Алиса Чернышова – Однажды, в галактике Альдазар (страница 26)
Бобр с Викой переглянулись.
— О, взаимно… Не Сигизмундо, по крайней мере?
— Нет. Просто — Малатеста. Можно Мал.
— Что же… Мал. Ты можешь называть меня Джин.
— Леди Джин?
— Просто Джин в данном случае уместней, я полагаю… Возможно, нам действительно стоит поработать над этим вместе. Потому что, кажется, в конечном итоге у нас троих, как ни странно, есть одна-единственная общая проблема.
— Ты имеешь в виду…
— Нового министра ЗС, одного из главных кандидатов в премьер-министры на следующих выборах, человека идеальной репутации, чистой совести и высоких моральных принципов Джереми Эдейла? О да.
Бобр прищурился.
— И у тебя есть реальные доказательства, что он заказал смерть мою и детей?
Джин передёрнула плечами.
— Ничего не знаю насчёт детей, извини. При всём уважении, я даже понятия не имела, что тебе подобные способны размножаться — спасибо за интересные новости, кстати. Но по поводу заказа на твоё убийство у меня определённые доказательства действительно есть. Ты бы и сам добыл их, в принципе, если бы не был эмоционально скомпрометирован. Для кого-то вроде тебя, уж извини, они на поверхности. Относительно, конечно, но ничего невозможного.
Бобр мрачно посверкал глазами, после тихо ругнулся — и тоже опустил оружие.
— Мой сын жив? — спросил он коротко.
Мал припомнил эпичные пьянки, которые “похищенный” бобрёнок устраивал в корпоративном пентхаусе, и немного страдальчески вздохнул.
— Все твои сыновья живы, насколько мне известно, — а ещё все пошли в тебя. — И вполне здоровы.
Бобр, который некоторое время внимательно всматривался Малу в лицо, пробормотал:
— Я об этом пожалею.
— Это стоит понимать как “да”? — уточнил Мал.
— Это стоит понимать как “Я за тобой слежу”, — буркнул Лёха.
— Ну, мы все друг за другом следим, — хохотнул Мал. — Работа у нас такая.
Джин усмехнулась. Лёха прищурился.
— Ладно, — сказал он. — Допустим, мы летим вместе. А что нам делать с прицепом? И как хотите, а моллюсков я на опыты не отдам.
— О, гляньте-ка, кто тут корчит из себя моралиста… — протянула Джин. — Всю жизнь работал на Эдейла, а теперь вдруг не отдашь моллюсков? С чего бы?
— А мне, может, Персик понравился, хочу, чтобы он со мной этим занялся… как вы там это называете… ксенопроцедурами, — выдал Лёха ехидно. — И вообще, мадам, в этом конкретном помещении судить некому и некого, вам не кажется? Ваше начальство тоже не летает с цветочка на цветочек, собирая нектар. Так что разговоры о морали за дверь, идёт?.. Но моллюсков таки не отдам. И всё.
— Я тоже не горю желанием их отдавать, — ответила Джин раздражённо. — Я не садистка, ради всего разумного. Но будьте реалистом: они закончат либо в лаборатории, либо в зверинце какого-нибудь богатого коллекционера, либо в заведении для любителей… скажем так,
— Да, есть такое, — заметил Малатеста. — Но не волнуйтесь, я знаю, где найти им работу.
—
— Да.
— Моллюскам.
— Да. Они потенциально не самые плохие псионики, так? Псионикам всегда есть работа. Собственно, буквально недавно я видел вакансию для таких ксеноспециалистов в межпланетной корпорации “Марс”.
— Наверняка бордель. У “Марса” полно этого добра.
— Уверен, что нет. На сто процентов.
— Даже на сто?
— Да, — уверенно ответил Малатеста. — У меня есть связи. Собственно, там есть вакансии и для докторов, если они после всего этого веселья не захотят работать на начальство. Но тех, кто захочет, мы таки подкинем на станцию…
— В объятия Боречки? — Джин была настроена скептически. — Этот кусок говна сделает всё, чтобы спасти свою задницу. Я знаю этот тип.
— О, так вы же не знаете лучшую часть! — вмешался радостно Двадцатый. — Вот вы любите двухмерные фильмы про пришельцев времён ранней космической эпохи?..
Эпилог
— Малатеста! — от ехидства, которое звучало в голосе Деймоса, у Мала слегка свело зубы.
Мал на всякий случай принял исключительно независимый вид и отвернулся, чтобы Бобру, флиртующему с Линдой, не было видно его лица. Пожалуй, Алу всё же не надо знать, насколько глубоко в систему его красавицы-яхты проникли некоторые особенно наглые… вирусы.
Морально приготовившись, Мал нырнул в вирт.
— Да? — уточнил он небрежно.
— У меня есть вопрос, — Деймос явно был крайне доволен собой и ситуацией.
Мал обречённо вздохнул.
— Слушаю.
— Я ни на что такое не намекаю, но мне действительно интересно: а зачем нам в головном офисе “Марса”, цитирую, “ксеноспециалисты с пси-уровнем 2+”? И вакансии контактеров, кстати. С кем у нас контактировать?
Сука ехидная, не слезет ведь. Повезло, что Мал подготовил на это достойный ответ!
— А Двадцатый? — возмутился Мал настолько искренне, насколько хватило его актёрского таланта. — Он же переживает проблемы самоидентификации! Неужели ты не понимаешь, что ему жизненно необходимы друзья, которые тоже не являются гуманоидами?
— О да, — промурлыкал Деймос. — Проблемы самоидентификации, говоришь? Необходимы друзья?.. Да, кажется, понимаю. Что-то такое встречал в учебниках по детской психологии.
— Ты читаешь учебники по детской психологии? — Мал просто не смог удержаться. — Я чего-то не знаю? Ты там осторожно, а то бобриные гены и всё вот это вот…
— Сплюнь! Весело ему. И вообще, ты не поверишь, но мне чего только не закачивали в цифровую память. Особенно всякую ерунду с психологическим уклоном. Мой профиль, сам понимаешь! Вот и приходилось читать: в этой грёбаной лаборатории было просто поразительно тоскливо, надо чем-то заниматься, чтобы не таращиться в потолок… Но вернёмся к нашим баранам, то есть, вакансиям. С моллюсками я, предположим, понял. А контактеры нам зачем? Предполагалось, что они вообще не выживут, если я правильно помню.
— Так для Двадцатого же!
Симбиот молчал, что с его стороны был почти что героизм. Деймос, в свою очередь, замолкать пока что не собирался.
— Он вроде и сам неплохо справляется, знаешь?
— Помощь специалиста лишней быть не может! — пафосно ответил Мал. — Особенно для существа с такой тонкой душевной организацией.
— Точно… — протянул Деймос предовольно. — Они такие, эти существа с тонкой душевной организацией. Оставишь на минутку без присмотра — они себе уже людей завели. Или моллюсков.
— Или бобров. Или друзей с симбионтами и маленького брата-невменяшку с раздвоением личности, — понимающе закончил Мал.
— Ладно, туше, — фыркнул Деймос. — Уел. Но кстати, про бобров: мне казалось, или ты решил внести некоторое разнообразие в нашу игру? План был другой.
Ладно, это скользкая дорожка. Но и на это у Мала был ответ, хотя и немного… нахальный.
— Слушай, ты определись уже! — сказал он. — Сам мне отдал корпорацию, а потом критикуешь мои кадровые решения; сам сказал “развлекайся”, а теперь недоволен игрой. Непоследовательно, не находишь?
Повисла тишина. И, когда Мал уже успел перенервничать, Деймос всё же расхохотался.
— Ну точно, — сказал он, — “Они растут так быстро”, а, Малатеста?.. Хорошо, ты прав. Поступай, как считаешь нужным. Но смотри там в оба: наш приятель Джереми не из тех, кто так уж легко сдаётся.
— Но мы всё ещё хотим, чтобы он стал премьер-министром?
— О да, мы, то есть Фобос, хотим. А вот Гвада этого очень не хочет. Так что ты там осторожней с этой милашкой Джиной: она в любой момент может показать зубки. И ты уж проследи, чтобы в этот момент у неё во рту не было ничего твоего, уязвимого и чувствительного. Понял?
— Ха-ха.