Алина Вульф – Одержимость Ростовщика (страница 30)
— Проблемы? — спрашивает Костет. — Смерть заднеприводного тебя так огорчила? Были планы на его дыру?
— Захлопнись.
Ржёт урод. Роется в телефоне. Не было бы от него пользы в начале работы, когда только от отца свалил, пристрелил бы.
Дверь открывается. Бляди одна за другой входят в комнату.
— Не знаю, что за херня у тебя происходит в жизни. Ломать не буду. Сам скажешь, если дело серьёзное, но отпустить с таким рылом из своего клуба не могу. Сам понимаешь, плохо повлияет на репутацию, — подзывает девчонок. — Выбирай. Танцуй. Ебись. Всё за счёт заведения.
Блондинки. Брюнетки. Рыжие. Светлые. Мулатки. Шведский стол. Костет знает мой вкус. Все сочные. Фигуристые. Есть где ухватиться.
Смеются. Переглядываются. Прикидывают кого в этот раз выберу. Одна прямо намекает, что не прочь развлечься. Пальцами по груди ведёт. Тряпьё вниз тянет. Торчащие соски выставляет. Другая жопой вертит. Товар показывает. Губу прикусывает.
Сперва решил никого не брать. Зачем мне пользованные? Порченые. Другими членами пробитые, когда дома своя есть. Моя. Хотя сегодня нормальный трах не светит. Реально переборщил вчера. В мелкую вгоню, только в кровь разотру всё, но есть и другие способы пустить сперму.
После догоняю. Словно пулей прошибает. Нет реакции на женщин. Никакой. Не интересуют шлюхи. Не цепляют.
Полуголые стоят, а хуй висит, как у импотента. Прохожу мимо. Рассматриваю спереди. Сзади. Ноль реакций. Что за херня?
Указываю на семерых. Бронирую одну из ВИП-комнат. Говорю, что делать. Сам сажусь на диван.
Двое танцуют. Крутятся. Раздеваются медленно, но по глазам видно, что готовы трахнуться уже сейчас. Трое на полу сперва имитируют секс. Одна ноги раздвигает. Вторая сверху будто долбиться в подругу. Сиськи сжимает. Соски лижет. Третья на лицо первой садится и стонет, когда та ей пизду вылизывает. Вторую за волосы тянет. В дёсна целует. По очереди меняют положения. Сосутся. Ебут друг друга пальцами. Ещё двое вокруг меня вьются. Ластяться. Одна садится. Трётся о мои брюки. Пытается расстегнуть и до члена добраться, но я останавливаю. Не пойму, какого хера. Просто действую по инерции. Вторая за её спиной снимает с неё одежду. Перед моим лицом жмёт ей грудь. Суёт пальцы в рот, будто хуй. Вторую руку спускает. В пизду суёт. Ебёт пальцами.
Шлюхи стонут. Орут. В другой раз я бы уже трахал их. По очереди отодрал бы каждую. Тогда какого чёрта сейчас хуй лежит овощем?
Никак. Нет отклика. Нет эмоций. Глаза закрываю. Вижу её. Под собой. На себе. Только тогда движение в штанах появляется.
Дегенерат. Размяк.
Стерва. Это ты убила. Меня. Убила всех, кто был до тебя. Убила всех, кто мог быть после. Вырубила плачущими глазами ещё когда в твой дом пришёл. Приворожила. На коленях стояла ты, а на привязи оказался я.
Вгрызлась в меня. Связала. К себе привязала. Другими не вытравить. Не стереть тебя. И ты расплатишься за это.
Звонок застаёт, когда я уже еду домой. Мысленно представляю, что буду делать с мелкой.
— Шеф, у нас проблема.
Твою мать. Что ещё стряслось?
— В чём дело? — рычу.
— Девчонка… девчонка ваша исчезла.
26
Открыв глаза, вижу перед собой панорамное окно с видом на ночной город. Множество огней сверкают, гаснут один за другим и снова вспыхивают. Переливаются, будто в странном танце. Красиво. Завораживающе. Я бы еще полюбовалась ими. Понаблюдала за сменой света, если бы не одно "но".
Незнакомая обстановка вокруг меня.
Белая комната, почти такая же, как у Рагнара. Улавливается сходство в стиле, но это не его дом. Не его спальня, где я засыпала до этого.
Села на кровать и тряхнула головой. Ущипнула себя, но мираж не исчез. Не растворился, как иллюзия.
Что происходит?
Попыталась встать и тут же поморщилась от боли. Ниже пояса всё ещё болело после вчерашнего сумасшедшего дня. Угораздило же на свою голову настоять, чтобы он остался дома. Не выходил пьяный на работу.
Осматриваюсь. Пытаюсь понять, что происходит вокруг меня. Где я? Как здесь оказалась? Вспоминаю события сегодняшнего дня. О том, как проснулась одна в спальне Рагнара. Попыталась дойти до кухни, чтобы выпить воды, но упала сделав пару шагов. Ноги не держали совсем. Горничная принесла стакан, после чего я снова сразу же уснула, а проснулась уже здесь. В светлой спальне незнакомого дома.
Вдруг становится неуютно. В воздухе повисает напряжение. Тяжёлое. Давящее. Зловещее.
— Добрый день, Дженевьева, — вздрагиваю от глухого звука, резко прервавшего тишину. — Рад, что вы нашли время и решили навестить меня.
Поворачиваюсь следом за голосом и застываю. В проёме двери стоял тот мужчина, с которым я разговаривала на аукционе. Предлагавший свободу взамен на некие бумаги.
— Как добрались? Надеюсь мои люди не доставили вам проблем? — спрашивает совершенно спокойно и садится на кресло, рядом с моей постелью.
Следом заходит горничная. Женщина лет сорока. Вкатывает тележку с едой и двумя кружками чая, а после удаляется, как ни в чём не бывало. Запирает дверь.
— Хотите чай? Вы ведь только чёрный пьёте? Или может хотите поесть? Сутки же ничего не ели, наверно жутко проголодались.
Говорит и пугает каждой фразой. Движением. Взглядом. Доводит до дрожи. Что ему надо?
Я отползаю подальше. Отхожу от ненормального, а после срываюсь. Хватаю первый попавшийся предмет в целях самообороны и направляю на мужчина, как оружие.
Настольная лампа. Не острая, но тяжёлая. Очень тяжёлая. То, что надо.
Повезло хотя бы, что у Рагнара перед сном успела надеть свою пижаму.
— Зачем вы похитили меня, — спрашиваю, отходя ещё на несколько шагов назад. Пытаюсь унять ужас. Спрятать настоящие эмоции, которые испытываю находясь с незнакомцем.
Он смотрит. Спокойно. Бесстрастно. На лице не единой эмоции, но глаза знакомо загораются в иронии.
Я схожу с ума в страхе, а ему смешно. И почему на меня снова накатывает дежавю?
— Зачем так грубо? Просто решил познакомиться с девушкой, которая живёт вместе с моим сыном. Раз этот засранец сам не знакомит нас.
— Сын? — переспрашиваю и не понимаю.
Какой сын? О чём он?
— А Рагнар не говорил? — пугает своим безразличием. — Как ушёл, совсем охуел гадёныш.
— Вы отец Рагнара? — спрашиваю шокировано. Руки сами опускаются вниз. Это выходит непроизвольно. Просто от сильного удивления. — А вы разве не умерли?
Его отец? Он жив? Как такое возможно? Я ведь считала, что его погибшим. Давно погреблённым под землю. Рагнар ведь говорил… Нет, он не заявлял прямо, что его отец умер. Но говорил о родителе таким тоном… С такими эмоциями… Домыслы в моей голове зародились сами собой, а спрашивать напрямик своего хозяина не стала. Не хотела. Решила, что разбужу болезненные воспоминания. Пусть он и говорил о нём плохо, но они же не чужие друг другу.
Я чувствовала это. Видела. С первых секунд улавливала явное сходство двух мужчин. Знала, что они родственники, но не знала какие именно. Даже сам Рагнар не сказал вчера, когда поделилась с ним произошедшим на аукционе. Сказала, что предлагали выкупить мой долг взамен на некие документы. Только кивнул, будто уже знал и понёс в душевую.
— Он меня ещё и похоронил? — теперь пришёл черёд удивляться мужчине.
Грубые черты лица переменились. Начали проявлять эмоции. Не сильно, но не на это я обратила внимание.
— Нет! — отреагировала слишком резко. — Он не говорил ничего подобного. Я сама… Сама надумала всё.
Объясняла расплывчато. Точнее пыталась объяснить. Донести до мужчины свои мысли. Не хотелось вносить раздор в и так шаткие отношения отца и сына. Но в голове всё перемешано. Ни одного слова не разобрать. Ни одного вопроса.
А незнакомец забавляется. Смотрит на меня, будто я не человек. Не пленник, которого они каким-то образом сумели выкрасть из хорошо охраняемого дома. А игрушка, которая его веселит.
Ну точно родственники. Даже ДНК проверять не надо. Одна кровь. Та же усмешка. Та же ирония в глазах.
Я возвращаюсь в исходное положение. Крепче сжимаю пальцы вокруг "оружия" и в случае чего, готовлюсь сразу атаковать. Если сын такой, то каким же должен быть папа?
— Так зачем вы похитили меня? — снова задала главный вопрос.
Знаю, слишком глупо, но я рассчитывала на предельно честный ответ. Рагнар мог быть каким угодно. Жестоким. Циничным. Безжалостным. Но он никогда не врал. Ни разу не солгал мне, за всё время, что мы знакомы.
Я могла бы показаться слишком наивной, но от его отца ждала подобного. Они же так похожи. Не только внешне, но и мыслями. Вспомнить хотя бы тот случай на аукционе. Оба ополчились против фараона.
Да и выбора иного, кроме как поверить на слово ему нет. Мне ведь нужно было заранее подготовиться к тому, что произойдёт. Знать, стоит ли защищаться от него. Откуда ждать опасности. Или это у него просто методы воспитания такие?
— Я объяснил причину, — из кармана брюк достал пачку сигарет.
Чуть сжимает зубами, обнажая их и только после прикуривает одну. Странный способ. Но ещё более удивительно, что даже в этом они похожи. Теперь хотя бы понятно в кого Рагнар всё это перенял.
— Познакомиться с девушкой, которая живёт с вашим сыном? — повторяю его ответ. Мои руки дрожат, но голос по прежнему остаётся ровным. — Вам же известно по какой причине я там живу. Не по своей воли. Поэтому отпустите меня… пожалуйста. Если Рагнар узнает, что я пропала, он разозлится. Сильно.