Алиса Чернышова – И.О. Древнего Зла, или мой иномирный отпуск (страница 69)

Что в целом не так уж удивительно, если внимательно подумать.

Эта ветка миров стоит на власти историй, а значит, есть герой-протагонист и его враг, злодей-антагонист. И, как бы там ни было, а именно злодей определяет героя…

Забавно. Никогда не задумывалась об этом раньше, но герои в этом смысле — как Ключи. Они никто без тех, кто их держит; они (мы) никто без двери, которую нужно открыть.

Впрочем, не важно.

Сам факт, что почти у всех стоящих магов поголовно судьбой является или духовный партнёр, или истинный враг. И, в случае с исключительно могущественными магами, этот истинный враг — далеко не всегда человек… Вот и мастеру Лину, без сомнений, одному из талантливейших солярных магов за парочку поколений, Пряха определила судьбу-врага под стать.

Не знаю, насколько мастер Лин понимает это сейчас, но окончательно от Короля Голодных ему не избавиться никогда. И именно эта связь будет определять его величайшие победы и поражения. Ценный дар и проклятие, тут уж как посмотреть.

Я обдумала возможность сказать всё это мастеру Лину, но после решила, что не стоит. Он пока ещё слишком остро переживает это всё для того, чтобы иметь возможность спокойно и объективно посмотреть на это всё. Гений он там или нет, но принятие некоторых вещей даже к могущественным магам приходит с испытаниями и взрослением.

Так что, тему “Короля Голодных в качестве подарка судьбы” я поднимать не рискнула. Вместо того сказала:

— Историю создания книги, в которой мы нынче застряли, я более-менее знаю, спасибо твоему батюшке…

Мастер Лин резко, болезненно поморщился.

Прости, дорогой, но придётся тебе привыкнуть. Ни у кого тут, к сожалению, нет времени и возможности возиться с твоей тонкой душевной организацией, которая уже стоила мне опалённых потрохов.

— Чего я не могу понять, так это причину, по которой ты себя резко начал именовать фальшивкой. Будь добр, объясни так подробно, как только сможешь, суть проблемы.

— А мой драгоценный батюшка разве не соизволил этим поделиться? Или тебе он тоже не спешит рассказывать о себе всего?

Я закатила глаза.

— Твой драгоценный батюшка, при всей его способности изображать дуболома и идиота, является одним из самых серьёзных игроков Нижнего Офиса. “Всё” о нём, пожалуй, не знает даже его начальство. Со мной он поделился только тем, чем считал нужным, что было скорее базовым описанием. Остальное он оставил на моё усмотрение. Какие-то выводы я сделала, разумеется, но каких-то вещей знать не могу. Потому спрашиваю тебя. Ответить действительно сложно?

Под моим пристальным взглядом он глубоко вздохнул и отвернулся.

— Прости. Я просто… не могу смириться.

— И с чем же?

Смех мастера Лина был излишне самоуничижительным.

— Видишь ли, я всегда думал, что попал на Золотые Небеса заслуженно. Талантливый маг, разоблачивший и изгнавший своего демона-наставника, заслуживший своё место в возвышенном мире магов и героев… А теперь я понимаю, что всё это было просто представление, разыгранное этим самым демоном-наставником. Моим отцом по совместительству. Я просто… теперь я задаюсь вопросом, знали ли мои наставники с Небес. И, если знали, то некоторые их насмешки напоследок становятся намного понятнее. Но тогда я просто…

Я пообещала себе, что во время следующей встречи с великим пидагогом Баэлом просто и незамысловато набью этому кретину морду.

И нет, в целом я с самой первой ноты узнаю манеру Бэла заботиться! Он парень нежный и чувствительный, как галопирующее стадо бизонов. На самом деле, он склонен обожать, холить и лелеять молодых талантливых магов… Одна проблема: у него свои представления о том, что значит “холить и лелеять”. Которые попробуй ещё без вреда для психики пережить.

Он и передо мной разыгрывал то наставника, то демона, которого надо победить, попеременно. Таким образом он помогает сделать сильнее, переступить порог, завершить классический круг “быть верным наставнику, пережить предательство и предать”… Но серьёзно, мастер Лин — его кровный ребёнок, да ещё и солярный маг! Неужели этому рогатому кретину в голову не пришло, что с ним надо как-то… помягче, что ли? Не так в лоб? Другими способами? Неужели непонятно, что светленькие придают таким вещам намного больше значения, чем мы?

Я вздохнула.

Похоже, решение тут может быть только одно.

— Мастер Лин, ты обещал мне, что сделаешь всё, чтобы искупить свою якобы вину. Я не слишком верю в искупление и уже говорила тебе, что думаю по поводу вины. Но прямо сейчас мне твои ужимки очень выгодны, потому что у нас с тобой проблема. С такими неразрешёнными внутренними конфликтами в голове, и с той силой, которой ты обладаешь, я не могу на тебя положиться. Вот прикончишь ты меня раньше времени, и как же наш план? Я, великое зло, должна дожить до самого конца представления. Ты, избранник Хранительницы мира, тоже. Потому сейчас я спрошу у тебя вот что: остались ли среди тех недо-божков из “Золотых Небес” у тебя друзья?

Он криво улыбнулся и покачал головой.

— Я думал, что у меня там полно друзей. Но это оказалось такой же ложью, как и всё остальное, во что я когда-либо верил.

Ага, ну ясно.

— И что, никого, на кого хоть минимально можно было бы положиться?

— Мои друзья по учёбе…

— Да, я повидала предостаточно золотых дворцов и самопровозглашённых богов, чтобы примерно понимать, как может выглядеть этот о-бозе-ты-мой сброд. Но также ты упоминал того своего странноватого своевольного напарника, Хуа, которого потом с инициативы твоего учителя невесть куда перевели. И ещё Долон, странствующий мастер или как-то так. Эти ребята по описанию показались мне скорее адекватными.

— Возможно. Я уже ничего не знаю. Но почему ты об этом спрашиваешь?

— Я задаюсь вопросом, мог бы ты довериться кому-то из них?.. Просто тебе нужно провести обряд очищения в этом вашем Храме На Горе. Или как в твоей традиции это пространство называется?.. Впрочем, в любом случае, ты наверняка понимаешь, о чём я. И что туда я не ходок, и с этим тебе не помощник. Тебе нужен кто-то из твоих.

— Это рискованно.

— Да. Но, уж извини, оставлять вещи, как они есть, ещё рискованней. Твой разум должен соответствовать твоей силе, иначе мы проиграем… Потому вот что, мастер Лин. Я, великое злобное зло, похищаю тебя, о чём во всеуслышанье объявляю. Также я приступаю к постановке финальных сцен. Ты же, благополучно похищенный мной, отправишься на встречу… Лучше бы, конечно, с этим странствующим Мастером. И попросишь его о помощи.

— Ты не понимаешь. Для этого мне придётся открыться ему; показать себя такого, какой я есть, со всеми целями и порывами…

— Да. И?

— Он узнает, что я хочу спасти этот мир.

— И?

— Это может стать катастрофой для мира Золотых Небес.

— Ну… Да, может. А может и не стать. Им в любом случае надо отвыкать от паразитирования на опустошении чужих миров, это путь в никуда, особенно для светлых. И из твоих описаний, мастер Долон — один из тех самых твоих бывших коллег, кто прекрасно понимает подлинный расклад и именно потому предпочитает в него не вмешиваться в происходящее. Видишь ли, иногда “не вмешиваться” — лучшая свобода, которую можно для себя выбрать… Эти Золотые Небеса пришли в запустение не просто так. И мастер Долон, судя по всему, не в восторге от решений своих собратьев и, при этом, с большим уважением относится к принципам истинного света. И эти самые принципы не позволят отказать тебе или навредить тебе.

— Гарантий нет.

— Разумеется, нет. Но, боюсь, твой единственный выбор — поверить.

Мастер Лин поморщился.

— У меня не очень хорошо обстоят дела с доверием.

— Знаю. В этом и суть. Главное испытание всегда включает себя то, с дела обстоят хуже всего.

…

Некоторое время мастер Лин молчал, размеренно дыша и явно пытаясь стабилизировать собственную ментальную энергию. Раньше бы так, конечно — но то, что он вообще об этом вспомнил, обнадёживает.

Я сидела рядом с ним, исподволь восстанавливаясь и прислушиваясь к шёпоту леса и звону паутины.

По всему выходило, что малышка Шийни меня уже ищет.

Быстро она, однако.

— Король Голодных упомянул о “путешественниках”, одним из которых ты рассчитываешь стать, — сказал вдруг мастер Лин. — Ты не отрицала. Не можешь объяснить, что это значит?

Я одобрительно улыбнулась.

Вот и возвращается привычный мне мастер Лин, прирождённый интриган, умеющий добираться до сути и задавать правильные вопросы.

Хорошо.

— Я не то чтобы на самом деле рассчитываю. О таких вещах не просят, на них не надеются, ради них не стараются. Это не что-то, что можно заработать достижениями и интригами, не то, что имеет смысл делать своей целью. Однако… это милость, которая может быть дарована однажды таким, как я. Видишь ли, у каждого мира, так или иначе, рано или поздно появляются Путешественники.

— Путешественники, — в негромком голосе мастера Лина отчётливо прозвучал вопрос. — Моя леди подразумевает странствующих мудрецов?

— Нет, точнее, не совсем. Чисто технически, довольно часто миры себе выбирают в качестве Путешественника фигуру Отшельника. Но мне она не светит, мой путь не подходит для этой роли… Но, чисто теоретически, мы с тобой могли бы стать Магом и Монстром.

— Магом и Монстром?..

— Ну да, классика более близкого мне именования. Нравится другое? Пророком и Демоном, Ясностью и Затмением, Знанием и Сомнением… Возможных наименований много. Возможных историй много… Хотя не сказать, что по сути они так уж отличаются друг от друга. История всегда одна, хоть их и бесчисленное множество. Так уж это Древо устроено.