И ведь ни разу не поспоришь! Остается только смириться, тем более что демон с пророком в очередной раз отправились в путешествие по мирам. Как сказал последний: "Я некогда был убеждён, что привязан к одному миру и совершенно ему необходим; некогда я сдуру полагал, что моё предназначение — умереть, исправляя чьи-то там ошибки. Глупо и высокомерно, как любой комплекс спасителя: никто на самом деле не способен спасти человека из тюрьмы его разума, кроме него самого. Но теперь тот мир вполне себе справится и сам, а мне следует увидеть и познать другие пути и спасти, наконец, не других, а себя".

Легиона это устраивало, и даже более чем — за тысячелетия этот красавец успел посетить добрую сотню миров и явно не отказался бы выступить в качестве гида. Правда, в последнее время, насколько я знала, эта парочка будто бы случайно осела в некоем мире Небесных Храмов. Может быть, этот факт бы меня никоим образом не насторожил, но незадолго до отбытия межмировых туристов восвояси я, будучи наглой совокрылой бараболькой, на эмоциях ворвалась в кабинет к Аштарити без стука и застала их с Легионом склонившимися над некой картой.

— Совершенно очевидно, что побеждаю я, — мило улыбался Тари. — Пятый Храм Неба — мой.

— Э, не спеши! Последним смеётся тот, кто позже всех спятил!.. Привет, Дени.

Тогда я, разумеется, ничего не сказала — дура, что ли, чтобы в дела старых, хитрых и рогатых лезть? Но вот потом, когда пророк Бал с сияющими глазами поведал о их с другом "экспедиции в мир сорока Храмов Неба", у меня закрались смутные сомненья. Даже рот открыла, но потом встретилась взглядом с Легионом и резко передумала вмешиваться. Сами пусть разбираются, демонюки ужасные! И без них проблем хватает.

Словно иллюстрируя последний тезис, в дверь отчаянно замолотили.

— Вита Дени! Вита Дени! — голосили хорошо знакомые высокие голосочки. — Проснитесь! Беда!!!

Я сдавленно простонала.

Лючи и Люси были близняшками, с которыми встречался Шам. Ранее значились Жрицами какого-то неведомого солярного божества (сами себя они именовали монахинями), но в храм якобы были отправлены не вполне добровольно и не от хорошей жизни — мол, происки ужасных врагов и глупые наветы. Так или иначе, эти самые недоброжелатели на достигнутом не остановились и пожелали несчастных Жриц вероломно прибить. Девушки это дело быстро поняли и очень сильно и страстно взмолились — боюсь даже думать, кому, если их врожденный дар в итоге перенёс их в Шамову спальню.

Девицы были красивы, как конфетки, синхронны, как солдаты на плацу и тупы, как ритуальные кинжалы ведьм из техногенных миров. От идеи поселить их в Цитадели поплохело вообще всем, но Шам тут же встал в позу: мол, с чего это Меру с Даном можно с девушками жить, а ему не пойми где ютиться прикажете? Пассии у ангелочка менялись со скоростью распостранения разрыва пространственно-временного континуума, но Иша, будучи хорошей матерью, вполне здраво рассудила, что проще будет согласиться.

— Вита Дени!!!

Н-да. Не похоже, что они хоть когда-нибудь умолкнут.

— Пожалуйста! Там Шама засосало!

Воистину, это было что-то новенькое. Не то чтобы меня можно было чем-то таким смутить, но обычно с проблемами засасывания эта парочка справлялась без посторонних консультаций. Так что, весьма заинтригованная, я открыла-таки дверь.

Девы, облаченные в крайне сомнительные наряды, условно прикрывающие стратегические места, тут же заголосили наперебой:

— Понимаете, в лаборатории что-то взорвалось, и Шам сначала начал ругаться, но потом прилетела какая-то туча — и засосала его!

Так, а вот это уже интересно.

— Что у вас тут происходит? — сонно поинтересовалась Лис, выплывая из тьмы коридора.

Лючи и Люси тут же умолкли и сделали весьма убедительную попытку слиться со стеночкой: наша светленькая вот уже десять лет работала с отрядом Псов Акеля, и, надо сказать, успела приобрести определённую репутацию и характер.

— После взрыва в лаборатории Шама поглотила какая-то туча.

Лис нахмурилась и, запахнув получше накидку, направилась в сторону, откуда валил разноцветный дым. Вид у светлой был весьма воинственным, и я тут же пристроилась следом. Ну, мало ли, вдруг она обидит наших великих первооткрывателей — страшных и ужасных демонов по совместительству?

Тут надо сказать, что никто не ожидал, насколько мальчишки умудрятся спеться — включая, кстати, их самих. Тем не менее, так уж сложилась, что Лис первое время старалась проводить как можно больше времени со мной, привыкая к новому, тёмному миру. Дан, в свою очередь, завис на пороге Меровой библиотеки (и, скажу я вам, куда уж там нашей, Академической), а при виде роскошных лабораторий и вовсе растаял. Таким образом они сначала прописались в одной из ближайших гостевых комнат, а потом дом, сжалившись, отрастил зеркальное отражение наших. К слову о том, как он это делает, принц с Мером затеяли отдельную дискуссию, но так ни к чему и не пришли: здание, изначально напитанное могуществом Аштарити, со временем обрело собственное ядро и, страшно сказать, волю.

— Ну?! — рявкнула Лис с порога. — Вы что тут устроили?

— Мой Лучик злится? — фыркнул Дан, радуя ровным зелёным оттенком кожи. — Не нервничай, мы сейчас все поубираем!

Мер с Филей, синие и оранжевые, не иначе как для разнообразия, активно закивали, подтверждая — мол, все хорошо, девочки, идите досыпать. Странно ли, что мы не особенно им поверили?

— Ребят, — говорю. — Там Шама из-за ваших художеств куда-то засосало!

Мер почесал рог.

— Боюсь даже спрашивать… — пробормотал он.

— Какая трагедия! — закатило глаза высочество, белокрылого на дух не выносившее. — Значит ли это, что он хоть ненадолго заткнётся и разгонит свой гарем?

— Речь не об этом! Шам пропал после взрыва, — сказала Лис грозно. — Чем вы вообще тут занимались, спрашивается?

— О, мы разрабатывали новые технологии в помощь Монте, — доверчиво сдал всех Филечка, который рос как крылатый и соответствовал человеческим годам тринадцати. — Наша Тёмная Империя должна править миром!

Лис уставилась на Дана со значением, а я едва сдержала смешок.

Тут надо кое-что пояснить: как нетрудно догадаться, после пожара, уничтожившего практически весь Ородио, и скоропостижной смерти правящей верхушки Императором стал, что вполне предсказуемо, Монтя. Сан с Аной заняли именно те должности, которые им с самого начала принц пожаловал. Они эпизодически вызывали меня (как демона, да), чтобы пообщаться, обменяться новостями или уладить вопросы со зверинцем профессора Бала.

И вот казалось бы: игра демонов окончена, магия в мире стабилизировалась, конец света отменяется — лепота по всем статьям, живите и радуйтесь! Но Легион в чём-то прав, утверждая, что люди и без нас, крылато-рогатых, те ещё фрукты. Так или иначе, Светлая Империя прознала о том, что у темных соседей революция и большинство магов мертвы-мертвёхоньки. Храмовики почесали маковки, посчитали возможные выгоды и чуть в ладошки не захлопали: ещё бы, такой шанс! Быстренько выкопали мохнатозатёртую историю о неких святых, чьи мощи безвременно почили на земле тёмной, и снарядили маленькие скромные экспедиции по спасению этих самых останков. Ну, и всякая там ерунда параллельно: золото, ценности, артефакты, рабочая сила, земли… Сначала были локальные стычки, но потом светлые уверились в безнаказанности и объявили тёмным войну.

Мы, если честно, четыре раза проверили, не торчит ли из этого происшествия пуховое рыльце Легиона. Однако, судя по всем признакам, наш многоипостастный был действительно ни при чём — он больше не приходил на зов из того мира. Но свято место пусто не бывает, и на призыв светлых явился некий новый Ангел, тут же пообещавший им победу и прочие плюшки. Тут удивляться нечему, закон магии такой — если есть зов, есть и ответ. Жаль только, что мало кто на самом деле знает, кто именно к ним пришёл… Ну да это уже один из главных парадоксов колдовства и, как говорится, совсем другая история.

Факт в том, что Монтя с Аной… то бишь, Император и Императрица оказались на пороге ужасной войны. Тогда-то Дан, считающий произошедшее своей виной, и взялся быть и.о. Легиона — приходить по первому же Монтиному зову. Мер с Филей тоже выразили желание вытеснить неведомого захватчика и помочь, так сказать, нашим. Вот они и развлекаются, как могут…