– Ну давай, поплачь, глупая. Нам господин Камерон помогает найти родителей, а ты все капризничаешь, как неблагодарная, – поддразнивала ее Ив.
Еще мгновение, и малышка Ада разразилась рыданиями. Тина поспешила отбросить конструктор и принялась успокаивать младшую.
– Иви, ну зачем ты ее обижаешь… – тихо заговорила девочка. – Знаешь же, как она переживает, когда мы не вместе.
– Знаю, что она так привлекает внимание! – хмыкнула Иви. – Любит она это делать. А может, и вообще, завидует, что Самсон первый!
– Ну что ты за злюка…
Тиг тоже отложил игру и вдруг поддержал сестру:
– Вообще-то его и вправду нет очень долго. Может быть, пойдем и посмотрим?
– Идите куда хотите, – Иви скучающе зевнула. – Мы останемся тут. Правда же, Зи-зи?
Боузи пожал плечами.
Но стоило команде сопереживающих собраться в путь, в комнату словно по сигналу вошел Самсон.
– Ура! – тут же перестала выдавливать рыдания Ада и кинулась обнимать своего названого брата. – Ребята, вот он!
Пухленький мальчишка оглядел всех присутствующих и, вырвавшись из рук девочки, сделал шаг назад. Он выглядел из рук вон плохо: кожа была бледно-серой, а глаза потемнели и бегали туда-сюда, будто в панике.
– Самсон, да что с тобой? – наконец, заинтересовалась происходящим Иви. – Скажи хоть что-нибудь!
Самсон повиновался и открыл рот, но из него не исходило ни звука.
Еще через секунду глаза мальчика страшно увеличились. А ковер под ним залило густое рвотное зловоние.
Глава 6
Самсон заболел.
И день, и ночь мальчишка проводил в постели, почти не откликаясь на попытки названых братьев и сестер заговорить с ним. Коматозное состояние превращало некогда веселого и бойкого малыша в застывшую куклу, чей остов теперь лишь имитировал жизнь, но не имел с ней решительно ничего общего.
Больше всех волновалась Ада:
– Папочка говорил мне! – причитала она. – Говорил! А вы не слушали.
– Ада, – качала головой считавшая себя самой взрослой и осознанной Иви. – Сестра Александра уже объяснила, что он отравился. Он ведь лопает больше всех, ничего удивительного! Вы же знаете, что чревоугодие…
– Но, мы ели одно и то же… – возражал Боузи. – Почему мы тогда не заболели?
– А вот прочитаешь библию как следует и все про грехи поймешь! – недовольно фыркала всезнайка Ив. Казалось, на этот раз девочка не была полностью уверена в собственных словах, а потому остро реагировала на справедливые замечания. – Бог все видит, Зи-зи. Ему лучше знать.
– Если Бог все видит, то почему же он такой жестокий… – мрачно отозвался мальчик.
– Ах, Боузи! – впервые огрызнулась на своего фаворита Иви. – Побойся таких слов, иначе я пожалуюсь на тебя сейчас же!
С тех пор тему наказания Самсона Создателем дети не поднимали. Лишь пытались позаботиться о брате как могли.
Ада приносила Самсону еду и воду прямо в постель по поручению сестры Александры, Тигги и Тина несли ответственность за чтение утренних и вечерних молитв у кровати больного вслух, а Боузи и Иви предпринимали всяческие попытки разговорить мальчика.
– Самсон, ну расскажи нам про послушания с господином Камероном… – уговаривала его Ив, мягко поглаживая по руке. – Может, и силы появятся…
– Или про что-то другое… – робко подхватывал Боузи. Болезнь Самсона, казалось, помогала ему чувствовать себя увереннее. То, что кому-то рядом было значительно хуже, чем ему самому, заставляло еще недавно безымянного Малыша ценить то, что он уже имел.
– Пить… – только и отвечал названый брат.
Тяжелее всего давались привычные будни. Несмотря на то, что детскую спальню теперь омрачало страдание тяжело дышащего, мертвенно бледного Самсона – все шло своим чередом.
Расписание подопечных приюта настоятельницы было нехитрым и повторялось изо дня в день:
– подъем в шесть утра и часовые утренние чтения в святом уголке;
– завтрак;
– первый этап послушаний с сестрой Александрой, включающий в себя обучение базовым наукам;
– обед в час дня;
– второй этап послушаний, с дисциплинами «Закон божий», «Основы христианской культуры» и «Церковное пение»;
– два часа на игры на территории сада и первого этажа;
– ужин в восемь часов вечера;
– часовые чтения молитв на ночь;
– отбой ровно в девять.
Исключением в графике теперь предполагались лишь индивидуальные занятия с господином Камероном. Однако, как он объяснял детям, посвящение в новые знания ждет каждого, но поочередно и никак более.
– Мы ждем, пока восстановится наш дорогой мальчик, куколки, – повторял Камерон за общим столом. В отсутствии Самсона он никогда не называл его имени, словно хозяину дома было необходимо живое напоминание перед глазами для того, чтобы ориентироваться в шестерых детях.
Теперь казалось, что именные нашивки на форме воспитанников были предусмотрены далеко не из гостеприимства.
– Значит, пока Самсон болеет, вы нас не позовете?.. – надувала губы Ив.
– Нет, моя дорогая… – сиял от удовольствия в такие моменты Камерон. – Все обязательно будет, но позже. Позже!
Он выглядел бодрым и счастливым круглые сутки, чего нельзя было сказать о переживающих период недетского стресса малышах.
Свет вновь разогнал мрак старого дома в тот день, когда Самсон, наконец, поднялся на ноги: дети гоняли мяч в небольшом, но уютном саду, что огибал дом благодетеля со всех сторон.
Заметно похудевшего мальчишку они заприметили еще издалека.
– Эй, большой братец! – весело окликнул его Тиг. – Давай к нам!
Но стоило Самсону помахать друзьям в знак приветствия, рядом с ним вырос знакомый, старомодно одетый силуэт.
– Господин Камерон! – крикнула Иви взрослому. – Разрешите нам поиграть чуть-чуть до ваших занятий, пожалуйста!
– Пожалуйста-пожалуйста! – чуть не прыгала на месте от счастья Ада.
Но хозяин дома лишь расплылся в улыбке и, приобняв мальчика, увел его в дом.
* * *
– Здравствуйте, доктор Константин.
– Добрый день, Боузи.
Это было похоже на замыкающийся круг. Моя история погружения в удивительную альтернативную реальность, что, как позднее оказалось, кишела гнездами ядовитых змей, начиналась со звонка психотерапевту.
Сейчас же этот телефонный разговор сигнализировал о том, что мы подбирались к финалу. Все ближе и ближе.
И я боялся развязки как никогда.
Его голос звучал буднично, но без особенного, привычного расположения. Все выглядело так, словно он знал, что я позвоню. Ждал этого, репетировал и готовился.
Чуть заслышав Константина в трубке (я включил громкую связь на мобильном), Лола сразу закатила глаза, всем своим видом демонстрируя, что голоса мужчины для составления психологического портрета ей было достаточно. Оуэн же просто решительно кивнул.
Нашу маленькую авантюру мы проворачивали именно в таком составе, в кабинете местного босса. Бывшую жену Джереми я захотел пригласить сам. Почему-то после питчинга Лолы в главном зале мне казалось, что в ситуации с предполагаемыми абьюзивными отношениями ее присутствие не будет лишним.
Дядя мое решение не оспаривал.
– Как… поживаете?
