Алина Савельева – Слишком борзая! (страница 5)

Мою пятую точку обжигает шлепком тяжелой руки с такой силой, что я слегка подаюсь вперед, прежде чем обернуться и посмотреть, что за смертник на это решился.

Прямо за моей спиной стоит здоровенный мужик, обросший как полярник. Небрежная щетина подсказывает окружающим, что про бритву и барберов он никогда не слышал. Под толстовкой явно угадывается очертание широких плеч, обремененных недюжинной силой.

– Слышишь, Лохматая Гора, у тебя конечности лишние? – интересуюсь я, разминая ладонь для оплеухи, всё-таки не хочется ударить в грязь лицом и отвесить пощечину менее жгучую, чем он по моему заду.

Лохматая гора задержал удивлённый взгляд на моем лице лишь на секунду. В следующую он уже схватил за грудки ржущего рядом парня, очень плохо справившегося сразу с несколькими ступенями эволюции.

– Ты должен немедленно принести свои извинения этой леди! – прорычал обладатель небрежных зарослей на лице.

Речь у него чудная и как будто с легким акцентом. Но мурашки у меня побежали не от него и даже не от его низкого рычащего голоса. Его глаза были чернее дождевой тучи ночью. Они пугали и завораживали одновременно. Как будто впервые видишь смертельно приближающееся торнадо, понимая опасность, но оторвать взгляд от такого зрелища невероятно трудно.

Даже не знаю, с чем ещё сравнить. Наверное, это как заглянуть в глаза чудовищу, в чьей лохматой оболочке спрятан заколдованный король. Пришлось немного поморгать, чтобы прогнать наваждение.

На тесном танцполе тем временем становилось всё свободнее от того, что градус противостояния горы и бабуина накалялся с каждой секундой.

– Грабли свои убери, фраер! Раз на раз слабо? – визгнул бабуин, толкая мохнатого защитника чести моей пятой точки.

Длиннющие черные ресницы непонимающе хлопнули. Парень с шерстяным ковром на лице определенно силится вникнуть, при чем тут садовый инвентарь и что такое «раз на раз».

– Я бы сразился с тобой интеллектуально, но вижу, что у тебя нет оружия! – рыкнул мой холмистый заступник, легко отодвинув от себя хама.

Далее изо рта агрессивного примата полилась речь нецензурная, и в заросшую физиономию Горы полетел кулак. Правильно, бугристый! Если драка неминуема – бей первым! Не сомневаюсь, что мой лохматый рыцарь справился бы с агрессором самостоятельно, да вот только такие, как бабуин, в клуб приходят всем своим обезьяньим царством. И заявленный «Раз на раз» превращается в нападение на льва, стаей гиен.

На защиту своего соплеменника тут же бросились дружки, побросав свои стаканы и подружек. И хоть я практически выросла на тренировочной базе среди лучших бойцов, все же раскидать такую ораву беспредельщиков для меня задача непосильная, с этим справиться играючи может только Бес.

Народ, разодетый в маскарадные костюмы, наслаждался битвой диких обезьян с чудищем лохматым. Вокруг уже стоял дикий ор и свист. Кто-то из толпы снимал на телефон, кто-то делал ставки. Вот только вмешаться и помочь одинокому воину никто не хотел. Лохматый парень не спасовал и не пытался сбежать, мужественно загораживая меня своей спиной и отбиваясь от нападающих.

Пока я таращилась на широкую спину в моей голове крутилось только одно определение этому герою – чужак. Парень явно не понимал, к чему приведет его попытка осадить хама в этом клубе. Говорил, будто он прискакал на лошади к порогу клуба прямиком из девятнадцатого века. Мой рыцарь!

Должно быть, мне нужно было прикинуться робкой ланью и изобразить хотя бы испуг, но к боям и дракам я давно привыкла, а от этой и вовсе хотелось зевать. Бойцовые приматы только на словах были смелы и нападали в основном исподтишка на намертво вросшую в пол гору. Все пятеро сильно проигрывали Мохнатому в комплекции, и никто не хотел испытать силу его кулака первым.

– Да кто ты такой! Я тебя… я сделаю из тебя отбивную, что мать родная не узнает! – доносились стандартные фразы от трусливых драчунов.

– Украсил бы ты клуб своим отсутствием, пока я грех на душу не взял! Иначе тебя ни один патологоанатом не идентифицирует – устрашающе спокойно рычал мой защитник.

Эй, Гора! Я бы попросила не обобщать! И не таких бабуинов идентифицировали!

Всё же силы были неравны, поэтому, когда одной хитрой макаке удалось просочиться за Гору, я быстренько выписала ему мыском туфли по кости ниже колена и основанием ладони в нос.

– Мисс, вы в порядке? – обернулся мохнатый, снова погрузив меня во тьму своих глаз.

В его черных глазах сверкала россыпь звезд. И вокруг всё сияло, словно во сне. Это было что-то невероятное, аж дыхание перехватило и в груди что-то взволнованно заколыхалось! Впервые в жизни я испытала неописуемое чувство, затмившее абсолютно всё прочее. Не только происходящее вокруг стерлось из сознания, а вообще всё застыло, удаляясь в архив. Наши взгляды пересеклись, и по венам пронесся молниеносный заряд, и словно от удара током мой взгляд терял резкость и фокусировался лишь на Лохматой Горе. То, что я чувствовала рядом с этим парнем, не находило объяснения. Вся кожа покрывалась мурашками от одного взгляда, по телу бежала приятная мелкая дрожь. Сердце колотилось, как умалишенное.

– А? – растерянно переспросила я, смущенно улыбаясь.

Взгляд Горы переместился мне под ноги, где отдыхал в нирване хитрожопый макак, и вновь поднялся к моему лицу. Мне показалось, что во тьме его черных озер появился немой укор. Кокетливо махнув ресницами, я виновато отпихнула ногой от себя валяющуюся конечность.

Честное слово, будь это возможно, я, словно нагадившая кошка, закопала бы бабуина-говнюка под паркет!

Как истинные шакалы, дружки отдыхающего воспользовались моментом, когда Гора отвлекся на меня, и накинулись всей стаей одновременно. Дрались они как пацанята во дворе, тупо размахивая руками и ногами в надежде побольнее зацепить. В отличие от них мой герой был не настолько бездарен в ближнем бою и умело уворачивался от наиболее опасных ударов, метко отвечая по пустым головам. Как настоящий царь зверей, такой же лохматый и сильный, расшвыривал бандерлогов по сторонам. Завораживающее зрелище.

Укоризненный взгляд Горы окончательно убедил меня в том, что леди, как он меня назвал, драться не должны, поэтому я скромно стояла в сторонке. Охрана клуба, видимо, всем составом вышла покурить, и вместо них решили вмешаться неравнодушные посетители. Поначалу они просто пытались успокоить драчунов и растащить, но потом начался какой-то адский замес, и было уже не разобрать, кто и за что машет кулаками.

Мой брат Макар появился как всегда ниоткуда, словно материализовался из полумрака и лениво крутя спичку во рту, отсканировал зал взглядом. Как всегда в капюшоне по самые брови, из под которого только глаза светятся и моргают наушники. Одним словом – Бес. Мой маскарадный костюм Марвеловской Супергёрл филейную часть и живот практически не закрывал, зато лицо было спрятано за широкой маской, и ярко-розовые тонированные пряди помогли быть не узнанной сразу. Однако, если оставаться на месте, Бес вычислит меня очень быстро.

– Бежим! – дернула я за руку Гору, заставив развернуться на полкорпуса, как только какой-то дурачок решил пнуть Макара.

Зная, что на то, чтобы надолго успокоить идиота, Бесу не понадобится и пяти секунд, я потащила Лохматого в толпу зевак. Благо фанатов супергероев сегодня было достаточно, и я терялась на их фоне.

Я собиралась провести своего защитника к туалетам, чтобы он смог умыться и осмотреть свои повреждения, но на полпути нас остановила охрана.

– Просим вас немедленно покинуть клуб, – потребовал крепкий мужик, глядя на нас, будто это мы зачинщики беспорядка.

Оказавшись на улице под светом неоновых вывесок и желтого фонаря, я разглядывала пострадавшее лицо Лохматой горы.

Лицо его разбито. Один глаз заплыл от удара кастетом, из губы сочится кровь. Оставшийся невредимым глаз внимательно вглядывается в моё лицо.

– Похоже, тебе нужно в больницу, – протягиваю я руку к окровавленной скуле, нежно ощупывая ее, дабы убедиться, что она не сломана.

Парень мгновенно меняется в лице, делая попытки нахмуриться, и темная бездна единственного уцелевшего глаза начинает выжигать во мне дыру.

– Снова ты? – рокочет низкий хрипловатый голос.

– Ну… как бы нас вместе из клуба вышвырнули, помнишь? – сочувственно оглядываю его травмы с большим усердием.

Макушку Горы мне не видно, может, ему настолько сильно приложили по ней, что у него память отшибло.

– Тебе бы раны обработать… лёд приложить, – снова тяну я ручонки к пострадавшей из-за меня симпатичной мордашке.

И он реально классный. Даже с расквашенной моськой.

Гора закатывает глаз, плотно сжимает губы и, продолжая сверлить меня темным омутом, подхватывает под руку, буркнув:

– Пойдем!

Стараясь игнорировать легкое покалывание на запястье в месте соприкосновения нашей кожи, ворчу ему в ответ:

– Необязательно меня тащить! Я могу сама идти за тобой. Тебя, знаешь ли, трудно потерять из вида!

Тащил меня незнакомец в узкий проулок между клубом и торговым центром. В темный, скрытый от посторонних глаз. Где стены зданий были практически глухими, с редкими узкими окнами и эвакуационными дверями, выходящих на ржавые пожарные лестницы.

Но крайне странный выбор маршрута меня не настораживал. Никакой маньяк или другой злоумышленник не стал бы подставлять своё лицо ради будущей жертвы. Несмотря на обросшую физиономию и скромный выбор одежды, парень выглядел интеллигентным, обаятельным и обходительным. «Как известный кровавый маньяк Тед Банди», – подсказало мне подсознание.