Алина Савельева – Строптивый ангел (страница 18)

— О, Элейн, твой знакомый просто покорил нас! — воскликнул папа и вновь обратился к Олегу. — Вы обязаны остаться у нас на ужин, где вы остановились, Олег?

— Я еще не определился с жильём, — ответил куратор и повернулся ко мне: — Привет, Аленочка, нам бы поговорить.

— Здравствуй, Олег, — сквозь зубы смогла выдавить я. — Папа, я воспользуюсь твоим кабинетом?

— Конечно, Элейн, сколько угодно!

В кабинете я села на папино кресло, оставив Олегу второе напротив меня, через стол.

— Что ты здесь делаешь, куратор. Какого черта ты приперся в мой дом и мою семью? — не могла совладать со злостью, как ни старалась, убивая его взглядом.

— Я теперь в Великобритании буду работать, перевели сюда.

— Это не ответ. Зачем ты пришел сюда?!

— Давай поговорим об этом завтра. В ресторане Aiziet в девять вечера, столик на имя Иванова Ивана.

— С фантазией у тебя по-прежнему туго, Олег. Ты нарушил устав. Ты не имеешь права вмешивать мою семью в работу, я вынуждена об этом доложить и попрошу о смене куратора.

— Боюсь, у тебя уже нет такой возможности. Хочешь узнать почему, приходи. До завтра, Ангелочек.

Олег вышел, а я пыталась понять, что происходит. И появившиеся догадки напугали меня до заледеневших конечностей, как будто кровь перестала циркулировать, останавливая сердце. Хотя, конечно, это в обратном порядке происходит.

Олег остался на ужин с родителями и за столом всячески угождал и хотел произвести впечатление на родителей. Обсуждая с ними интересные для них темы и опережая высказывал свое мнение, «удивительно» совпадающие с их. Подготовился, сволочь. Даже ушел сразу после ужина. Чтобы не показаться невоспитанным и наглым.

— Элейн, у тебя просто замечательный знакомый. Это твой молодой человек? — продолжала восторгаться Эмили, пока мы убирали и мыли посуду.

— Нет, мама. Это просто знакомый. И прошу больше никогда не пускать его в дом. Он совсем не тот, кем хочет показаться. Жаль, я не поняла этого раньше.

Мама смотрела на меня в непонимании, а рассказать ей большего я не могла.

— Мама, просто поверь. Он опасен и совсем нам не друг.

— Хорошо, Элейн. В России живут странные люди. Возвращайся домой.

— Пока не могу. Вернусь через девять свиданий, — улыбнулась, чтобы немного успокоить Эмили.

— У тебя ужасное чувство юмора. Как было, так и осталось. Еще со времен, как ты скинула в бассейн трехлетнего Рэни, — вспомнила мама одну из моих ужасных проделок.

— Я была очень жестокой, мам, простите меня.

Эмили рассмеялась и, махнув рукой, сказала:

— Ты же сама его и вытащила, правда, сначала пыталась научить его плавать. Говорю же, шутки у тебя непонятные. Но ты не жестокая, скорее своенравная и не любишь ограничения. Слово «нельзя» для тебя всегда было сигналом к действию.

Поболтав еще немного с родителями, мы с Рэни поехали в паб. Но пробыла я там недолго по двум причинам. Я в свои двадцать два неуютно себя чувствовала в компании тинейджеров, попивавших в пабе молочные коктейли. И вторая причина была куда весомее, и единственный человек, к кому я могла обратиться за помощью, просил сегодня прийти попозже из-за того, что у него намечался романтический вечер с девушкой.

Я сидела на подоконнике подъезда в ожидании, когда девушка уйдет. Портить приятный вечер Ринату не хотелось. Из-за ожогов он редко сближался с противоположным полом, комплексуя и стесняясь оголять свое тело.

— Какая мерзость! — верещала спускаясь, темноволосая девушка, по лестнице. — Урод! Какой же он урод! Хуже Квазимодо!

Я взлетела по лестнице за пару секунд и забежала в распахнутую дверь квартиры. Ринат сидел на полу коридора без водолазки, обычно скрывающей его рубцы, сложив руки на согнутых коленях, и уставился в потолок, откинув голову на стену.

— Напьемся? — тихо спросил Ринат, когда я села рядом с ним на пол.

— В дрова, — согласилась я. — И этот крючок тебя не выдержит, — проследив за его взглядом на крепеж люстры на потолке, сообщила я на всякий случай.

— Да, хреново строят, все на соплях, — дал оценку мастерству строителей Ринат. — Дай мне полчаса, я соберусь и едем кутить.

— Телефоны не берём, в прошлый раз оба посеяли и еще и бумажник твой, — напомнила я Ринату

— Берём только мою кредитку, я угощаю, свою не бери. Всё, ушел собираться, — Ринат встал и, подав мне руку, помог подняться. — Можешь пока в моем компе посидеть. Пароль по числу месяца, помнишь какой?

— Да, пойду пока проверю, чем мой начальник занят. Бездельничает, наверное, без моего присмотра.

Рабочий ноут Никиты был отключен от сети. Камеры в его спальне тоже больше не подключались. Поискав письма, которые он мне присылал из Германии, нашла ай-пи его личного ноута. И, подключив, сразу наткнулась на пристальный взгляд, который смотрел прямо в камеру вебки. Аж мурашки побежали. Было ощущение, что он видит меня, придут же глупости в голову. Полюбовавшись на яркие глазки, набрала его в Скайпе.

Никита, увидев вызов, не спешил ответить. Улыбался, показывая мне свои ямочки, и сложил руки на груди.

«Сама», — прочитала по губам, так как слышать его не могла.

Как он догадался? Вот прохвост! Ну сама так сама. Залезла к нему в систему и ответила на свой звонок.

— Алёна, тебя ждут самые изощренные пытки, когда ты вернёшься, — заявил Ник. — Я уверен, что и о половине твоих проделок ещё не в курсе.

— Каких ещё проделок? — возмутилась я, сама уже догадываясь, почему не работают камеры и макбук.

— Вот сама мне обо всех и расскажешь. Как дома?

— Придется рассказать даже о том, чего не делала, — вспомнив слова Рината, сказала я Нику. — Дома всё хорошо, спасибо.

— А ты сейчас одна, Алёна? — понизив голос, спросил Ник, хитро прищурив глаза. А меня бросило в жар и закрутился узел внизу живота от догадки, на что он намекает.

28. Никита

Не знаю как, но я чувствовал, что звонит именно Алена. Контакт был скрыт, без аватарки и номера. А я просто был уверен на все сто, что это моя проказница. Обрадовался, как будто очередную звезду «Мишлен» получил или даже две. Ну что же, проверим все мои догадки до конца.

— Сама, — сказал, глядя в камеру, и аж сердце зашлось в ожидании этих секунд, пока она возится в моем компе, увидел мечущийся курсор по интерфейсу скайпа, а затем и Аленку, чуть не полез целовать экран. Аленка возмутилась моим угрозам, а у самой в глазах чертята огненными шарами перекидывались. И, кажется, попадали в меня, разжигая пожар внутри. Ее фанат натянул ткань шорт, и у меня возникла идея: раз уж более тесный контакт невозможен, почему бы не попробовать альтернативный?

— Не одна, и ухожу сейчас с друзьями в клуб, — обломала меня Алена и тут же, хитро глядя на меня, предложила: — Я тоже хочу с тобой вирт, давай завтра в двенадцать вечера по Москве, у нас девять будет.

— Ага, ты в клуб, а я в холодный душ, значит? — возмутился я такой несправедливости, тыча ей в ширинку, показывая на палатку из ткани шорт.

Аленка вдруг изменилась в лице и, непривычно печально посмотрев на меня, тихо сказала:

— У тебя всегда много вариантов, придумаешь что-нибудь, Ник.

— Без вариантов, Алёна. Завтра в девять по вашему времени буду ждать твоего звонка. Иди веселись, королева танцпола. И… веди себя прилично! — Алёнка улыбнулась снова и, встав, поцеловала камеру, ее губки увеличились на весь экран, медленно проведя кончиком языка по верхней губе, Алёна отстранилась, села обратно в кресло, открыв свои зубки широкой хулиганской улыбкой. — Тебе ведь говорили, что ты безбашенная? — спросил у этой оторвы.

— Не-а, ни разу. Пока, Никита, мне пора.

— До завтра. Не шали там… без меня.

Еще несколько минут наблюдал, как Аленка удаляет всю информацию звонка с моего компьютера, зачищая все свои действия. Всё-таки Алёна хакер. Элита виртуального мира. Вроде и ожидал уже чего-то подобного, но всё равно пребывал в состоянии шока.

Теперь вопросов стало ещё больше. Почему она так тщательно это скрывала и почему открылась мне. То, что она сделала это намеренно, даже не подлежит сомнению. Сколько ещё тайн у этой невероятной девушки? И всё тот же главный вопрос: кто ты, Алёна?

Я опять открыл её досье, но оно было до безобразия скудным.

Училась в школе на полном пансионе и вполне успешно её окончила.

Высшее образование не получила, что странно с таким фундаментом.

После школы до двадцати лет жила с родителями в Эдинбурге, потом приехала в Россию.

Работала менеджером по продажам в магазине бытовой техники. Уволилась полгода назад, как раз в то время, когда познакомилась с Ликой и всеми нами.

Эти полгода не работала, интересно, на что она жила, хотя вечно пустой холодильник намекал на то, что она не особо хорошо питается. Но ни разу ни у кого из нас не просила помощи. Может, родители помогали?

Вроде и всё просто, а у меня чувство, что всё написанное только частично правда. Информации мало. Надо поискать ещё.

Уже почти проваливался в сон, когда тишину разорвал сигнал телефона, звонил администратор отеля.

— Никита, нам нужна помощь, вип-гостья, ваша знакомая из люкса, Хильда Рейсс-Кёстрицкая, устраивает скандалы на ресепшн. А тут гости, дипломаты из разных стран, бизнесмены и просто отдыхающие, ну вы понимаете? Она требует вас, и никто не может с ней справиться.

— Еду, — буркнул я, с неохотой отрываясь от подушки.

На ресепшн было всё спокойно, администратор сказала, что Хильда, узнав, что я еду, ушла к себе в номер, но пригрозила, что если это не так, она опять спустится.