Алиса Чернышова – Бог смерти не любит яблоки (страница 20)
Так что, когда в сторону флагмана с планетки М-254-а медленно поднялся знакомый корабль, отсвечивая на всех частотах так называемым “белым флагом” (универсальным кодом, символизирующим готовность сдаться в плен), никто особенно этому не удивился.
— У нас перебежчик, судя по коду — из старших офицеров, — отрапортовал Ироро.
— Хорошо, — усмехнулся генерал Дро. — Известно, кто?
— Личный порядковый номер С-2156. Исходя из наших баз данных, это Лиана Брифф, лейтенант, по некоторым данным, уже капитан. Приписана к крылу “Гнев”. В прошлом — кибергонщица.
— Кибергонщица? Серьёзно? Хорошо хоть не стилист, — покачал головой зам Эджо. — А нам среди пленных и такое встречалось, можете вообразить? Это совершенно обескураживает. Они там совсем с ума сошли с этой своей генетической ограниченностью! У нас-то выбора нет, мы воюем и выполняем свой долг. Но они могли бы, как положено, выставлять навстречу нам модов, а не замороченных агитками людей-гражданских! Кто вообще так воюет?
— О, мой друг, это же гвадцы, — скривился Ироро. — Они — лицемеры, не желающие признавать, что будущее наступило. Они цепляются за древность, как за спасательный круг, и не хотят видеть, что тот давно прохудился. Их граждане просто не понимают, какую услугу мы им в конечном итоге оказываем, избавляя от совершенно невменяемого руководства, не желающего двигать прогресс. Кровь всех этих несчастных замороченных граждан — на их, и только на их руках. Мы всего лишь делаем то, что необходимо, ради процветания этой великой галактики.
— Всё так, — кивнул генерал Дро. — Мы не отвечаем за то, как Гвада выбирает себе военных. Факт остаётся фактом: вступив в гвадскую армию, эти люди, независимо от их генетического потенциала, становятся нашими врагами, подлежащими уничтожению. Впрочем, в данном случае нужно будет проверить, насколько эта, с позволения сказать, “кибергонщица” может быть адаптирована и полезна разумному гвадскому обществу. Так что, принимаем её сдачу.
— При всём уважении, это очень похоже на ловушку, — протянул Амано. — На мой вкус,
— Я вас прошу, — скривился Ироро, — что они могут нам противопоставить?
— Не скажите. Нам сложно оценить масштаб техники, которая ещё могла у них остаться, но по самым оптимистичным прикидкам где-то находится неучтённая маскировочная установка, а также несколько боевых робокораблей класса “Рейнджер”. Это действительно может быть проблемой.
Генерал Дро пожевал губами.
— Ваши предложения?
— Предлагаю выслать навстречу бронированный перехватчик, захватить в плен пилота, а корабль привести на буксире. Я лично мог бы руководить операцией.
— Можем ли мы рисковать вашей жизнью, диро? — насмешка в тоне генерала не была ощутима. Почти.
— Бросьте, генерал, — усмехнулся Амано. — Я — глаза и уши дяди здесь и сейчас, но я вполне готов умереть, чтобы место моё занял кто-то другой. Жизнь моя не принадлежит мне, она принадлежит лишь Канцлеру и Коалиции. Но в данном случае не думаю, что понадобятся жертвы с моей стороны: щиты оградят меня, а лок-генерал Танатос подстрахует. С другой стороны, я также один из лучших переговорщиков, техников и пилотов, которые вам сейчас доступны. Учитывая природу своих модификаций и статус диро, я намного быстрее смогу сделать выводы об истинных целях перебежчицы. В которых я сомневаюсь, и это официальное заявление; я считаю, что мы имеем дело с классической вариацией на тему троянского коня. Я не хочу тащить его на флагман без проверки.
По лицу генерала Дро читалось, притом вполне прямым текстом, насколько ему всё это дорого. Что, впрочем, всего лишь закономерно: генералы лок-генералов терпеть не могли. Признавали их полезность, использовали, но почти поголовно ненавидели. И на техников при “богах”, особенно относительно постоянных, эта неприязнь тоже распространялась.
Тут нужно сказать, что с началом войны диро Эласто оказался перед довольно сложной дилеммой. С одной стороны, ещё с древних времён известно правило: два командира в войске — к беде. С другой стороны, проект “Боги новой эры”, благодаря которому он и пришёл к власти, был его золотым яйцом, которым он не собирался ни с кем делиться.... Особенно не с военной элитой, которой ни на секунду не доверял. Как ни крути, а на них ограничивающих масок не напялишь: все поголовно граждане. И не последние, что уж.
Понятно, что на каждого из них у него имелись компроматы и рычаги давления, но для параноика и контрол-фрика Эласто было этого недостаточно. Отдать им власть над лок-генералами, даже ограниченную? На это он бы определённо не пошёл, хотя бы потому, что лок-генералы были в том числе способом контролировать армейскую верхушку. Так что им он отдавал приказы напрямую… по крайней мере, это должно было работать именно так. На деле же чем дальше война затягивалась, тем меньше у Эласто было возможности (и желания) самостоятельно всё контролировать. Он задавал направление и тем ограничивался, рассчитывая на то, что лок-генералы с их “расширенным спектром инициативы” найдут необходимые решения. Именно потому приказ лок-генерала, если уж был отдан, был выше приказа генеральского: каждый чих “богов” фиксировала маска, и проверить релевантность любого такого вот приказа Эласто мог, даже не щёлкая бессмысленно пальцами.
Так что, лок-генералы должны были стать его страховкой, руками и ушами. Ну а там, где им понадобится организация и ассистирование, вступают в игру их личные техники.
Базово и на первый взгляд статус техников был довольно низким, а смертность среди них — весьма высокой. С другой стороны, те техники лок-генералов, которые сумели найти общий язык со своими подопечными (“освоить правильное управление оружием”, как выражался по этому поводу Эласто), со временем неизбежно обретали довольно большую власть. Неявную, подковёрную, но от этого не менее опасную — как минимум, для возможных врагов.
Амано же, в свою очередь, был самым худшим вариантом из возможных: старший техник, диро, родной племянник Эласто — всё это было синонимами выражения “одна большая проблема”. Дро понимал, что с Амано нужно считаться. И неважно, насколько глубоко это у него в печёнках сидит.
Потому что если окажется, что Амано был прав, у генерала будут все шансы пойти под трибунал.
— Хорошо, — бросил Дро в итоге. — Принимается. Работайте.
— Благодарю, генерал, — издёвка в голосе Амано также была не так уж далека от поверхности. — Работаем. Ари Танатос?
— Я смотрю на вас.
— Вот и хорошо!
Дальше от Танатоса уже ничего не зависело.
Он поднялся по ступенькам к своему креслу, стоящему поодаль от мест остальных офицеров, на возвышенности. С некоторой иронией Танатос подумал, что это кресло напоминает ему трон. Правда, это кресло, в отличие от трона, символизирует неволю, одиночество, беспомощность и пачку неприемлемых решений…
Ладно, если вспомнить человеческую историю, возможно, это и похоже на трон. Даже весьма. Так сказала бы сейчас Ли.
С места Танатоса открывался полный обзор, хотя, если честно, это были больше демонстративные психологические приёмы, чем реальная необходимость: все камеры флагмана, а также разведывательных дронов и спутника, были в его распоряжении. Так что он при желании мог оглядывать весь космос вокруг… Но прямо сейчас его интересовал только один корабль, навстречу которому вылетел небольшой рой дронов и истребителей крыла “Танатос-бета”. Ведущая машина Амано поблескивала золотыми боками.
Танатос смотрел, как машины сближаются, как Амано запрашивает контакт. Интересно, как он собирается повернуть всё так, будто сдача Ли — ловушка? Впрочем, это же Амано. Даже параноик Эласто по сей день свято верит, что племянник слепо предан ему; это в очередной раз доказывает, что Амано умеет устраивать такие вещи. И всё же… В какой-то момент, наблюдая за тем, как корабли обмениваются кодами, Танатос поймал себя на непонятном ощущении. Ли тянула, отказываясь напрямую впустить Амано в свой вирт, и не включала видеосвязь. И вроде бы пока всё было в пределах нормы, но что-то, что-то…
Танатос замер, мгновенно взяв под контроль все жизненные показатели.
Он был слишком зол, слишком печален и ещё очень много всяких “слишком”. Именно потому он всё это время вёл себя, как слепой, обиженный идиот.
А ведь он успел узнать Ли, притом неплохо узнать.
Насмешливое торжество в застывших глазах мальчишки-предателя. Злобное: “Я ненавижу тебя,” сказанное в нужное время и в нужном контексте. “Белый флаг” и нечто неправильное в стиле полёта…
“Это не она”, — это сообщение они с Амано отправили друг другу одновременно.
“Если здесь её нет, то где-то она есть. И сомневаюсь, что на всех парах улетает отсюда,” — добавил Амано.
“Работаю,” — ответил Танатос лаконично. Его разум нёсся по закоулкам вирта, анализируя пространство космоса.
-
-
На первый взгляд это казалось очередной формацией разведывательных дронов, возвращающихся с рейда для технической проверки. Правильный ответ на позывной свои-чужие, правильные данные со сканера — ничего настораживающего.