Алина Воронина – Тревожный Саббат (страница 3)

– Можно я тебе позвоню завтра? Расскажешь про Еретика. Это же мой лучший друг, а ведьмы такого не забывают. – Ингрид легонько прикоснулась к плечу Ким.

А той захотелось закричать:

– Да, да, да. Бери все, что захочешь, только не прекращай колдовство.

Ким продиктовала номер и даже попыталась улыбнуться.

– Может, тебе такси вызвать? – вдруг предложил Заратустра.

Девушка посмотрела на него с удивлением и покачала головой.

Затем бросилась бежать подальше от этих странных людей. Подальше от тревожащих воспоминаний и подальше от себя. От той себя, какой она была тринадцать лет назад.

2

Звонок Ингрид застал Ким врасплох. На следующий день она бодро тарабанила по телефону вызубренный текст, пытаясь продать клиенту новую марку баварской штукатурки.

– Можно мне выйти? – заорала Ким на весь зал, ища глазами менеджера.

– Если ничего срочного, то нет, – нахмурился Александр. – У нас аврал, если ты не заметила.

– Еретик звонит. Нас затопили соседи.

– Тогда свободна. Завтра отработаешь.

Ким бросилась в раздевалку, на ходу расстегивая верхние пуговицы блузки:

– Да, привет, Ингрид. Может, встретимся сегодня?

– У нас как раз заканчивается тренировка, – голос Ингрид звучал на удивление бодро для человека, пережившего вчера нападение толпы и неприятную встречу. – Приходи на то же место, если, конечно, не боишься призраков и ведьм.

Ким нажала на отбой и сдернула парик с головы. Забросила его в угол шкафчика, одновременно пытаясь стянуть с себя узкую блузку.

Впрочем, она бы ни за что не призналась, что мечтает снова увидеть странную компанию.

В тот вечер переход между двумя вокзалами выглядел заурядным. Лишь запах мертвечины действовал Ким на нервы:

– Опять кто-то сдох. И куда власти смотрят? Им не до наших проблем. Куда важнее переговоры с поутри, дипломатические соглашения с ведьмами и прочая ерунда.

Вероятно, действие магии прошло, потому что, едва подойдя к фаерщикам, Ким почувствовала неприязнь.

– Привет честной компании. Никого не подожгли еще?

Артисты оставили колкость без внимания. Они даже не взглянули на девушку, занятые упаковкой реквизита.

Лишь Асмодей, застегнув рюкзак, тепло улыбнулся Ким:

– Как ты? Больше не встречала замков в огне и призраков?

Ким начала закипать:

– К счастью, нет. У меня и без них проблем хватает. Ингрид, ты даже не поинтересовалась, как дела у Жени. Зачем ты вообще меня позвала?

– И как же вы жили все эти годы вместе? – усмехнулась ведьма. – Почему Женька остался с тобой? Может, его привлекла твоя лысая башка, а может, сомнительное прошлое? Что же ты сделала, подружка? Совесть не мучает?

– У Еретика до сих пор не работает правая рука, – проникновенно сказала Ким. – Болевой шок. Мы уже столько всего перепробовали. Поменяли немало врачей, даже обращались к экстрасенсам и знахарям. Толку нет! Осталась последняя надежда – отвезти его в Литву. И уже два года я работаю, как мул, по две смены в день в организации, которую ненавижу. Я отдаю Жене всё. И думаю, что заслужила хотя бы разговор по душам.

Ингрид потупила желтые глаза и промолчала.

Ситуацию спас Чайна. Он протянул Ким довольно увесистый термос с чаем и сказал:

– Утро вечера мудренее. Завтра разберетесь с этим вашим Шаолинем и темным прошлым. А пока давайте чайку попьем. Сегодня заварил с облепихой, малиной и ягодой Годжи.

– Годжи? А это что за зверь? – заинтересовался Асмодей.

– Это «ягода долголетия», очень полезная для здоровья.

– Чур, мне первой «годжи», – попросила Ингрид.

Чайна улыбнулся ей в ответ и разлил напиток по маленьким чашечкам, хранившимся в его бездонном рюкзаке.

– Божественно! – прокомментировал Заратустра.

– Да, очень вкусно, – согласилась Ингрид. – А ты мне дашь немного домой?

– Обязательно.

Фаерщики словно забыли о Ким, бессильно сжимавшей кулаки. Но, после чашки чая улыбнулась даже она:

– Какой чудесный вкусовой мираж, но я бы добавила немного хризантемы.

– Хризантема с облепихой? – удивился Асмодей. – Да ты чайный новатор.

– Где-то в пропорции три к одному, – добавила Ким. – А лучше вообще убрать облепиху и малину. Годжи прекрасно сочетается с хризантемой.

– Разбираешься в травах? – спросил Чайна, взглянув на девушку по-новому.

– Немного. Просто очень хотелось помочь моему… моему молодому человеку, Еретику. Я вообще-то мало чем интересуюсь, – скромно ответила Ким. – Коллеги по работе прозвали меня роботеткой. Кстати, Ингрид будет интересно узнать, что наша одноклассница Цеся работает вместе со мной в межрегиональном колл-центре. Она очень изменилась.

– А как изменилась ты, – протянула Ингрид. – Где твои волосы?

– Я их отрезала. Волосы – это, как бы помягче сказать, отходы головы.

Фаерщики засмеялись.

– Предположим, с волосами понятно, – продолжала Ингрид. – А у тебя вообще есть грудь? Или ты мальчик?

– Тебе показать? – Ким взялась за края толстовки.

– Хватит вам уже, – воскликнул Асмодей.

– Ты – не робот, Ким. Ты живее и сильнее многих, – вдруг сказал Чайна.

– Моя жизнь сложилась не самым удачным образом. Спасибо некоторым добрым детям, – пожала плечами девушка.

Ингрид бросила на нее быстрый взгляд, но промолчала и опустила голову. Она вообще редко смотрела кому-либо в глаза.

– Значит, надо разбудить в тебе чувственность, – улыбнулся Асмодей. Но в его улыбке не было и намека на теплоту. – Сделать это можно через любовь или через боль. Любви, уж извини, в нас и самих нет. Мы – люди опасные. Добродушия – еще меньше. А вот боли можем причинить в избытке.

– А вы думаете, я – добрая?– в ответной улыбке Ким прорезалась ирония.

– Как ты относишься к огню?

– Я его боюсь больше всего на свете! – воскликнула Ким. И никто не подозревал, насколько она была искренней в тот момент. – Но стать фаерщицей я бы смогла.

– Наша предыдущая артистка, Подружка Сталкер, к великому прискорбию, вышла замуж и уехала в Сибирь. В коллектив нужна еще одна девушка. Будем рады видеть тебя в команде. Обучим всему, что умеем. Заодно и денег заработаешь на санаторий своему Еретику. За огонь платят и даже хорошо.

– Тогда я уйду! – закричала Ингрид.

– Не уйдешь, – проронил Чайна. – Тебе все это нужно не меньше, чем ей или нам. Только ради огня и стоит жить.

– Я согласна, буду с вами, – быстро сказала Ким. – Может быть, мы вместе найдем смысл жизни.

Чайна улыбнулся и протянул ей руку, но девушка отшатнулась.

– Простите, не предупредила. Я не выношу прикосновений. Не спрашивайте, почему. Ингрид понимает. Пожалуйста, не трогайте меня.

– Огонь будет к тебе прикасаться! И тебе понравится, – мягко сказал Асмодей. – Итак, ты с нами! Поздравляю, девочка. Тебя ждет опасное лето.