Алина Вульф – Одержимость Ростовщика 2 (страница 4)

Пыхтя от возмущения, меня прожигали в спину горящими глазами. Кажется кто-то ждал более долгого и обстоятельного разговора со мной, и отпускать так просто не собирался.

— Ты ещё молода и наивна, поэтому дам тебе совет, — остановила меня при выходе. — Не рассчитывай ни на что. Рагнар не из тех мужчин, кто будет всю жизнь доволен и верен лишь одной женщине. Он хищник и постоянно находится в поисках нового тела и уже сейчас тебе изменяет, что уж говорить о будущем. Будет гулять и трахать новых шлюх, а о тебе забудет и останешься с разбитым сердцем. Чего так смотришь. Ты знаешь, где он был вчера днём? С кем он был?

Где был Рагнар вчера днём я примерно знала. На работе. А где именно, в офисе или в другом мест естественно нет. Я не спрашиваю, он не отчитывается передо мной. Хотя, если задерживается предупреждает заранее или если на вечер какие-то планы, то приходит раньше.

Независимо от дня недели или праздника Рагнар всегда шёл на работу. Мог на час или два задержаться дома для… "подзарядки", но шёл обязательно.

И я верила. Правда думала, что он работает и даже не задумывалась о том, что может в это время быть с кем-то другим. Точнее другой. Другой женщиной.

Странно… Вроде бы мне должно быть всё равно на его похождения. Нет, не так. Я должна быть только рада этим похождениям, если они есть. Должна прыгать от счастья, ведь если у Рагнара помимо меня есть кто-то ещё, значит его интерес ко мне стынет и рано или поздно угаснет совсем. Палач забудет обо мне. Займется новой игрушкой. Я же обрету желаемую свободу, а о браке он со временем забудет. Через года два будет смеяться, что вообще предлагал мне выйти за него.

Всё складывалось, как нельзя лучше. Тогда почему же мне прыгать от счастья не хотелось? Почему передёргиват от смешанных чувств, среди которых таится и злость? Не просто злость. Ярость. Гнев. Их там быть совсем не должно. И дело было даже не в изменах, в которые не верила. Рагнар давал слово, что пока я выплачиваю долг других не будет, а он всегда держал слово. Раньше держал, пока не отказался выполнять самого главного. Отказался отпускать меня.

Из туалета я вышла сама не своя. Растерянная. Запутавшаяся в себе. И злая. Очень злая, хотя вроде как и понимала, что злость моя безосновательная, но поделать ничего со своими эмоциями не могла. Они переполняли меня, однако демонстрировать собеседнице истинные эмоции не стала. Вместо этого улыбнулась и спокойно сказала:

— Я бы никогда не дала согласие Рагнару, если бы сомневалась в его верности.

— Значит ты ещё глупей, чем я думала, — ехидно продолжает женщина.

— Нет. Я просто знаю, что он только мой, — сбиваю с неё всю спесь и оставляю одну, направляясь к своему столику, но садиться не спешу, а прошу сразу. — Поехали домой.

Удивительно, но Рагнар соглашается сразу. Без каких-либо слов или вопросов выводит из ресторана.

5

До дома мы ехали в тишине. Рагнар постоянно писал кому-то в телефоне, чем наводил на навязчивые мысли, что писал он женщине. Или сразу нескольким.

Руки дрожали на эмоциях. От злости мне хотелось швырнуть этот телефон через окно салона и сделать что-то с Рагнаром. Ударить. Расцарапать. Вцепиться руками в его шею. Придушить и… обкусать. Всего. С головы до ног пометить его, как он меня. А лучше повесить табличку с надписью "ЗАНЯТО".

Чёрт. Что со мной происходит? Да какое мне дело пишет он женщинам или нет. Пусть хоть гарем заводит, мне плевать. Должно быть плевать, но от этой мысли завожусь сильней. Я не должна быть такой, но совладать со своими эмоциями не выходит. Они сильней.

— Поднимайся в комнату, я сейчас приду, — приказывает Рагнар и снова набирая кому-то в телефоне, скрывается в стенах своего кабинет.

А я зла. Очень зла. Чёрт даже не знаю почему, но еле сдерживаю себя, чтобы не сорваться на горничной, когда та подходит и спрашивает нужно ли мне что-то. Женщина ведь ни в чём не виновата.

Прежнюю горничную, которая раньше помогала мне я больше не видела. На мои расспросы о ней, Рагнар ответил, что та устроилась на новую работу. На какую именно он не сказал, а я не расспрашивала.

Однако сейчас вспомнила больше всех. Вдруг она тоже была с ним? Не зря ведь так меня ненавидела. Только представляю их…

Да, к чёрту.

И вместо того чтобы послушно пойти в спальню разворачиваюсь и несусь в его кабинет.

Он стоит спиной ко мне. Говорит с кем-то по телефону. Пиджак костюма висит на стуле. Широкая спина обтянута рубашкой и тоже бесит меня. Дико бесит. Руки чешутся вонзиться в неё и содрать с тела. Исцарапать всего.

— Разберись. Чтобы её больше не было с ней, — оборачивается, когда я закрываю дверь на замок. — В чём дело, мелк…

Он не договаривает. Я выхватываю телефон. Отключаю и швыряю в сторону. Тяну за галстук ошалевшего Рагнара и впиваюсь в его рот. Яростно. Больно ударяюсь губами в губы. Вымещаю все свои эмоции на нём. Распахиваю ненавистную рубашку. Царапаю ногтями твёрдую грудь.

Он кладёт лапы на попу. Я уже знаю, что хозяин намерен сделать, но у меня свои планы, поэтому бью по рукам.

— Сегодня я сверху, — кусаю за шею и толкаю на диван, сама устраиваюсь на нём.

Впечатываюсь в губы, будто ставлю клеймо на нём. Выцарапываю зубами своё имя на его устах. Тяну за волосы. Опрокидываю его голову и вгрызаюсь в горло. Больно. Безжалостно. Всасываю кожу и кусаю. Оставляю свои метки. Запоминаю каждую и пусть попробуют. Пусть осмелятся поставить новую. Самой жутко от того, какие мысли лезут в голову. Какие пытки предлагает разгоряченная фантазия совершить с провинившимися. В первую очередь с Рагнаром.

А тот довольно рычит. Хрипит. Наслаждается процессом. Прижимает мою голову, молча приказывая продолжать. Запутывается пальцами в волосах, когда веду языком вверх. Спускаюсь вниз и вырисовываю кончиком узоры на каменном теле. Вокруг соска.

Второй срывает блузку и бросает в сторону. Тонкая ткань легко поддаётся звериному напору. Он тянется сорвать лифчик, но я не даю. Кусаю за руку. Оставляю ещё один след. В этот раз от зубов.

— Сама всё хочешь сделать? — просовывает руки под юбку. Рвёт бельё и притягивает ближе к уже затвердевшему паху. — Тогда двигай задницей.

Я стону. Не сдерживаюсь. Выгибаюсь, скользнув обнажённой плотью по выпирающей ширинке и наталкиваюсь на порочный взгляд. Безумный. Неутолимый и… не знаю. Не могу описать, что ещё разглядываю. Но гад, смотрит на меня так, словно никого другого для него нет. Не существует. И как после этого злиться? Он просто палач. Манипулятор. Знает по чему бить. Куда давить. Но стоит вспомнить, сколько женщин побывали с ним. Сколько видели его таким и…

— Убью, — рычу, растёгивая его брюки и просовывая ладонь внутрь, обхватываю на половину крупный член.

Сдавливаю, будто оторвать собираюсь. Может быть даже оторвала бы, если бы хватило сил. Вырвала бы. Наказала бы. За что? За то, что взрослый мужчина развлекался с каждой второй? За то, что спал со всеми подряд? Знаю не имею права, но… как же бесит его опыт.

— Ведьма… — а палач рычит. Утробно. С удовольствием. Скалится глядя на меня. Ему то всё по нраву. — Если хочешь наказать, то выбирай другой способ. Этим только дразнишь. На трах подбиваешь.

Этого то я и добивалась. Возбудить тебя. Выбить. Вырезать прошлое из памяти. Чтобы о других забыл. Даже мыслить не мог. Только мной бредил. Днём и ночью обо мне думал. На других женщин не косился.

Понимаю, что поступаю глупо. Опрометчиво. Я же другого добивалась. Совсем иного. Чтобы Рагнар как раз меня забыл. На других смотрел, а меня вычеркнул из жизни. Но действия не сходятся разумом. Поступают по своему.

Расстегиваю брюки. Освобождаю толстый орган. Быстро веду рукой по стволу и привстав, дразню его. Играю со зверем. Несколько раз тру по мокрым складкам. Задеваю чувствительное место и стону. Громко. Несдержанно.

— Маленькая стерва, — рычит на пределе.

Шлёпает по попе и тянет на себя. Я принимаю в себе целиком. Обнимаю и двигаюсь. Быстро. Без остановок насаживаюсь на член, туго обхватывая его. Жестче. Сильней. Резче. Еще.

Уже без стеснения слушаю грязные шлепки. Удары тело о тело. Мои стоны. Его рычание. Даже получаю особое удовольствие от них. Возбуждение.

— Ах, ах, ах… мммм…

Я насаживаюсь. Принимаю целиком. Ощущаю каждую его набухшую вену. Стоны превращаются в крики, когда Рагнар начинает двигаться со мной. Вбиваться с осторожностью отбойного молотка. Но мне мало. Хочется ещё. Больше. Острей. Грязней. Чтоб утонуть. Захлебнуться в ней. Чтоб обоих накрыло.

Ещё немного и чувствую, что взорвусь на нём. И так происходит.

Меня пробивает током. Мышцы натянуты. Оголенные провода. Пульсируют, трепещут. Судорога выгибает снова и снова. Аж выкручивает. Спазмы сотрясают, а Рагнар кончает следом за мной. Заполняет спермой до краёв.

— Сука… Маленькая, ревнивая сука. — укладывает меня на диван и скалится. — Но, блядь, кайфую с неё.

Он наклоняется к шее. Трётся носом и делает глубокие вдохи. Будто зверь обнюхивает и запоминает запах, а после целует. Раздвигает мои ноги…

— Куда? — переворачиваю и оба падаем на пол, зато я снова оказываюсь сверху. — Я ещё с тобой не закончила.

6

— Куда? — сваливает меня на пол, а сама седлает. Удобно устраивает роскошный зад на стоящем хере. — Я ещё с тобой не закончила.

Припечатывает фразой и взглядом обещает, что не успокоится пока затрахает в конец. А кто собственно против? Мне только в кайф смотреть, как девчонка прыгает на мне. Как сиськи скачут вверх-вниз. Просят смять их. Как член тонет в мокрой пизде. Как зелёные глаза моей ведьмы загораются, когда та считает, что у руля она. Офигительное зрелище, ради которого готов до конца дней быть под ней.