Алина Сулейманова – Наследник (страница 6)
– Да, да. Конечно, иди – наконец подняв голову, и посмотрев на меня, сказал мой начальник. – Выздоравливай – последнее слово он сказал, сняв очки и пристально вглядевшись в меня. Мне стало даже неловко.
– До свидания, Дэвид – я уже повернулся, чтобы уйти…
– Ты точно не хочешь мне что-нибудь рассказать? – Дэвид неожиданно выпалил мне в спину.
– Эм…Нет, Дэвид. Если даже и есть, то это врачу – улыбаясь ответил я.
– Ну хорошо. До свидания Алекс – снова надев свои очки и опустив голову сказал Дэвид. Я вышел из офиса. На часах показывало 18:30. Мне нужно было успеть к 19:00. Ненавижу опаздывать. Я не любил больницы, но мне хотелось бы знать, что со мной происходит.
Погода была пасмурная, как обычно в это время года. Я дошел до остановки, перепрыгивая через небольшие лужи на дороге. Сел в автобус и поехал в нужную мне клинику. Успел. Даже успел просидеть немного в очереди. Наконец, я зашел в кабинет.
– Здравствуйте! Я записывался на 19 часов. Моя фамилия Хистелл – я говорил это, закрывая за собой дверь, а когда повернулся, то меня охватило чувство страха, знакомое мне во сне…
– Ну здравствуй, Алекс! – это был снова он. 102-ой. Врач был без сознания, и лежал на кушетке рядом с ним.
«Значит это был не сон…» – меня перекорёжило, а мои глаза расширились. Моя головная боль мгновенно улетучилась…
– Алекс! – сказал 102-ой. – Ты мне порядком уже поднадоел. Сейчас спускаемся в машину, и я доставлю тебя к Кларе. Не знаю, правда, зачем ты ей понадобился – он направился к двери, но затем резко повернулся и ткнул в меня пальцем, пригрозив. – Но если ты опять сбежишь, то этот лежащий доктор умрет! Ты всё понял?
– Да – мне не оставалось ничего другого.
Мы вышли из кабинета, направляясь к выходу из больницы. Что было дальше с этим врачом я не знал, но 102-ой меня успокоил.
– Не бойся, я рассчитал дозу ровно на 10 минут, и он очнется уже…(смотрит на свои часы) уже через 3 минуты.
Мы сели в его машину, которая опять каким-то чудесным образом, но уже не шокирующим, доставила нас в то же место. Так как здания было не отличить друг от друга, я так и не понял, зашли ли мы именно в то здание, что в прошлый раз или нет. Поднявшись снова на лифте, на стене которого была панель, 102-ой открыл двери, но не так, как это делала Клара. «Странно…Он просто набрал какой-то код, в то время как Клара просто проводила рукой. И этот ее жест ответа на звонок, что у нее там между бровей кнопка какая-то?»
На выходе я обнаружил, что мы на этот раз вышли на другом этаже. Тут всё было иначе, чем я видел тогда. Не было этих громадных ламп, столов с корректорами. По размерам помещение не уступало тому, но тут всё было восхитительно-ослепительного белого цвета. И всё абсолютно стерильное. Я даже боялся к чем-то прикоснуться. Стояла мертвая тишина, и звук наших шагов, отдавался у меня в голове жутким эхом.
Вдруг, 102-ой поднёс запястье к губам и проговорил в часы:
– Я доставил его, как вы и просили.
« Ну ничего себе часики…» – подумал я. Мне почему-то уже было всё равно, что со мной будет, и я стал с большим любопытством разглядывать всё вокруг.
Мы стояли перед белой, не очень массивной дверью, и ждали когда нас вызовут. Я молчал и 102-ой тоже. Раздался щелчок открывающейся двери…
– Заводите его – услышав это, я узнал голос Клары.
Она сидела за белым столом. Повсюду на стенах кабинета были размещены прозрачные сенсорные панели. Прямо перед Кларой, видимо, находилась самая главная панель – она была самая большая и висела прямо над столом. Клара как всегда выглядела безупречно. «Какая же она всё-таки идеальная, не смотря на свою злобность» – да уж, мои мысли были совсем не о том, о чём следовало бы думать.
Напротив стола был стул, на который меня и усадили. 102-ой вышел почти сразу. Похоже, он был очень исполнительный, правда иногда позволял себе язвить по поводу и без.
– Как ты наверняка понял, мы брали у тебя кое-какие материалы для генетических исследований – сложив руки перед собой, продолжила Клара. – Так вот. Почему ты здесь. Твои результаты, так скажем, не совсем однозначны. И поэтому, нам пришлось привезти тебя обратно. Мой отец попросил, чтобы я лично проследила за твоей доставкой. Конечно, я не могу дать тебе полную информацию. Скажу только, что мой отец хочет нанять тебя к нам на службу.
– Что!? Да вы смеетесь над о мной? Какая служба? Мне не нужна работа, она у меня уже есть. И мне нужно, кстати, быть там завтра утром – я даже удивился сам себе, с какой наглостью я это сказал.
– Понимаю, это трудно принять. Однако тебе придется. Видишь ли, твои показатели не стандартны. Твои нейронные связи очень прочны, и ты ничего не забудешь как остальные. И ты подойдешь нам – она говорила это без энтузиазма, и по ней было видно, что она этому не рада.
– Допустим, я не соглашусь. Вы убьете меня? Раз вы не можете стереть мне память. А если я пообещаю, никому ничего не рассказывать и жить как раньше, вы отпустите меня? – я спросил это так, на всякий случай.
– Мы не можем тебя отпустить. Мой отец предвидел твой отказ. И поэтому приказал мне кое-что тебе передать.
« Приказал? Хм…отец дочери обычно не приказывает» – пока я думал, Клара протянула мне одну маленькую прозрачную панельку, на которой были какие-то диаграммы.
– Что это? – спросил я.
– Это одна из 9-ти страниц результатов исследований твоей ДНК, которую тебе разрешено видеть. Подобными данными мы владеем обо всех обитателях твоего мира. Она показывает, живы ли родители существа. Эту технологию разработал мой отец.
– И что вы хотите мне этим сказать? – я смотрел на эти каракули и ничего не понимал.
– Мы знаем, что ты вырос не со своим родным отцом. По диаграмме видно, что твоей мамы уже нет в живых, но твой биологический отец еще жив.
– Жив? – я не мог прийти в себя от волнения и шока. Я всегда думал, что если он меня не ищет, значит мёртв. Я и сам пытался искать его, но бросил свои попытки ещё лет в 20.
– Да. И мы предлагаем тебе присоединиться в строй наших корректоров. И тогда у тебя будет больше возможностей и шансов его найти.
– А почему бы вам просто не сказать мне где он? Вы же обладаете информацией обо всех обитателях? – я хотел знать больше, а Клара теперь уже не казалась такой злобной.
– Это секретная информация. Я могу передать своему отцу, что ты согласился стать нашим корректором? – вставая из-за стола, спросила Клара.
– У меня есть время подумать? – опустив голову вниз, я думал куда-бы мне провалиться.
– У тебя есть 5 минут – ответила Клара и оставила меня в кабинете одного.
Мысли путались в голове. Я хотел сбежать отсюда и больше никогда здесь не появляться. Но желание найти отца разгорелось с новой силой.
Вопросы. Одни вопросы. Почему он меня не искал? Зачем бросил меня и маму? Пять минут прошли как одно мгновение, и я решил, что шанс найти отца важнее моих страхов. И тем более, если я откажусь, меня скорее всего убьют.
Я услышал звук открывающейся двери. Клара прошлась изящной походкой, и села за стол.
– Обычно я не даю таких поблажек никому. Особенно тем, кто пытался сбежать. Моё терпение кончается, и я жду ответа!
– Да…да, я согласен – я сказал это таким неуверенным голосом, что даже поперхнулся от собственной ничтожности. Моя наглость исчезла в миг.
Я впился руками в сиденье стула, не зная что будет дальше, и ждал указаний Клары, как вдруг вспомнил о своей жизни в обычном мире.
– А как же быть с моей работой? Я не могу просто так уйти. У меня там вся жизнь – я так жалобно посмотрел на Клару, но она была невозмутима как статуя.
– Тебе придется исчезнуть без объяснения причин. В твою квартиру я уже послала пару корректоров, чтобы они привезли необходимые тебе вещи, кроме тех, что противоречат нашей безопасности.
– А какие это вещи?
– Зубная щетка – холодно улыбаясь, ответила Клара.
« Надо же, она умеет шутить» – подумал я.
– Тебя это не особенно должно волновать, учитывая твое положение – продолжила Клара.
– Какое положение?
– Подумай лучше о том, как побыстрее влиться в наш строй – будто немного занервничав, сказал Клара. Видимо она ляпнула что-то не то.
– А как же остальные? Мой друг, например, он будет меня искать!
– Об этом можешь не беспокоиться. В этом и заключается наша работа – нажимая себе между бровей, сказала Клара. – Отец, он согласен. Какие будут дальнейшие указания?
Перед ней снова выросла голограмма пожилого ученого, который ответил только одно… «Привести его ко мне!»
Я не знал кто он такой, и чего хочет. Но мне было совершенно ясно одно – он почему-то был очень заинтересован моей личностью. «Что же такого он нашел в моей ДНК?».
До лифта меня провожал всё тот же пресловутый корректор под номером 102.
– Так у тебя есть имя, или тебя так и зовут 102-ой? – я думал, что хуже уже не будет, так почему бы и не спросить.
– Почему же, раньше меня звали Фрэнком – ностальгически посмотрев наверх, сказал 102-ой. – Но когда поступаешь сюда работать, то имена забывают. И остаются только номера. Мы все одинаковы: серый костюм, черные машины. Поэтому нас легче различать так. Начальство так распорядилось – он сказал это с какой-то долей сожаления.
– Фрэнк? Я буду к тебе обращаться теперь только так.
– Нет! Это не позволительно. Это нарушит систему. И внесет разлад в работу остальных корректоров. Всё должно быть идеально – сразу переменив тон на прежний.