Алиса Атлас – Последний в роду выбирает попаданку (страница 10)

А моим странным, молчаливым союзником – сам объект этой безумной охоты, который, казалось, ценил мою тихую войну больше, чем все громкие слова за столом.

И он продолжал меня тревожить. Потому что теперь он знал обо мне гораздо больше, чем мне бы хотелось.

Голод

Ужин закончился, едва Дорн встал на ноги. Претендентки повскакивали с мест и обступили его разноцветной стайкой. Дорн метнул взгляд в мою сторону и повёл девушек из зала.

Теперь началось время слуг. Они громко топали, прикрикивали друг на друга и гремели посудой. Сдвигали мебель и светильники. Когда в зале стало особенно многолюдно, я выскользнула из ниши за спиной двух кухонных работников.

Чтобы не привлекать внимания, достала из кармана платок. Если бы меня заметили, объяснила бы, что госпожа обронила и послала за пропажей. Но на меня даже не взглянули.

Склонив голову, я прошмыгнула к двери в коридор. От долгого стояния в нише я окоченела. Стараясь незаметно растирать руки и двигаться чуть дальше отводя руки и ноги, чтобы поскорее избавиться от скованности, двинулась в сторону кухни, но с господской стороны.

В животе не просто урчало и тянуло. Там уже ныло от голода. Есть хотелось так, что в висках стучало, а перед глазами начинало плыть марево, но уже не от свечей, а от низкого уровня глюкозы. В институте у меня было так же.

Дорога на кухню казалась бесконечной. По сути, я сейчас намеренно делала круг, чтобы не выдать своё присутствие в зале для приёмов. Помня расположение комнат первого этажа, это было нетрудно. Сейчас я и без плана могла найти еду.

Аромат жареного лука, мяса с розмарином, горячего хлеба, буквально сводили меня с ума. Мне казалось, что моё обоняние обострилось многократно. Изменилось зрение и от голода начали чесаться запястья.

У меня никогда не было зуда от нехватки пищи. Обмороки и головокружения были, головные боли мучили. Но теперь, я словно сходила с ума от желания вонзить зубы в кусок мяса, или даже просто хлеба.

Едва не рыча от голода, я ворвалась в кухню. Она была потрясающей! Огромное пространство с каменными стенами. Очаг с длинной плитой, напоминающей печку в разрезе, массивные деревянные столы.

Я застыла на пороге, ослеплённая масштабом и организацией питания. Посреди кухонного зала стоял огромный мускулистый мужчина в фартуке и поварском колпаке. Главный грозно смотрел на пробегающих мимо, иногда прикрикивая и отдавая приказания.

Он мог командовать армией. Седина на висках говорила не только о возрасте, но и о накопленном опыте. Мужчина создал здесь командный центр, а не просто кухню. У него во всём был порядок.

Сейчас повар закончил сражение за ужин и готовился к битве за завтрак. Проверив чистоту посуды, он уселся за стол и достал огромную тетрадь. Сделал в ней отметки и поднял удовлетворённый взгляд ровно на меня.

Заметил.

Хранитель порядка и настоящий Шеф-повар моргнул. Я сделала шаг навстречу. Мужчина в колпаке взял меня на прицел своего внимания. Мне стало зябко от его взгляда.

– Ты. Кто такая? Зачем здесь?

Голос был низким, ровным, уверенным. Было видно, что шеф не потерпит пустой болтовни. Я вытянула руки по швам и доложила, как новобранец на плацу:

– Анна Руссо. Компаньонка баронессы Ленорт! – Начав бодро, я вдруг стушевалась от его грозной фигуры и закончила уже сбивчиво, – я… не успела поужинать. Не осталось ли чего-нибудь? Хоть хлеба.

Повар медленно, будто занося меня в какой-то внутренний реестр нарушителей, закрыл тетрадь.

– Компаньонки, – произнёс он, как будто читал свод правил, – получают еду в малой столовой. Время завтрака, обеда и ужина написано на двери. Ты опоздала на час. – Он посмотрел на массивные часы на полке. – Второе расписание висит на доске в прачечной. Те, кто опаздывают, ждут своего часа. Меня их забывчивость не касается. Приходите утром, накормим.

Меня будто ударили в солнечное сплетение. Он не злился. Он ставил меня на место заведённым порядком и утверждёнными процедурами. Я выпадала сейчас из его безупречной системы и потому подлежала удалению из неё.

– Простите, я не знала. Меня не предупредили. Я сопровождала баронессу.

Мужчина встал и медленно пошёл в мою сторону. Поварята, словно пугливая стайка рыб, отшатнулись в противоположную часть кухни.

– Твои обязанности – знать распорядок дома, в который прибыла, – отрезал он, глядя на меня сердито. Её тон говорил: разговор окончен. – У меня кормёжка господских гостей. Больше семидесяти персон. Я тут главный повар, а не ночной буфет. Уходи. Мне ещё меню на завтра с господином Дорном утверждать. Не мешайся под ногами.

Меня словно помоями облили. По мнению повара, я не была достойна даже куска хлеба. Голод и унижение сделали своё дело. Настроение испортилось окончательно. Пробормотав извинения, я выскочила из кухни.

Перед глазами плыло. У меня с собой не было даже сухариков, не говоря уже о леденце или прянике. Перспектива ворочаться с боку на бок, борясь с голодом, меня удручала.

Теперь кухня напоминала мне не командный пункт центра питания, а лабораторию сумасшедшего алхимика, ставящего опыты над людьми. В носу щипало, слёзы подкатывали к глазам.

Опустив голову, я рванулась вверх по лестнице для прислуги. Той самой, которая была ближе к нашим покоям и соединяла кухню с господскими комнатами. Голод скрутил желудок уже не просто спазмом, а настоящей болью.

Лечь спать. Просто лечь спать. Завтра первой спуститься к завтраку. Мысли путались, в голове звенело от усталости и унижения. Я выскочила на лестничный пролёт между этажами и на развороте с размаху врезалась в шедшего навстречу человека.

– Ой! Извините, пожалуйста, я не хотела, – пролепетала я, попытавшись отскочить в сторону.

В темноте лестницы я сумела разглядеть мужскую фигуру, едва не застонав от расстройства. Передо мной стоял граф Дорн. Он был без парадного камзола, в простой тёмной рубахе с закатанными до локтей рукавами.

Дракон придержал меня рукой, а когда я попыталась отстраниться, удержал возле себя. Мир моментально переменился. Теперь я не чувствовала ни боли в желудке, ни прохлады лестницы.

Только жар.

Он исходил от мужской фигуры. От сильных рук Дорна, его крепкого торса. А ещё, от глаз. Голубых, сияющих, опасных.

Я несколько раз дёрнулась, словно рыба на крючке. Но уже и сама понимала, что не смогу вырваться до того момента, когда Дорн сам решит меня отпустить.

Дракон впился в меня взглядом и тянул к себе, словно пойманную дичь. Мы застыли в темноте лестничного пролёта, словно утонув в жаркой вулканической лаве.

Мы оба рухнули в какой-то вибрирующий кокон. Сердце Дорна билось в моей груди, а моё – в его. Мы синхронно выдыхали и одинаково резко хватали ртом воздух.

Глаза Дорна стали сначала синими, а потом, когда искры вытянули его зрачок в вертикальную щель, светящимися. Я тонула в их свете, проваливалась в переливающуюся блеском бездну.

Мне не хватало воздуха! Хотелось вынырнуть, отстраниться, освободиться. И утонуть сильнее! Достигнуть самого центра водоворота, начавшегося в драконьих глазах. Отдаться на волю его стихии.

Меня трясло от новизны ощущений. От мурашек, обжигающих кожу. От запаха мужского тела, моря, горных трав. От магии между нами. И когда я совершенно потеряла точку опоры, Руи качнулся вперёд.

Он медленно, неотрывно глядя мне в глаза, словно соблазняя, склонился к моим губам. Мир исчез. Остался лишь его взгляд, его дыхание и миг до падения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.