Алина Смирнова – Повелители Смерти (страница 22)
— Амэ!!! — я закричал еще раз и поток огня, выпущенный на звук моего голоса, опалил мой плащ и часть правой руки, обнажая скелет. Однако мой всегда тихий голос здесь был бесполезен. — Вот, что происходит, когда подсознание вырывается наружу и образует брешь… мы Хранители силы Бездны и Повелителя… с нами не должно такое происходить, мы должны всегда контролировать свое подсознание.
Я сделал еще один шаг к нему и меня снова обожгло огнем, на этот раз кожа расплавилась на левой половине тела…
— Амэ!!! Не смей сдаваться! Амэ! Не смей подчинятся воле бессознательного! Амэ! — это бессмысленно… чем ближе я подходил, тем агрессивнее становилось проклятое кольцо вокруг него и метало все больше огня и в мою сторону и в воздух. Я посмотрел с вершины вниз, все вокруг куда падал взгляд и за горизонтом уже пылало.
Я не знал, что делать… еще бы чуть-чуть и, наверное, мое сознание тоже отключилось… но мой взгляд упал на собственную руку, теперь без кожи, к костяшке тонкого мизинца была привязана алая нить, тянувшаяся по каменному полу вершины к горящему кольцу проклятий…
— Алая нить… Харэ… — я вспомнил, что Харэ сказал использовать именно ее.
Алая нить судьбы, связавшая нас месте. Протянув руку к тонкой кристаллической нити, я ощутил сначала вибрацию, а затем боль пронзающую, острую… и это была не моя боль… боль Амэ… только потом мы выяснили, как именно устроено заклинание алой нити, форма Повелителей смерти запрещает нам испытывать свои собственные эмоции, а заклятие алой нити дает такую возможность… испытывать эмоции того, с кем ты связан этим заклинанием. И сейчас я чувствовал не свои эмоции, а его — Амэ… я ощущал кошмар, боль, горечь от потери любимых и разочарования в них… а его подсознание вышло из-под контроля не из-за его собственных эмоций, а из-за моих… страха потерять его, страха рассказать ему правду, и бесконечного сомнения в правильности моего выбора тогда…
Я еще раз коснулся нити, на этот раз отреагировало кольцо проклятий вокруг Амэ, оно вдруг на мгновение стало более прозрачным, боль продолжала сковывать весь разум. Мы оба страдали и из-за этого причиняя друг другу еще больше боли. Я опустился на колени и взяв конец нити, привязанный к моем мизинцу, поднёс его к губам.
— Амэ… я знаю так ты слышишь меня… Амэ!!! Прости меня, я виноват перед тобой… виноват больше, чем кто-либо… действительно и это правда, я соврал тебе, скрыл правду и заставил тебя страдать, полагая, что только мое желание быть с тобой связанным, сможет тебя спасти. Амэ, прости меня… я был слишком эгоистичен, слишком самоуверен. Я отнял у тебя не только память о семье, я заставил тебя думать, что ты виноват в их смерти. Амэ, прости меня… но сейчас вернись ко мне… без тебя из меня выйдет неважный Правитель, — я сжал мизинец, прижав руку, сжатую в кулак, к груди.
Сначала я услышал короткий смешок, а затем его голос, искаженный Бездной, но все же все еще его голос…
— Ты ведь хотел превратить этот мир в посевные поля, да, братишка? Так я просто тебе помогаю, разве нет? Посмотри, все вокруг сгорит и умрет, разве не этого ты хотел сейчас… и тогда? Разве нет так? Аки-братишка? Или лучше сказать, Аки, мой новоприобретённый братишка? После того, как моего родного братика не стало… его зарезал мой папаша, слетевший с катушек на моих глазах? Так ведь? Так ведь, Аки?! Чего ты теперь молчишь?! — его всегда очень звонкий голос сейчас срывался в истерике.
Я дернул за нить, и кольцо проклятий дрогнуло и словно на мгновение стало прозрачным, но потом с новой силой завертелось вокруг Амэ.
— Нет… — продолжая цепляться за нить, я делал шаг за шагом вперед, выдерживая мощь проклятий и обжигающий огонь, а также боль… боль Амэ… — Нет… мое желание было обрести семью… Амэ… ты чувствуешь не свою боль, а мою собственную, все мои терзания за то, что я солгал тебе тогда, все мое отчаянье в тот момент когда ты там в лаборатории прошел бы мимо меня, так и не узнав правды… мне было страшно… страшно, что если ты все узнал бы тогда, то не стал бы говорить со мной, а скорее всего бы просто обвинил меня в сокрытии правды и был бы прав… — я сделал еще шаг, цепляясь за нить, кольцо начало ритмично мерцать.
— Твою боль? Аки? Я верил в тебя… а ты заставил меня думать, что я убил свою семью? Думаешь ты спас меня тогда… — наконец его голос стал успокаиваться, а мерцающие огненные шары перестали вылетать из его раскрытого гримуара.
— Да, спас… ты был ребенком… а я был ребенком, рожденным в Бездне и уже тогда знавшим всю правду обо всех мирах и обо всем, что касается жизни и смерти… а главное о темноте, которая рождается только в жестоких людских сердцах. Я знал, что твой отец сошёл с ума из-за головной опухоли и убил всех тех детей… знал и когда я пришел на крыльцо твоего полыхающего дома, ты сидел с трупами своих брата и сестры, мечтая обрести магию, способную их оживить или стереть все свои воспоминания, чтобы забыть весь этот кошмар, что ты видел…
Кольцо проклятий остановилось, и он упал на колени, закричав… заклятие одно за другим стали исчезать из круга, я взглянул на него, его левая рука дрожала. Алая нить, которая была привязана к мизинцу, замигала. Ее заклятие переселило все проклятия Бездны, он коснулся ее пальцами второй руки…
— Ты был там? На крыльце, верно? Ты единственный, кто не испугался придти и утешить меня. Вот когда у меня на пальце появилась эта красная, кристаллическая нить… в тот день моя семья умерла, и мой брат тоже умер, но в тот же миг я обрел нового брата…
Кольцо проклятий наконец развеялось и я не смог более стоять на ногах, упав, я пополз к Амэ, и наконец мои руки легли поверх его сложенных ладоней.
— Мы братья, Амэ… и я до сих пор считаю, что спас тебе жизнь тогда, своим эгоистичным желанием. Ты бы сошел с ума, узнав правду тогда, и я решил, что будет лучше если ты на время забудешь правду. Но я не обладал тогда еще силами, способными исполнить это желание, да и волшебники не могут исполнять собственных желаний, поэтому я попросил Повелителя заменить на время твои воспоминания. С того самого мгновения я стал винить себя постоянно… мое чувство вины лишь возросло, когда я встретил тебя на острове и в Бездне оно не ушло, став сильнее, когда Повелитель связала нас заклинанием алой нити… я думал твои воспоминания тогда вернутся, и в Бездне это будет легче перенести… но… этого не произошло, я понимал…
— Что чувство твоей вины росло, и ты знал, что делает заклинание алой нити, твои чувства передает мне, а мои тебе? Ты открыл эту брешь в моем подсознании, а когда пришло время…
— Я понял, что больше не могу скрывать от тебя правду… и я попросил Харэ вернуть все на свои места. Он знал, что из-за заклинания алой нити, в этот момент между нашими сознаниями будет очень сильная связь и моя боль достигла пика, чуть не погубив тебя… мне жаль, Амэ… прости меня… думаю, из меня вышел неважный брат…
Скелет начал покрываться личиной человеческого тела и вот уже Амэ смотрел на меня и улыбался.
— Нет, Аки… думаю из тебя вышел самый преданный брат на свете. Просто, когда в следующий раз решишь спасти мне жизнь или подкорректировать мои воспоминания, будь добр, скажи мне об этом…
Я засмеялся, поражаясь, что только при помощи этой тонкой нити я мог вновь засмеяться… нет это было благодаря Амэ…
Все закончилось. Но внезапно мы оба ощутили приближение невероятно мощной энергии. Мы оба обернулись, позади нас в воздухе завис Волшебник Измерения, он идеально держался на воздухе… будто танцуя, от него исходило серебряное свечение, рядом в воздухе над плечом зависла открытая хрустальная книга… он улыбался. А значит, Повелитель тоже улыбается. Если мы были ее глазами в этой Вселенной, то он без сомнения был ее улыбкой…
— Народ, время заканчивать отдыхать… мы закончили с порталами. Вам обоим хватит прохлаждаться, и пора заняться делом. Повелитель скоро будет здесь, и она очень хочет увидеть свою новою армию…
Живые мертвецы — бывшие жители мира Теонис, убитые Аки и возращённые к жизни его братом Амэ. Суть процесса в том, что при помощи некромантической магии и энергии Бездны, живые клетки, сотканные из Материи созидания, отмирают, а затем получают новый импульс энергии Бездны и превращаются в мутантные клетки, названные некромантами D-интэрклетки. На практике же мертвые восставали из-под земли, словно преображаясь…
И мы действительно занялись делами. С этого момента, мир вокруг нужно было менять. Амэ и я с головой ушли в этот процесс исследования магии смерти и возрождения. Причем результаты своих исследований мы воплощали на практике, непосредственно на жителях этого мира. Пока ребята занимались обустройством Кирита, мы с Амэ путешествовали по городам, деревням и отдалённым кланам волшебников. В каждый город и деревню мы приходили лишь с одними словами.
— Мы — новые Повелители этого мира, если кто-то из вас хочет изучать темную магию вместе с нами, добро пожаловать в нашу семью и парящую столицу нашего мира — храм Кирит.
— Те же, кто откажется от сделки будут уничтожены, мы отравим вашу землю формиатом, а затем ваши мертвые тела опустим глубоко под землю, где они будут разлагаться… но не переживайте… когда вы нам понадобитесь, мы достанем ваши гниющие трупы, правда… собой вы уже не будете… мертвыми, ненасытными марионетками, вот кем вы станете… — продолжал мою речь Амэ.