Алиса Бастиан – Фредерик (страница 27)

– Да, – сказал он, открывая кабинет. – Да, я принёс вам его письмо. Как мы и договорились.

Вы зашли внутрь, и ты с нетерпением протянула руку. Тебе ужасно хотелось прочесть его зашифрованный ответ. А доктору Ч., судя по его лицу, ужасно хотелось сначала прочитать письмо самому. Но ему пришлось уступить.

– Присядьте, – вежливо сказал он, и ты села в уже ставшее привычным кресло и начала читать.

Никаких эмоций. Не смей.

Ты читала текст с каменным лицом; недавняя ты могла бы позавидовать выдержке тебя сегодняшней. Скрытое послание затерялось среди воздушных недосказанных слов. Ты дочитала до конца и посмотрела на доктора Ч.

Он сидел за своим столом и что-то изучал в ноутбуке. Ты наклонилась и положила письмо прямо перед ним.

– Что…

– Только не говорите, что не собирались его прочитать, – сказала ты.

Доктор Ч. понял, что отпираться бессмысленно. Особенно перед той, кто согласился приходить сюда, несмотря ни на что.

– Только в целях безопасности, – всё-таки ответил он.

– Разумеется, – легко согласилась ты.

Доктор Ч. недоверчиво посмотрел на тебя и всё-таки взял письмо в руки. В нём не было ничего откровенного или провокативного, кроме небольшого тайного послания, так что по итогу он нашёл его довольно скучным. Ты внимательно наблюдала за ним во время чтения, сохраняя на лице расслабленное выражение, но внутренне напрягшись.

И совершенно напрасно. Конечно, он ничего не заметил.

– Вы будете отвечать? – спросил он, кладя письмо на стол.

– Сейчас?

– Почему бы и нет, – улыбнулся он.

Ты потянулась к письму, но он поспешил накрыть его своей рукой, случайно задев твою. Боже. Вы, конечно, неплохо провели время на приёме в особняке, но максимум, который у вас был, – это его ладонь на твоей спине и то, как ты взяла его под руку, чтобы осадить доктора И. Ничего такого, но тебе стало неприятно. Тебе хотелось скинуть его руку, пусть даже это была и случайность. Однако, учитывая твои планы, с этого надо было начинать.

Что ж, так тому и быть.

Но доктор Ч. первым отнял руку, и тебе это принесло большое облегчение.

– Пусть останется у меня, – сказал он.

А вот это нехорошо.

– Зачем?

– Для архива, – снова сверкнула улыбка.

Ага, архива. Скорее для рукописи. Ладно.

Он достал чистую бумагу, но ты покачала головой.

– Я напишу дома.

– Почему?

Тебе нужно было время, чтобы тщательно продумать текст. И сделать всё внимательно и осторожно.

– Нужно всё обдумать, – ответила ты.

Правда.

– Хорошо.

– Пожалуй, мне пора, – сказала ты, поднимаясь. – Я принесу письмо… завтра?

Доктор Ч. тут же вскочил с кресла, как будто при секундном промедлении ты обвинила бы его в неуважении.

– Вы уверены, что добровольно хотите продолжать наши… встречи?

– Да, – усмехнулась ты. – Не похоже, чтобы вы держали меня в заложниках.

Он проводил тебя до двери, пытаясь скрыть довольную улыбку.

– Тогда да, завтра, – сказал он на прощание.

Когда за тобой закрылась дверь, он постоял, слушая твои лёгкие шаги по коридору, потом подошёл к окну и раздвинул две полоски жалюзи, смотря, как ты идёшь на автобусную остановку. Если бы кто-то из его бывших консультируемых посетителей заметил такое, его бы сочли маньяком и убежали прочь. Но он ничего не мог с собой поделать. Твоё внимание привлекло мельтешение в одном из окон. С такого расстояния ты не видела точно, но была уверена, что это он. Ты прищурилась и помахала ему рукой.

Доктор Ч. отпрянул от окна, словно его застали за чем-то неприличным. Задумался. Усмехнулся.

Ты точно была психопаткой.

27

Ты написала письмо, тщательно подбирая слова. Послание было спрятано и ожидало, когда его обнаружат. На следующий день ты приехала к доктору Ч. вовремя, чтобы не заставлять его нервничать, хотя тебе очень хотелось немного его помучать. Удержало тебя только то, что он ещё успеет нанервничаться и намучаться. Ты надела строгое чёрное платье ниже колена с белым накладным воротничком, ботинки без каблука. Не слишком развязно, но и не толстовка с джинсами.

Доктор Ч. встретил тебя не без радости и не без очередного нового костюма, на этот раз серо-черного, в мелкую клетку. И печально сообщил тебе замечательную новость:

– К сожалению, кофемашина сломалась.

Ты дала понять, что это не так уж страшно, и передала доктору Ч. письмо.

Без конверта.

Он долго смотрел на тебя, а ты на него, уверенная в своём шифре и вообще в себе, что в последнее время случалось не так уж часто. В конце концов доктор Ч. вздохнул, сел в своё гротескное кресло и начал читать. Ты забыла, что хотела изучать кабинет, его детали. Тебя интересовала только реакция доктора Ч., вернее, её отсутствие, и ты получила желаемое. Он снова не нашёл в письме ничего интересного. Знал бы он, что там скрыто! Тебе даже стало чуточку жаль его. Впрочем, это быстро прошло.

– Я передам его, – сказал доктор Ч., кладя письмо на стол и прижимая его пресс-папье.

– Надеюсь, – ответила ты.

Он неуверенно открыл блокнот, словно не знал, как начать ваш неофициальный «сеанс». Пролистал его. Страницы были исписаны аккуратным мелким почерком, часто встречалось подчёркивание, иногда знаки вопроса. Это всё, что ты смогла разглядеть со своего места.

– Вам нужно ещё что-нибудь? – спросил доктор Ч.

До этого он, за неимением кофе, поставил на столик рядом с тобой стакан воды и вазочку с засохшим печеньем. Ты боялась даже представить, сколько оно пролежало в его кабинете, прежде чем появился кто-то, кому можно его предложить. Кто-то вроде тебя.

– Да, – ответила ты. – Две вещи.

Доктор Ч. зачем-то поправил свой коричневый галстук и приготовился слушать. Он ещё ни разу не подарил тебе свою журнальную улыбочку. Это странно.

– Во-первых, мне было бы комфортнее, если бы вы сели сюда, – ты указала на кресло рядом с тобой. Ты не хотела, чтобы вас разделяла баррикада стола. Доктор Ч. послушно пересел.

– А во-вторых, мне хотелось бы ещё куда-нибудь сходить, – выпалила ты, чуть не зажмурившись. Ты долго думала, как облечь это в слова, но ничего выдающегося так и не подобрала.

– Правда? – спросил доктор Ч.

Почти.

– Думаю, да.

Он протянул руку к печенью, пытаясь скрыть нервозность. Взял одно и стал вертеть между пальцами. Ужасно раздражающе.

– Пожалуй, это было бы полезно, – сказал он.

– В пятницу, – заявила ты.

– О, вы уже проработали этот вопрос, – улыбнулся наконец психиатр. – Боюсь, там будет скучнее, чем в особняке.

В пятницу был день рождения какого-то профессора, который отмечать собирались в театральном зале.

– Если там обнаружится доктор И., скучно не будет, – усмехнулась ты.