Алина Вельская – Море помнит наши имена. Цикл коротких любовных романов (страница 1)
Алина Вельская
Море помнит наши имена. Цикл коротких любовных романов
Глава
МОРЕ ПОМНИТ НАШИ ИМЕНА
Возрастное ограничение: 18+
Все персонажи и события вымышлены. Любые совпадения случайны.
Все права защищены.
Содержание
Дом, где начинается шторм
Книжная лавка в сезон дождей
Маяк для тех, кто возвращается
Эпилог. Море помнит
Роман первый
ДОМ, ГДЕ НАЧИНАЕТСЯ ШТОРМ
Глава 1. Возвращение
Море встретило Веру недружелюбно.
Оно било серыми волнами о каменную набережную, швыряло пену на пустые скамейки и пыталось вырвать из её рук зонт. Каменный Мыс почти не изменился за двенадцать лет. Те же узкие улицы, те же крыши, покрытые тёмной черепицей, и тот же бронзовый колокол над дверью старого пансиона.
На вывеске ещё можно было разобрать название:
«Море внутри».
Вера толкнула дверь. Колокол отозвался усталым звоном.
В доме пахло пылью, сушёной мятой и яблоками. Тётя Елизавета всегда раскладывала их на подоконниках, уверяя, что так комнаты запоминают лето.
Теперь тёти не было.
Вера сняла промокшее пальто и остановилась посреди холла. В тридцать пять лет она считала себя человеком разумным. У неё была работа архитектора, квартира в столице и тщательно составленный план продажи пансиона.
Плакать в этот план не входило.
— Крыша над западным крылом протекает, — произнёс за её спиной мужской голос. — Если ветер усилится, до утра не выдержит.
Вера замерла.
Она узнала этот голос раньше, чем обернулась.
Андрей Соколов стоял в дверях, и с его куртки на деревянный пол стекала вода. Он стал старше. В висках появилась первая седина, лицо сделалось жёстче, а плечи — шире. Но смотрел он на неё всё так же прямо, словно между их последней встречей и этой минутой не пролегло двенадцать лет.
— Здравствуй, Вера.
— Ты что здесь делаешь?
— Слежу за домом. Елизавета Сергеевна просила.
— Ты мог прислать рабочих.
— Мог.
— Но пришёл сам.
— Пришёл.
Его спокойствие раздражало. В двадцать три года оно казалось ей надёжностью. Теперь — самоуверенностью.
Вера положила ключи на стойку.
— Завтра приедет оценщик. Я продаю пансион.
Андрей посмотрел на лестницу, на старые фотографии в рамках, на дверь столовой.
— Значит, поэтому море сердится.
— Море не умеет сердиться.
— Ты всегда так говорила, когда боялась его слушать.
Вера стиснула пальцы.
— Ничего я не боюсь.
Гром ударил так близко, что задребезжали стёкла.
Андрей посмотрел на неё и едва заметно улыбнулся.
— Конечно.
В следующую секунду в доме погас свет.
Они нашли свечи в кухонном шкафу.
Андрей зажигал их одну за другой, и тёплые огни выхватывали из темноты знакомые детали: медные кастрюли, банки с вареньем, старый стол с царапиной в форме полумесяца.
Эту царапину Андрей оставил, когда пытался открыть бутылку без штопора. Тогда им было по двадцать. Они смеялись до рассвета, а потом впервые поцеловались на крыльце.
Вера отвернулась.
— Дорогу к городу затопило, — сказал Андрей, убирая телефон. — До утра мы отсюда не выберемся.
— Я справлюсь одна.
— Я знаю.
Он не ушёл.
Ветер ударил в окна. Где-то наверху грохнуло.
Андрей взял фонарь.
— Это крыша.
— Я с тобой.
— Пол скользкий.
— Дом мой.
Он внимательно посмотрел на неё.
— Тогда идём, хозяйка.