Алиса Чернышова – Очень драконий отбор (страница 67)
— Я говорю тебе, что ты совершила преступление, — ответил Император холодно. — И я вынужден положить этому конец.
— А ты и рад, верно? Подыгрывать верному псу, сидящему у твоего трона; позволять убийце отца вот так вот разгуливать на свободе. Ты пошёл на это ради трона, Лии? Чтобы украсть его у меня? Или из-за бреда нашей жалкой сумасшедшей матушки, которая напридумывала себе со скуки несуществующих проблем, а потом ещё и умерла жалкой смертью? Наш отец построил эту Империю ради нас! Ради драконов, которые предали его, ради детей, которые отвернулись от него… Вы не стоите его стараний!
Лии смотрел на неё, не возражая и не подтверждая. Она сжала губы.
— Даже сейчас ты не признаешь этого, верно? Интересно, он даже не снится тебе по ночам?
— Есть много вещей, которые приходят ко мне в кошмарах, сестра, — ответил Лии равнодушно. — Боюсь, ты никогда не поймёшь,
Сил застыла.
— Ты не посмеешь…
— Почему же? — по губам Императора скользнула жёсткая усмешка. — Наш отец поступил так с нашей матерью. Уважаешь его наследие? Будь же последовательна в этом, сестра. И просто радуйся, что я дарую тебе жизнь… в обмен на клятву никогда не покидать пределов провинции Дхау без моего разрешения, никогда не вредить мне, Империи или другим членам Ледяной Семьи словом или делом, действием или бездействием.
— Ты же не думаешь, что я принесу такую клятву?
— Тогда я вспомню твои наставления. И поступлю, как поступил бы наш отец. Ты дорожишь своей парой, Сил? Детьми? Если ты откажешься приносить клятву, у меня будет только один выбор — убить их. Потому что, как ни странно, мы оба слишком хорошо знаем: Ледяной трон только один.
Она молчала долго, глядя на Императора пристально и холодно. Лии Ледяной отвечал ей тем же, и я отчего-то не сомневалась: этот исполнит угрозу. Слишком уж ставки высоки.
Если уж на то пошло, по уму Императору вообще не стоит оставлять её в живых. Предложенный вариант — милосердие, и не настолько Сил тупая, чтобы этого не понимать. Она проиграла. И лучшее её решение в этой ситуации…
— Что же, да будет так, — сказала она медленно. — Я принесу тебе эти клятвы. Моё сердце спокойно, брат, потому что ты сам себя накажешь. Твой пёс тоже когда-то был моим другом, любовником, побратимом; я верила ему, как веришь ты сейчас. Но он использовал меня, чтобы подобраться к Императору и посадить тебя на трон. И рано или поздно он поступит так же с тобой.
Лии пару мгновений пристально смотрел на неё, а потом… рассмеялся. Казалось, что маска невозмутимости треснула, приоткрыв на миг истинное лицо.
И, скажу я вам, не хотелось бы мне столкнуться с Его Величеством на кривой дорожке.
— Знаешь, сестра, — сказал он со смешком, — порой мне даже немного хочется уступить тебе трон. Я бы даже сделал это, если бы не возможное количество сопутствующих жертв. Просто чтобы ты поняла; не так… в
И Сил выполнила требуемое.
«Любовники, значит?» — уточнила я с лёгкой ехидцей.
«Сил всегда была слишком эмоциональна, — ответил Кио, помедлив. — Это был способ её отвлечь. И потом, всегда было нечто, объединяющее нас…»
«Позволь угадать: с ней было интересно играть.»
«Если честно, то да. Но теперь, когда главная угроза Императорскому трону наконец-то изолирована, мы с тобой можем спокойно уехать.»
«Хорошая новость,» — ответила я. — «Но есть ещё несколько дел, которые нам нужно уладить перед отъездом.»
«О да. С этим не поспорить…»
45
— У вас товар — у нас покупец! У вас дивчина — у нас молодец!
Я осторожно выглянула наружу, с искренним интересом рассматривая пришедшую «свататься» процессию.
Был тут, собственно, жених, несколько парней-вивернов, приближенных к Радужному дому… а ещё, что внезапно, родители Рия. Оба. Не только Йиа, которую я вроде как вполне ожидала увидеть (как же такое мероприятие — и без неё, а?), но и её «хрупкая человеческая пара»: слегка зверского вида высоченный боевой маг с внушительной бородой и подавляющей аурой.
Глотка у мага тоже была лужёная: явно сказывалась привычка перекрикивать грохот боевых заклинаний, треск пламени и прочую подобную прелесть. Так что положенные по регламенту монологи ему удавались просто отлично: закрытая беседка, которая была избрана «домиком невесты», чуть ли не ходуном ходила от такого напора.
— Пришли? — Дорлина выглядела нервной и очень испуганной. — А как же?..
— Всё готово! — отрапортовали секретарши. — Вы прекрасны!
Я окинула ведьмочку последним оценивающим взглядом и в очередной раз подумала: уволит секретарш — дурой будет. Вот серьёзно.
Вообще мне, выросшей в обществе сидхе, порой бывает сложно понять взаимоотношения между человеческими женщинами. Но на мой взгляд, об отношении одной самки человека к другой многое можно сказать по тому, насколько красивой одна позволяет другой быть. И вот в этом смысле секретарши просто расстарались: Дорлина была прекрасна, кроме всяких шуток. При этом, выглядела она не откровенной и вызывающей, но нежной, хрупкой, очень изящной… как, наверное, и положено невинной невесте.
Девчонки не стали увлекаться боевой раскраской, за что им честь и хвала. Просто поработали над кожей Доры, сделав ту ровной и будто бы сияющей, подчеркнули глаза, скулы и немного контур губ. Из видимой косметики были лишь волшебные снежинки, лежащие на кончиках её ресниц. Тёмные же волосы ведьмины сложили в простую на вид, но наверняка крайне сложную в исполнении причёску, увитую белыми полевыми цветами, заколками из волшебного льда и дрожащей магической росой. Белое платье простого кроя окончательно дополнило образ, превращая и без того вполне симпатичную девушку в дивное создание.
— Всё отлично, — сказала ей. — Он упадёт.
— Да? — она заморгала. — А должен же встать?!
Я мысленно простонала.
— Дора, это была фигура речи…
— А если я ему не понравлюсь?!
Вот что за напасть, а?
— Открывайте ворота! — рявкнул прямо за окном маг. — А то ведь я постучу… а потом свекровь будущая постучит… это ж хуже будет!
Учитывая опыт Йиа во взятии крепостей, я в этом вот ни на секунду не сомневалась. Так что пришлось, бросив последний грозный взгляд на счастливую невесту (чтобы ничего лишнего себе не думала, да-да), идти встречать сватов.
— И кто это тут к нам пришёл? — уточнила я ехидно. — Вкусненькое что-нибудь принесли? А то у нас невеста — сладкоежка, без вкусненького никак!
— Куда ж без вкусненького? — лукаво прищурился бородач. — Всё, чтоб невесту уважить! Несите!
Я сдавленно фыркнула, увидев огромный, в пол человеческого роста, торт в виде дракона. Это как же обидно такую красоту есть будет, а? Но Рий хорош, отдаю должное; эдак сладкие драконы имеют все шансы стать символом совместной жизни Рия и Доры.
Я даже невольно задумалась: а что могло бы быть символом нашей с Кио пары? Кинжал? Матерные частушки? Звучит не особенно романтично. Но, в конечном итоге, очень даже про нас.
— И вот это вот всё? — спросила я возмущённо. — Я вам за одного сладкого дракона свою воспитанницу должна отдать?
— А с чего бы таки и нет? — оскалился маг. — Не солить же её тебе! Застоится ж девка!
— Нет уж, — хмыкнула я. — Я — сида, просто так своё сокровище не отдам. Не затем я ей крылы… кхм… не затем я её растила!
— Во какая! — упёр руки в бока маг. — А чего хочешь?
— Песню хочу, — невинно захлопала глазами я.
— Ха! — оскалился маг.
— Извините, — встряла Йиа, — но не стоит ли нам сразу перейти к материальной цене вопроса? Просто скажите, сколько, и…
— Э нет, мать, — ухмыльнулся боевик. — Не порть нам чисто человеческое веселье! Ща будет им песенка. Даже несколько!
И была песня. Целых три. Причём боевик явно решил обратиться к походному творчеству, написанному солдатами с характерным юмором и хроническим спермотоксикозом.
Я с ухмылкой послушала шедевры под названием «А у Дженни из трактира вот такие буфера» и «Ой, я сижу на берегу, дёргаю второго». Под третью, лирическую («Как мы прятались в лесу от её папаши») я даже сплясала, вызвав слегка недовольный взгляд Кио и восторженные — остальных присутствующих.
«Тебе станцую лично, — пообещала своему дракону-собственнику. — В приватной обстановке. Тебе понравится.»