Алина Савельева – Мой пленник (страница 3)

Я вглядывалась в его лицо, и, как в каком-то фильме ужасов, он неожиданно распахнул глаза, так что мое сердце провалилось от страха, пропустив пару ударов.

– Ты мне нужен живым! – разозлилась я, что напрасно тащила его через границы, словами не описать, чего мне это стоило! Не только в евро, но и в нервах!

– На тебя сил хватит. Раздевайся, – хрипло пробормотал русский, на чистом французском.

Сволочь издевается надо мной с первой минуты, как пришел в себя! И ведь не сдается, еще и пытается пошло шутить! Хотя…

– Я приведу тебе женщину, если ты мне расскажешь все, что знаешь об этом человеке!

Достав из кармана фотографию папы, пока не хотела называть его имя, ведь если русский назовет его сам, сомнений точно не останется.

– Другую не надо. Я хочу тебя, – криво усмехнулся мой пленник.

Мне непременно польстили бы его слова, встреться мы в другом месте и при других обстоятельствах, но сейчас это требование имеет совсем другое значение. Пожар в его глазах отнюдь не от страсти, а от гнева и ненависти. Возможно, он и тешит себя мечтами, что прикует меня к этой кровати и будет делать все что захочет, но это не главное его желание. Думаю, он получит большее удовольствие, просто оторвав мне голову.

Пленник снова закрыл глаза, не дождавшись от меня ответа, и я тоже ушла ни с чем, потому что поняла, что мы не продвинулись ни на шаг. И пусть его организм сейчас ослаб, но он не сломлен и не готов каяться в своих грехах.

Отправив Госса отнести ему стакан с горячим порошковым препаратом и теплым одеялом, я снова открыла записи отца.

За эти годы я изучила их почти дословно, так же, как все фотографии знала до самой мелкой детали. Как и фотографию со спиной моего пленника. Та же короткая стрижка, те же огромные мышцы, та же замысловатая татуха. Уже убирая фото обратно в папку, вдруг нащупала пальцами, что оно продавлено, словно написано для слепых, но, приглядевшись, поняла, что продавлено фото не шрифтом Брайля, а русскими буквами: «Сладкий».

Это на самом деле его имя? И теперь нет сомнений, он действительно тот самый!

Я искала тебя почти шесть лет, Мой Сладкий!

Глава 4

Я решила переночевать в замке, чтобы понаблюдать за Сладким. Госс хоть и ответственный малый, но частенько забывается, зависнув в своих компьютерных играх.

– Эми, мне надоело тут торчать одному! – пришел ко мне в кабинет кузен. – И вообще, мне скоро на учебу!

Братец, всем видом выражая недовольство, плюхнулся в кресло, уставившись на меня в ожидании ответа.

– До учебного года еще почти месяц, – напомнила я студенту последнего курса, который и в учебное время не слишком надоедает своим присутствием преподавателям.

– Зря мы его притащили! Он скорее сдохнет, чем расколется! Ты видела, сколько на нем шрамов? Мужик бывалый боец, ему наша тюрьма как санаторий!

– Ну и что ты предлагаешь? Ногти ему выдернуть или подвесить на балке?

– Напоить! – осенило кузена. – У пьяных язык без костей! Сам будет хвастать своими подвигами!

Идея кузена мне показалась сомнительной, но своих у меня и вовсе не было. Несмотря на то, что этого человека я ненавижу всеми фибрами души и мне совершенно наплевать, если он по моей вине отдаст богу душу в моем подвале, истязать его физически я попросту не смогу. От самой мысли о кровавых пытках мне становится дурно.

– Я завтра иду со Стивеном на благотворительный вечер, потом сменю тебя, – решила я дать кузену передышку, да и надо ему помелькать среди знакомых, пока ни у кого не возникло вопросов, где он пропадает.

– Опять? У нас почти нет средств, а ты продолжаешь транжирить их на приюты для собак? Мы с тобой скоро сами в приют пойдем жить! – расстроился Госс.

Кузен, конечно, прав. Нам пора менять привычки и учиться жить без прежнего лоска, но я до сих пор скрываю даже от своего жениха Стива, что папа пропал. Благо папа часто и подолгу работал на военных базах, откуда на связь выходил очень редко, и все давно привыкли. В последнее время только пара его близких друзей задает вопросы о том, когда он появится.

– Госс, этот русский – наш последний шанс найти папу. Давай без истерик? Вернусь через два дня, поживу тут неделю и вытрясу из русского все!

– Эми… мне кажется, мы совершили огромную ошибку впопыхах. Умнее было бы втереться к нему в доверие, а так он если не окочурится, то грохнет нас с тобой.

– Два дня потерпи, и я заменю тебя. – не стала я обсуждать вариант дружбы с медведем, но мысленно усмехнулась. Пригодился бы вскоре, когда мы по миру пойдем. С ним не страшно и на окраине Парижа в криминальных районах гулять. Наверняка такой еще и пару тачек отожмет по пути на романтической прогулке в десятом округе.

Дав Госсу инструкции, еще раз полюбовалась на пленника через монитор. Не могу сказать, что упиваюсь его мучениями, но и сочувствия к нему не испытываю. По его вине мой отец пропал, и моя жизнь превратилась в кошмар. Я уже шесть лет живу в страхе получить известие, что папы больше нет, и в то же время неизвестность мучает еще хуже.

Всю дорогу до квартиры я думала, как разговорить Сладкого, но ничего лучше, чем Госс, не придумала. Придется потратиться на алкоголь, говорят, русские могут выпить пару литров крепкого спиртного и не опьянеть, поэтому тратить на него винные запасы и элитный алкоголь я не хочу. Хватит ему и дешевого пойла из обычного супермаркета.

Со Стивом я встречаюсь уже почти семь лет. Когда наши отношения только начинались, он был еще никем. Начинающий ведущий на канале, который включали только если промахнулись кнопкой на пульте. Благодаря моим связям и знакомствам Стив перешел на новостной канал и стал одним из самых востребованных ведущих.

– Эми, ты готова? – заглянул в спальню Стив. – Выглядишь потрясающе! – сделал он мне дежурный комплимент и заскользил взглядом по облегающему фигуру платью.

– Ты тоже как всегда безупречен! – обвивая его шею руками, хотела его поцеловать.

– Помада, Эми, – напомнил мне Стив.

Он никогда не целует меня, если мои губы накрашены, и, наверное, его можно понять, не каждому нравится вкус косметики и след ее на своем лице, но в последнее время он и без помады не набрасывается на меня как прежде. Возможно, я зря переживаю, ведь с годами страсть утихает, нет эйфории от первых прикосновений и поцелуев, но я замечаю, что Стив стал отдаляться от меня, постоянно пропадая то на съемках, то на мероприятиях. Я тоже постоянно пропадаю.

– Стиви, я завтра уезжаю на пару недель, – подхватив его под руку, сообщила я, ожидая расспросы как обычно.

– У меня пробы на роль в комедийный ситком через неделю, – тоже поделился своими планами Стив.

Только, в отличие от меня, он не ограничился одной фразой, а завелся так, что хвастался всю дорогу, рассказывая о своих новых знакомствах и будущих успехах, даже не спросил, куда я уезжаю. И вроде бы так даже проще, не придется врать, но я как нормальная женщина начала нервничать и задумываться о том, что мой мужчина не огорчен предстоящей разлукой.

Отчетливо осознавая, что наши отношения сходят на нет, я ничего не могла поделать в сложившейся ситуации. Правильно было бы остаться и попытаться вернуть все в прежнее русло, но, во-первых, я обещала Госсу, а во-вторых, я так близко к информации о папе, что попросту не могу отказаться от своих планов.

На вечере дамы блистают нарядами, и я выгляжу не хуже с единственным отличием: мое платье далеко не из новой коллекции, как и клатч.

– Каково это жить с мужчиной, для которого сходить налево проще чем высморкаться? – не тратя слов на любезности, спросила Эмбер.

Так получилось, что я, сама того не зная, увела у нее Стива. Он говорил, что у них были свободные отношения, но Эмбер считала иначе. Тогда мне хотелось больше верить ему, чем какой-то завистнице, а теперь я чувствую себя в ее шкуре, наблюдая, как Стив забивает в телефон контакт очередной «нужной» персоны с декольте до пупка.

– Эмбер, семь лет прошло, ты все никак не успокоишься? – не хотелось мне вступать с ней в споры.

– Семь? Хм… и Стив до сих пор не сделал тебе предложение? Интересно, почему? – язвительный тон Эмбер не оставлял сомнений, что ответ она сама уже придумала.

– Мне жаль тебя, Эми. Ты ведь в курсе, что у Стива роман с его соведущей? Он просто тебя использовал, глупая. За эти семь лет у него десяток романов на стороне было, неужели у тебя совсем нет достоинства, ради чего ты это терпишь?

Моих объяснений ей было не нужно, Эмбер, развернувшись, поплыла к своему толстосуму, махнув мне пальцем с колечком. Понятно, дожала своего «птенчика» и, судя по округлому животику, привязала его к себе всеми способами.

От моей самоуверенности и так остались одни воспоминания. Мне почти тридцать, я не замужем, у меня нет детей, и разумная женщина на моем месте давно бы поставила вопрос ребром Стиву или, как Эмбер, постаралась бы залететь обманным путем.

Вот только в моей жизни все пошло наперекосяк, когда уехал и пропал бесследно папа. Понять меня, наверное, сложно, ведь как бы ни складывалась жизнь твоих близких, нужно уметь стойко принимать все удары судьбы и не ломать свою жизнь.

Но этих лет не замечаешь, в ожидании и надежде, в поисках пролетали месяцы и годы для меня, а Стив тем временем занимался своей карьерой и жил своей жизнью.

– Стиви, я устала, поехали домой? – улучив момент, когда блистательный Стивен остался без назойливых поклонниц, попросила я.