Алина Вульф – Одержимость Ростовщика 2 (страница 9)
Его проникновения становятся более жёсткими. Нежность улетучивается. И Рагнар просто имеет меня языком. Трахает в своей излюбленной манере. Выбивают все мысли.
Заставляет задыхаться, хрипеть, стонать, кричать, двигаться ему навстречу. Кричать от быстро накатившего оргазма. Ещё никогда так не выходило. Почти сразу.
— Резвая ты, — облизнулся Рагнар. — Кончила почти с разбегу. Так соскучилась по моему языку? Хочешь, каждую ночь буду им трахать вместо прелюдий? Сперва им долбить, а потом на член нанизывать?
— Ты только обещаешь, — зачем-то дразню голодного зверя.
Но не только он сегодня голоден.
Тело всё ещё содрогается после полученной разрядки, но я пересаживаюсь на колени своего палача. Седлаю, остро ощущаю, как через плотную ткань брюк, в меня упирается каменная плоть.
Ощущаю и хочу. Хочу его. До одури. До безумства. До скрежета зубов. Даже после оргазма возбуждение не проходит. Нет удовлетворения, как было раньше. Даже на половину.
Есть только дикое желание. Неимоверное. И оно затмевает разум. Отключает все доводы разума и включает животные инстинкты.
Я не думаю о том, что они могут быть неправильными, преступными. Я просто следую им.
Мне мало одного раза. Мало одного выброса. Хочу ещё. Больше. Сильней. Жёстче. Хочу Рагнара. Всего. В себе. Внутри себя. Хочу чувствовать каждой клеточкой тела.
Я голодным поцелуем набрасываюсь на его губы. Вгрызаюсь, будто хочу съесть. Чёрт! Да я бы съела Рагнара, будь возможность. Сожрала бы всего, как он любит говорить. Разодрала бы на мелкие кусочки.
Не от ненависти. Её нет. Это другое. Нечто непонятное. Больше, чем просто похоть, но переполняющее и сводящее с ума.
Рычит, когда я растёгиваю кожаный ремень и просовываю руку под штаны. Рубашка давно пала под моим натиском и сейчас валялась где-то на полу.
Твёрдая грудь тяжело опускается, стоит провести рукой по возбуждённому члену. Трётся об мою, а когда грубые ладони начинают играть с сосками, становится до боли невыносимо.
— У тебя сиськи стали больше, — делает непонятное замечание с которое я тут же пропускаю мимо ушей.
— Рагнар… — сжимаю горячую плоть.
Кажется он даже увеличивается в размерах, распаляя мой "голод". Я неосознанно двигаю бёдрами.
— Нарываешься?
— Просто перестала тебя бояться, — провожу языком по его губам.
— Я буду скучать по пугливой девчонке, которая дрожала при виде члена, — хрипит и толкается бёдрами.
— А сейчас я тебе не нравлюсь? — слова вырываются из уст прежде, чем я успеваю понять смысл сказанного.
Только секундами спустя, я мысленно ударяю себя по лбу.
О чём вообще спрашиваю? Какое мне дело до его чувств ко мне? Нравится-не нравится, его проблемы.
По крайне мере, так я себя убеждаю и пытаюсь выглядеть равнодушной, но внутри всё натянулось, как струна, в ожидание ответа.
— Охуеть, — смеётся Рагнар. — Мелкая, ты в руках мой хер держишь, который стоит ещё с тех пор, как я домой пришёл и тебя увидел. Яйца готовы лопнуть в любой момент, а ты спрашиваешь: нравишься мне или нет?
— Не обращай внимания. Глупость спросила, — отворачиваюсь, а он хватает за волосы и насильно возвращает взгляд к себе.
— Нравишься, — в мрачных глазах нет и намёка на смех. — Какой бы не была… чтобы не творила… Нравишься любой. Ты мне под кожу въелась. Весь мозг вынесла. Теперь хрен оттуда выйдешь. Только если сама не вырежешь.
Наверно никогда прежде в своей жизни, я не была потрясена больше, чем сегодня. Практически услышать признание от Рагнара?.. Это будто пьяный бред. И ещё больше бредом, кажется то, какие отклики во мне вызывают его слова.
Облегчение… Спокойствие… Счастье…
С ума сойти можно. Чему тут радоваться?
Мне бы злиться. Ненавидеть. Думать, как оттолкнуть его от себя. Сделать так, чтобы уже наскучила, а вместо этого обнимаю обеими руками за шею и целую в очередной раз. Тянусь к собственному палачу, как жертва к своему спасителю. Сравнение неправильное, ведь именно он стал моей главной проблемой. Однако мою реакцию можно объяснить лишь так.
Краем сознание замечаю, что он поднимается вместе со мной, усаживает обратно на стол и резко входит. Вбивает в меня своё тело. Выбивает нещадный крик из груди. Ещё один… И ещё…
Ловит мой взгляд. Берёт в плен глазами и трахает. Имеет в развязной позе, но чёрт… именно это мне и надо. Грязно. Порочно. Жёстко.
— Сильней… Сильней, Рагнар! — кричу, выгибаясь под ним. — Ааааа…
Я взрываюсь мгновенно. Получаю очередную порцию удовольствия и прошу добавки. Будто и не кончала вовсе.
— Блядь, — усмехаясь, рычит хозяин и даже не думает останавливаться.
— Ещё… пожалуйста, мммм… Рагнар, ещё…
— Сколько хочешь, ведьма.
Стол жалобно скрипит под нашими телами. Остатки посуды за остальными полетели на пол. На улице гремит гром, но всё вмиг становится неважным. Второстепенным. Кажется, что даже если осколок пронзит кожу, я не замечу. Не почувствую боли. Рагнар эгоистично занимает собой всё. Все мысли. Все чувства. Не даёт отвлечься от него.
Слышу, где-то на полу звонит мой телефон. Я только поворачиваюсь на звук. Выходит неосознанно. Просто машинально отворачиваю взгляд, а хозяин уже начинает злиться. Не сильно сдавливает шею и заставляет вернуть внимание на себя. Ни с кем не хочет делиться. Даже когда мы оба достигаем конца. Просто берёт на руки и уносит, оставив всю нашу одежду на кухне.
— Куда мы? — спрашиваю его, целуя шею.
Никак не могу остановиться. Оторваться от него. Это словно болезнь. А может и правда заболела?
— На верх, — утробно рычит Рагнар, сжимая мою попу. — На кухне полно осколков. Не хватало ещё, чтоб ты наступила на них.
— Слишком долго. Пошли на диван, — нетерпеливо кусаю его и сама не замечаю, как перехожу на приказной тон.
Зато замечает Рагнар и со звериным оскалом, бросает на диван.
— Решила покомандовать? — я бы точно испугалась громкости его голоса, если бы не его тон и не его взгляд.
— Не помню такого пункта, что командовать мог только ты.
— Сучка зубастая… обожаю, — прорычал он довольно. — Повернись спиной ко мне и обопрись о диван.
И не дожидаясь моих действий, сам ставит в нужное положение.
— Что ты собираешься делать? — спрашиваю подрагивающим голосом.
— Хочу трахнуть тебя в зад, — словно по голове бьёт ответом. — Думаю ты уже готова.
Расширив глаза в ужасе, я резко отползаю от него. С подпрыгивающими руками и ногами отхожу как можно дальше. Трусливо спасаюсь бегством пока не поздно. Но Рагнар хватает за щиколотку и тянет назад. В свои объятия. Он разворачивает меня спиной к себе. Сам ставит на колени и заставляет прогнуться. Выгнуться в спине. Вжаться грудью в спинку дивана.
Нет. Я не готова. К такому не готова. И вряд-ли когда-нибудь буду. Это невозможно. Нереально.
— Не боись. Я тебя нормально подготовил, — успокаивает палач. Да, только его утешения звучат как-то неубедительно. — Два месяца. Ни с одной другой женщиной так не парился.
А вот после этих слов всё желание, как ветром сдуло. Улетучилось. И видно нечто такое отобразилось на моем лице, потому что в следующую секунду переменилось и его. Стало жесче. Резче. Я уже была готова бежать от него со всех ног, но Рагнар умудрился снова удивить.
Он не стал кричать. Не стал отдавать мне приказы. Заставлять делать это, хотя имел на это право. Он ведь купил меня, а значит должна подчиняться.
Но заставь Рагнар меня, то я бы никогда бы больше не посмотрела на него так, как сейчас. Не стала бы думать так же хорошо, пусть этого хорошего мало. Кардинально поменяла бы своё мнение о нём. И не в самую лучшую сторону.
Но всё бы это случилось, заставь палач меня насильно отдаться ему. Начал бы угрожать, шантажировать, а он… он поцеловал. Яро. Требовательно. Бушующе. Словно цунами накинулся и расчистил всё на своём пути. Стёр всё ненужное, оставив лишь самое главное. Необходимое сейчас нам.
— Рагнар… — рвано выдыхаю его имя.
Зову. Сопротивляюсь. Прошу остановиться. Но мои сопротивления по сравнению с его натиском выглядят смешно. Неправдоподобно. Больше похоже на ласку и мольбу не останавливаться.
— Дженевьева… — обдаёт жаром своим дыханием. — Я не сделаю больно. Продолблю так, что кайф за секунду словишь. Мигом подсядешь и сама начнешь подставлять зад под мой член.
— Сомневаюсь, — сжимаю пальцы. Сдавливаю спинку дивана. Из последних сил борюсь с диким желанием.
Ему нельзя поддаваться. Нельзя сдаваться. Иначе назад дороги не будет. И вроде как головой я это понимаю, но…
Чёрт! Как же сложно сопротивляться с ним, когда тело ломит. Требует финала, который почему-то никак не наступает.
Что со мной, чёрт возьми, происходит такое? Я ведь никогда не была настолько… ''голодной'' по нему. Что изменилось?