Алина Углицкая – Свет и Тьма (страница 105)
Еды на поднос нагрузили столько, что я с трудом удерживала его на руках. Но тар Хлаарс и не подумал мне помочь.
“Чтоб тебя клорх покусал!” – бурчала я, стараясь распределить вес равномерно, чтобы не грохнуть поднос на пол и не оставить Миру без еды.
Сам куратор шёл впереди. За всё время пути он ни разу не обернулся, словно ему было всё равно, иду я за ним или нет.
Мы вышли из столовой, обогнули учебный корпус, прошли вдоль стадиона и вышли к симпатичной рощице, окружающей маленькое озерцо. Или большой пруд. Тут уж как посмотреть.
Руки уже отказывались держать такую тяжесть. Я прижимала поднос к груди, но это мало помогало. Ещё и проклятая вуаль щекотала лицо, которое начало чесаться. Очень вовремя.
Я уже решила спросить своего провожатого, когда мы наконец придём, как вдруг тар Хлаарс остановился.
– Можете поставить поднос сюда, – он указал на высокую, мне по грудь, и широкую тумбу.
Я взгромоздила на неё свою ношу, чувствуя, как в затекшие мышцы возвращается жизнь. И жизнь эта с ними не церемонилась. Я начала растирать запястья, когда уловила всплеск магии.
И только тогда заметила, что тумба здесь стоит вовсе не как держатель подносов. Надо сказать, что тумб здесь было две, симметрично расположенные на самом берегу озера. А от них в воду шли каменные ступени.
– Это не тумбы, это врата… – прошептала, заметив магические всполохи.
– Отлично, лейва Винетта, вы очень догадлива, – тут же отозвался тар Хлаарс, не оборачиваясь ко мне.
Он был занят – колдовал, шевеля пальцами и взмахивая руками.
Я дала себе мысленную затрещину. Не стоит оглашать все свои мысли. Особенно тарам! И начала жадно следить за тем, что он делал.
С магией сокрытия я раньше не сталкивалась, а это была одна из граней стихии Земли. Сначала Хлаарс заставил врата проявиться и только после этого открыл. Причём створки распахнулись прямо в воду, замершую по обе стороны лестницы, нарушая все законы физики. Ну это если не видеть магические “стенки”, заставляющие воду держаться вертикально.
– Потрясающе! – с преувеличенным восторгом выдохнула я, превращая свой первый промах в благоговение глупенькой лейвы.
Хлаарс обернулся и прошёлся по мне оценивающим взглядом. Размышления на его лице были столь очевидными, что мне с трудом удалось сохранить серьезный вид и не рассмеяться.
– Очень жаль, лейва, что у вас такие скромные данные. Вы могли бы стать неплохой спутницей одному из моих сыновей… – произнёс он с тяжёлым вздохом и снова повернулся к лестнице, ведущей вглубь озера.
Интересно, с женой он тоже так разговаривает? Будто с собакой или с маленьким ребёнком. Знал бы он, что сам Шедаран Инбрах, маг Второго круга, с легкой руки ректора скоро станет моим женихом.
Эту мысль я сопроводила адским хохотом. Разумеется, беззвучным.
– Не забудьте поднос! – напомнил куратор, когда я уже начала спускаться за ним.
Козёл!
Я вернулась на поверхность, схватила поднос и снова начала спускаться.
Ощущение было странным, несмотря на то, что уже успела привыкнуть к чудесам за несколько месяцев жизни в Арбадоне. Всё же такая наглядная демонстрация магической мощи вызывала невольный трепет.
Несколько метров стены состояли исключительно из озёрной воды. Я даже видела рыбок, удивлённо поглядывающих на воздушную преграду, которой только что не было.
Ниже пошли уже нормальные стены из каменных блоков. Но свечения люмбарго я не увидела, как ни всматривалась. Видимо, его вмонтировали внутрь стен. А то мало ли, ещё начнет выковыривать какой-нибудь несознательный заключённый.
Внутри карцер был похож на бункер, только без труб, плесени и непонятных аббревиатур в самых неожиданных местах. И ламп не было. Высокий свод коридора испещряли светящиеся символы.
Света от них было немного, но мой элементаль включил режим фонарика и летел чуть впереди, освещая путь.
Дверь в стене я заметила, когда тар Хлаарс остановился, и я почти уткнулась подносом ему в спину.
Слишком увлеклась рассматриванием “бункера”. А может дверь проявилась, когда мы остановились рядом с ней. Вспышки магии, если она и была, я не заметила.
Впрочем, сейчас важным было совсем другое. Тар Хлаарс достал из кармана самый обыкновенный ключ и вставил его в самую обыкновенную дверную скважину. Точнее оба они были довольно большими для обыкновенных, но это если мерить параметрами моего мира.
Потянув на себя створку, не издавшую ни единого звука, мой спутник сообщил:
– Ректор позволил вам пообщаться с подругой, лейва Винетта. У вас пять минут. Я жду на поверхности.
И ушёл. Даже не подумав сообщить, как я узнаю, что эти самые пять минут прошли.
Как есть козёл!
Все они тут такие. С завышенным чувством превосходства.
Бурча себе под нос, я прошла внутрь.
Вопреки ожиданиям, карцер не был похож на тюремную камеру-одиночку. По крайней мере, как я его представляла по фильмам. Скорее, он напоминал больничную палату – скучную и стерильную. Белые стены с голубоватым сиянием по периметру под самым потолком. Белая мебель – кровать, стол и стул. И огороженный белый ширмой уголок. Наверное, с удобствами.
Мирайя сидела на кровати, прислонившись спиной к стене и подтянув колени к груди. Ее лицо было закрыто растрепанными волосами, эннен с вуалью валялись отдельно.
На моё появление она никак не отреагировала.
Я поставила поднос на стол и подошла к самой кровати. Но Мира даже не шевельнулась.
– Привет, – я присела на краешек и коснулась руки девушки, – ты как?
Мирайя испуганно вздрогнула и подняла голову. Мне стоило большого труда не отшатнуться. Звёзды на её щеках сияли, а глаза клубились Тьмой.
– Мира, – я сглотнула сухой комок, образовавшийся в горле, – я принесла тебе поесть.
Мирайя моргнула и посмотрела на меня осмысленным взглядом. Тьма медленно покидала её лицо.
– Винетта! – жалобно всхлипнула она и бросилась мне на шею. – Я уже думала, про меня все забыли.
И разревелась.
– Ну-ну…
Я гладила её по плечам и спине, слушая частые всхлипывания и понимая, что вообще не представляю, как её утешить. Да и чем тут утешать? Человека заперли в этом бункере совершенно одного.
Еще и в антимагическом бункере!
Стоило только войти сюда, как я ощутила давление. “Мертвые слезы” высасывали силы и у лейв, и у магов с одинаковой скоростью. Вот почему тар Хлаарс предпочел подождать меня наверху и дал всего пять минут.
– Я тебе поесть принесла, – вспомнила причину своего прихода. – Хочешь?
Мира закивала головой, не прекращая всхлипывать и обнимать меня.
– Ну вот и хорошо, сейчас поешь. Давай, умойся, и пойдём кушать. А где тут можно умыться? За ширмой?
Мирайя снова закивала. Я дала ей ещё несколько секунд и поднялась, увлекая девушку за собой. Мира послушно встала и молча направилась к ширме. Двигалась она как-то странно. Механически. Будто манекен. Да и вообще выглядела сломленной.
В груди кольнуло чувство вины. Я ведь обещала ей помочь выбраться отсюда, а вместо этого навещаю в карцере.
Вернулась Мирайя умытой, но всё равно бледной. От звёзд остался лишь тусклый контур. Да и сама девушка словно бы потускнела. Только покрасневшие глаза и нос придавали её лицу яркости.
Я поставила перед ней тарелку с супом, сухие хлебцы с травами и ещё что-то, похожее на большую котлету под корочкой. Выглядело аппетитно. И почему я себе не взяла такое же блюдо?
Мира вяло полоскала в супе ложку. Это заставило меня устыдиться. Она тут страдает, а я думаю только о себе.
– Мир, ты не знаешь, сколько тебе здесь ещё сидеть? – спросила, лишь бы нарушить неловкое молчание, прерываемое лишь звяканьем ложки о края тарелки.
– Знаю, – ответила она и вздохнула: – Пока люмбарго не заберёт все мои силы. Или пока я не научусь их контролировать. А значит, никогда.
Она всхлипнула. Бросила ложку, окатив стол веером брызг. И разрыдалась.
Глава 39
Больше тянуть нельзя.
В тот момент я поняла это так четко, словно кто-то сдернул пелену с моих глаз. Это тот самый случай, когда “промедление смерти подобно”.
Миру нужно спасать. Если люмбарго и вправду высосет ее силы, нам отсюда не выбраться. Да и для Цитадели она станет бесполезной.
Той ночью я всерьез взялась за разработку плана побега.
Изначально от меня требовалось лишь одно: проникнуть за Мирой в Академию, улучить удобный момент и исчезнуть вместе с ней так же, как исчезла в прошлый раз. Меня для этого снабдили всеми нужными знаниями и умениями.
Но возникла проблемка.
Точнее проблемища.
Никто из нас, ни я, ни маги Цитадели, не учли, что Раунен Делианарис не будет сидеть сложа руки и ждать, пока снова кто-то сбежит. Хотя это же было так очевидно!
Ректор втрое усилил защиту Академии. Не только магически, но и физически. Мало того, что теперь стены и все ворота фонили запирающей магией на километр, так еще по двору постоянно слонялись стражники. Они поглядывали в сторону лейв, как гончие в сторону дичи, разве что стойку не делали. И я точно знала, что все они боевые маги. Правда, женатые. Все-таки рисковать честью воспитанниц Делианарис опасался.
Теперь мне нужна была Мира, точнее ее стихия, чтобы в синергии с ней взломать защитные печати ворот и нейтрализовать охрану.
В теории я представляла, как это сделать. Мой Свет способен проникать в любые плетения и любые стихии. Но не почувствовать его вмешательство невозможно, а мне надо сделать все скрытно. Чтобы никто не понял, где нас искать.
Вот для этого и нужна Тьма.
В общем, Миру нужно вытаскивать. И первым шагом на пути к этому станет поиск ключа.
Я не обольщалась. Понимала: тар Хлаарс открыл карцер в этот раз, но это не означает, что ключ хранится у него. Наверняка он у ректора, в каком-нибудь магическом сейфе. Значит, мне нужно найти этот сейф и взломать.
Потом как можно быстрее попасть в карцер, выпустить Миру и бежать подальше отсюда.
Ах да, еще и Фьерну прихватить. Я себя просто возненавижу, если не сделаю этого. Да и Ардену в глаза смотреть не смогу.
По моим расчетам на все про все у меня было несколько минут. Если не уложусь, то попытка побега провалится.
Я погрузилась в себя, чтобы провести инвентаризацию, и осталась довольна. Частички четырех стихий, которые отдали мне мары-советницы, были достаточно сильны, чтобы помочь в том, что задумала.
Осталось выбрать подходящий момент.
На следующий день я занялась поисками ключа. В этот раз у меня не было волшебной жемчужины, зато были все четыре стихии. Немного, но достаточно, чтобы обмануть элементалей, проникнуть в кабинет ректора и все там обыскать.
Еще ночью я долго ломала голову, как обойти защиту. Ею были пропитаны все поверхности в кабинете. Выход виделся только один, и он мне не нравился. Но выбора не было.
На следующий день я активно зевала на парах и делала вид, что не выспалась. После обеда на медитации и вовсе стала носом клевать. За что даже получила выговор от тара Мериона. Но мне это нужно было для отвода глаз.
Придя в общежитие, сразу бухнулась в кровать. На вопрос Фьерны проворчала, что хочу поспать пару часиков. Мол, переутомление у меня от таких интенсивных занятий. Закрыла глаза, выровняла дыхание и слегка понизила температуру тела.
Теперь внешне меня невозможно было отличить от спящего человека.
Еще несколько минут выждала, пока шар-надзиратель удостоверится, что я уснула. Эти минуты показались мне бесконечностью, потому что элементаль торчал у меня над носом. Я чувствовала каждой порой, как он сканирует меня.
Наконец, когда уже начала волноваться, что ничего не получится, он взлетел под потолок и затих.
Вот тогда я с тайным удовлетворением вышла из тела. Неслышная и невидимая прошла сквозь окно и понеслась в ректорат вместе с ветром.
Меня распирало от гордости. Знал бы Делианарис, на что я способна!
Но на самом деле моей заслуги тут не было. Только правильное сочетание стихии Воздуха и Земли позволили мне это сделать. А без чужой помощи этих стихий у меня бы не появилось.
Достигнув цели, зависла перед знакомой дверью.
Защита здесь была так сильна, что даже в астральном теле я не могла ее обойти. Поэтому приготовилась ждать. В конце концов, кто-то откроет дверь, а мне только это и нужно.
Ждать пришлось долго. Хорошо, что не скучно: стоящие в коридоре охранники развлекали меня анекдотами и сальными подробностями своей личной жизни.
Пару раз я едва сдержалась, чтобы не отвесить им ментальных затрещин. Остановил лишь страх все испортить. Но наконец, когда до ужина оставалось всего полчаса, заветная дверь открылась!
На пороге появился ректор.
Стражи тут же вытянулись по стойке “смирно”, демонстрируя служебное рвение. Делианарис едва глянул на них и шагнул в коридор. Я же быстро скользнула мимо него в образовавшуюся щель.
– Сквозняк? – голос ректора заставил меня на секунду оцепенеть. Неужели почувствовал? – Хм… показалось.
Дверь мягко закрылась за ним, оставляя меня в кабинете.
От нахлынувшего облегчения я едва лужицей не растеклась. Была бы сейчас в физическом теле, то точно сползла бы по стеночке.
Следующие несколько мгновений я нервно прислушивалась к звукам, доносящимся из коридора. Но, судя по ним, Делианарис ушел, а стражи вернулись к прерванному занятию.
Теперь ничто не мешало мне обыскать кабинет.
Только ключа здесь не было. Ни его, ни чего-то похожего.
Убедившись в этом, я приуныла.
К тому же появилась еще проблема, о которой я не подумала. Кабинет стал ловушкой, выбраться из которой можно было только так же, как и вошла.
Осознав это, я не на шутку забеспокоилась.
А если Делианарис сегодня уже не вернется? Что же мне делать? Я должна появиться на ужине! Иначе дежурный тар забьет тревогу и меня будут искать.
Точнее, отправят сигнал моему элементалю. А тот станет меня будить. Не добудится и включит режим повышенной опасности. В нашу с Фьерной квартирку прибежит тар Хлаарс, как ответственное лицо, а может, и ректор с деканом.
А там – сюрпри-и-из!
Только этого мне не хватало.
Время шло, нервозность росла. Я начала метаться по кабинету, ища хоть малюсенькую лазейку. Но куда бы ни ткнулась – везде висели сигналки. Стоит их лишь задеть – и ректор сразу почувствует, что в кабинете есть кто-то чужой.
Внезапно из коридора донесся шум.
Я замерла, впитывая звуки.
Сюда кто-то шел, причем не один. Послышались голоса, и один из них принадлежал Делианарису, а второй…
Хоргену Афалеону!
Вот это удача! Да я его расцелую за то, что он пришел в нужное время и вынудил ректора вернуться в кабинет!
В тот момент, когда двери открылись, я рванула на свободу. Даже не стала ждать, пока мужчины войдут. Хотя и чувствовала, что должна остаться, узнать, зачем Хорген пришел.
Но до конца ужина оставалось десять минут.
Обратный путь проделала за пару мгновений. Влетела в свое тело с разгона, как локомотив в тоннель, и тут же осознала, что меня трясут за плечо.
– Эй, соня, ты решила спать до утра? – сердито выговаривала Фьерна. Над ее головой беспокойно танцевали два шарика. – Тар Ведарин про тебя уже спрашивал.
– А… что… – я широко зевнула, делая вид, что только проснулась. – Почему Ведарин?
– Он сегодня дежурный.
Мой элементаль подлетел ближе и возмущенно гаркнул голосом тара Ведарина:
– Лейва Винетта! Вы заболели?
– Нет, – пискнула я. – Все в порядке.
– Тогда через пять минут жду вас на ужине. Если, конечно, не хотите попасть ко мне на прием!
Вскочив, я быстро пригладила волосы, пристроила на место колпак с вуалью и побежала в столовую.
Тар Ведарин маг Земли и целитель. Попадать к нему на прием не хотелось.
***
Второй моей целью стали покои ректора.
Точно так же, как и в кабинет, войти туда и выйти оттуда я могла только с хозяином. Но в тот вечер рисковать побоялась. И так привлекла слишком много внимания.
С утра я вела себя тише воды ниже травы и старательно выполняла все указания таров. За что вновь получила разрешение отнести Мире обед.
Подруга встретила мой приход мрачным молчанием.
– Как ты? – спросила я, присаживаясь рядом с ней.
– Просто отлично, – она кисло улыбнулась.
– Что насчет контроля Тьмы? Получается?
– А сама-то как думаешь?
Мира лежала, вытянувшись на кровати, и даже не встала, когда я вошла. По потухшим глазам было понятно, что настроения у нее нет. Только откуда оно возьмется у человека, который уже третий день сидит в этом каменном мешке в гнетущем одиночестве. Да еще и люмбарго сосет его силы.
Зато здесь мы могли поговорить откровенно.
“Мертвые слезы” были гарантией, что нас никто не подслушает. Даже элементаль здесь терял свои силы и полностью отключался. А сопровождавший меня тар Хлаарс трусливо остался на берегу.
– Скоро я тебя вытащу, – горячо заверила я подругу и взяла ее руки в свои. – Вот увидишь. Осталось немного.
В ее взгляде промелькнул интерес.
– Ты что-то придумала?
– Да. Но мне понадобится твоя помощь и твоя магия.
Мира тут же зашевелилась и села.
– Что я должна буду делать?
Бросив быстрый взгляд на шарик, я убедилась, что он скорее мертв, чем жив. Но на всякий случай все же придвинулась к подруге поближе и зашептала ей в самое ухо.
Пришла пора рассказать про свой план.