Алиса Чернышова – Очень драконий отбор (страница 2)

-

— А ну посторонись, курица крашенная!

— Сама выдра!

Что, неужели драка?!

Я оглянулась в надежде хоть на какое-то веселье: на этих гастролях курятника, кем-то по недоразумению названных первым этапом драконьего отбора, было невыносимо скучно.

Увы мне, эпического сражения между рыжей бестией воинственного вида и тощей, как жердь, блондинкой не состоялось: распорядители бдели. С каменными лицами они подошли к разбушевавшимся конкурсантакам и предельно вежливо развели агрессивных девиц в разные стороны.

Вот это терпение у ребят, да… Интересно, доплачивают ли им за вредность — на такой-то работе? Я лениво проследила за ними взглядом, отметив походя очень хорошо замаскированную тайную дверь.

Параноики эти драконы, всё же. С другой стороны, так ли это удивительно — если вспомнить общее количество их врагов. Взять вот хоть меня...

— Жалкое зрелище, не так ли?

Мелодичный голос оторвал меня от мыслей.

Нацепив на лицо вежливую улыбку, я повернулась к своей соседке, претендентке на драконий половой орган под гордым номером «тысяча двести сорок три».

Я была номером тысяча двести сорок четыре, если что.

— М-м? — выдала я, понадеявшись, что это сойдёт за осмысленный ответ.

— Они ведут себя, как базарные торговки. Не понимаю, зачем драконы приглашают на серьёзное мероприятие такое… отребье.

Вон оно как… Я присмотрелась к соседке повнимательнее и вынуждена была признать: холёная девица.

— Очевидно, вы с крылатыми владыками по-разному смотрите на этот вопрос, — сказала я мягко.

— Ха, — она тряхнула головой. — Это всего лишь доказывает, что даже достойнейшие порой ошибаются. Вот о чём образованный мужчина-дракон будет с такой базарной девкой разговаривать?

— Я могу ошибаться, но мы им нужны уж точно не для разговоров, — отметила я.

Девушка поджала губы.

— Они не пройдут отборочный тур, я надеюсь, — бросила она. — Находиться рядом с этими… Моя аристократическая честь не выдержит такого позора.

Серьёзно?

— То есть, перспектива стать драконьей содержанкой вашу аристократическую честь никак не трогает?

— Да вы… хамка! — взвилась она.

— Да, — я мило улыбнулась.

Она прищурилась.

— А я ведь могу намекнуть нужным людям, что вы проявляете неуважение к крылатым владыкам, — её голос стал сладок, как патока.

— Я проявляю неуважение к вам, а не к владыкам, — отозвалась я безмятежно. — Или уже мните, что вас выбрали? Так нас тут пять тысяч таких, смею напомнить.

Холёная девица взвилась на ноги.

— С вашего позволения, я освежусь, — процедила она сквозь зубы. — И надеюсь, что к моему возвращению вас здесь не будет.

— Надейтесь, — щедро разрешила я. — Говорят, что надежда — светлое чувство.

Её буквально перекосило от бешенства. Я почувствовала, как моё собственное настроение стремительно повышается: хоть какое-никакое, а развлечение…

— Вы пожалеете о своей дерзости, не будь я Аделина Монтамир! — бросила она и удалилась.

Пф. Деточка, будь ты хоть пупом земли, очень сомневаюсь, что сможешь доставить мне больше неприятностей, чем у меня уже есть.

— Это было занимательно, — ну вот, ещё кто-то решил со мной пообщаться. И снова — человеческая аристократка. Неужели пример этой Аделины был недостаточно показательным? Очередную девушку, породистую брюнетку с белоснежной кожей, я решила просто проигнорировать в надежде, что сама отстанет.

Но не судьба.

— Вас тоже отправила сюда семья, как я понимаю?

Угу, семья. Милая и добрая семейка отпетых психов и весёлых головорезов, в которой не так давно сменился вожак.

— Некоторым образом, — ответила я. — Скажем, мои опекуны заинтересованы в этом.

— Ох, — она сочувствующе покачала головой. — Я оказалась в точно такой же ситуации!

У, деточка… сомневаюсь.

— Мне это тоже представляется унизительным, — она поджала губы, внимательно глядя на меня. — Все эти отборы... Будь мой отец жив, никогда не допустил бы такого. Но его нет. А у старшего брата свои представления о правильном.

— Ясно, — я отвернулась.

Интересно, что сказал бы мой отец, увидь он меня сейчас? Наверняка покачал бы головой, но не сердито, а очень огорчённо. Так, как он порой журил своих маленьких пациентов. «Ну что же вы, мой юный лорд. Опять переели конфет?» — его голос настиг меня откуда-то из прошлого.

Наверное, он бы сказал сейчас: «Как же так, Лил? Разве такой я тебя воспитывал?»

«Ты занимаешься чем-то совсем не тем», — добавила бы мама.

А вот Алан бы, наверное, посмеялся...

Но это уже не важно. Они все мертвы, потому что отец слишком верил людям. А мама слишком верила в отца.

Не хочу повторять ошибку ни одного из них.

— Похоже, вам не слишком нравятся драконы, — сказала девушка между тем. — Они были врагами вашей семьи?

Какие интересные повороты...

— Вы говорите опасные вещи, — отозвалась я. — Разве разделить ложе с драконом — не великая честь?

— Нет, если вы спросите меня, — фыркнула она.

— Не похоже, чтобы вас кто-то спрашивал, — отрезала я.

По идее, после такой отповеди девушка должна была оставить меня в покое. Но, к моему удивлению, она улыбнулась.

Красивая у девчонки улыбка, дерзкая и опасная. Даже странно, что такая позволяет семье так руководить собой...

— Верно, — сказала она. — Знаете, ваши манеры эксцентричны для аристократки.

И чем дальше, тем интереснее.

— Я росла в глубинке, — сказала я сухо. — Предоставить документы?

— Ах, что вы, — девчонка тут же наивно захлопала ресницами. — Просто я подумала, что мы могли бы подружиться.

— Вы зря так подумали. Мы не подружимся.

Она покачала головой.

— Мы могли бы поддерживать друг друга…

— Нет, — вот ведь, какая навязчивая. — Мы — соперницы, если вы забыли.

— Ах бросьте, — она махнула рукой. — Уж мы с вами как-нибудь поделим драконов… к кому из них вы хотели бы попасть, кстати?

Её любопытство окончательно стало меня раздражать.