Алина Савельева – Дневник желаний (страница 21)
Проводив прыщавое недоразумение взглядом, Оля, на этот раз вполне довольная своей «непрушностью», улыбнулась и зашагала к ресторану.
Зайдя внутрь, целенаправленно направилась к Виктории, снующей между столиков с немногочисленными посетителями.
— Агату не видела? — спросила Оля у кивнувшей вместо приветствия Виктории.
— Там? — указав взглядом на кухню, отозвалась та, сгружая на поднос грязную посуду.
— Спасибо, — сказала Оля и, вздохнув, направилась на поиски начальницы.
Но, огибая столик, зацепилась сумочкой за стоящий рядом стул. Стул накренился, грозясь упасть на стоящую рядом Викторию, отчего та пошатнулась и опрокинула поднос на сидящего к девушкам спиной посетителя, до этого момента спокойно пьющего свой утренний кофе и читающего газету.
— Ой, извините, — залепетала она.
— Ну что же вы, девушка… — начал оскверненный посетитель и, повернувшись, замер взглядом на лице Виктории, растеряв, похоже, весь гневный запал и словарный запас.
— Я все исправлю, — заливаясь румянцем, пообещала Виктория, аккуратно снимая с широких плеч посетителя остатки глазуньи.
— Не сомневаюсь, — расплылся в улыбке мужчина, еще больше смущая обычно бойкую Викторию.
Глянув на пожирающую друг друга взглядом парочку, Оля только хмыкнула. Агата нашлась на кухне. Восседая на единственном на кухне стуле, начальница потягивала кофе, загадочно улыбаясь чуть припухшими губами.
«Пчела, что ли, укусила?» — подумала Оля, подходя ближе и доставая из сумочки заготовленный листок.
— О, Непруха, привет, — несвойственным ей беззаботным тоном поприветствовала Агата и, взяв протянутый Олей листок, пробежала меняющимся на непонимающий взглядом.
— Заявление. Прошу уволить по собст… — растерянно зачитала вслух содержание и перевела на Олю удивленный взгляд. — Это что?
— Заявление, — сообщила и без того очевидное Ольга.
— Я вижу, что не завещание, — раздраженно хмыкнула Агата, — Но с чего вдруг?
— Так надо, — непонятно отозвалась Ольга, оглядывая вытянувшиеся лица обступивших ее работников кухни, включая Никиту Андреевича.
— Как знаешь, — отозвалась начальница, тут же сообщив: — Только тебе с этим к Максиму Дмитриевичу надо.
— Но вы же… — начала Оля.
— Больше нет, — перебила Агата, следом пояснив: — Его «наказание» отменили. Он у себя, если что…
* * *
С самого утра Максим пребывал в полной растерянности. Если вчерашний армагеддец был обидным, но вполне закономерным, то сегодняшние события напрочь вышибли его из колеи. Даже пообижаться толком не успел…
С утра строгий, но справедливый родитель позвонил и отменил «наказание», сославшись на то, что негоже именитому отпрыску подносы таскать, а он, дескать, как заботливый родитель просто хотел замотивировать вконец распоясавшееся чадо.
А чуть позже явилась отекшая, но позитивно настроенная тетка. Вот и сейчас она восседала на его диване и в его кабинете, рассуждая о его будущем, а Максим, ожидавший нового подвоха, не верил ее словам, то и дело переспрашивая и уточняя.
— Погорячилась я, Максим, — несвойственным ей виноватым тоном говорила тетка. — Вот лежала в больнице и думала, что помру, а ты меня и добрым словом не помянешь.
— Ну что вы, тет…
— Не перебивай, — переходя на властный тон, подняла вверх руку Маргарита Андреевна. — С женитьбой этой. В общем, так, требование я свое отменяю. Понимаю, что притворялся. Только ты присмотрись к Оле.
— Тетя, я…
— Да ты пойми, — вновь перебив опешившего племянника, продолжила тетка. — У меня же одно желание, ой, нет, два. На свадьбе твоей погулять да малыша твоего понянчить, а лучше двух, — подняв вверх два пальца, намекнула тетка.
— Я это…
— Ну все, мне на процедуры пора, — не давая племяннику вставить и слова, Маргарита чмокнула его в щеку и прогарцевала на выход.
Переваривая только что услышанное, Максим откровенно психовал. Вроде и свадьба теперь не нужна и все в шоколаде, а в душе неприятный осадочек то остался. Это же теперь, своей случайной невесте свободу надо давать, как тем попугаям. А представлять ее с другим уже ой как не хочется.
«Ревность, что ли?..» — опешил он от собственных мыслей и вскинул взгляд на скрипнувшую дверь.
— Можно? — заглянула только что приревнованная Оля.
— Проходи, — расплылся в улыбке Максим, поднимаясь навстречу.
— Я это… — подбирая слова, залепетала Ольга, а потом решительно подошла и протянула исписанный листок. — Вот.
— Что это? — растерянно спросил Максим, пробежав взглядом по строчкам.
— Так будет лучше, — потупив взгляд, отозвалась она и добавила: — Всем.
— А как же «мы»? — опешил Громов.
— А разве есть «мы»? — смело глянув в глаза Максима, спросила Оля.
— Ну-у…
— Во-о-от, — протянула Ольга.
— Так, Оля, — сменив тон на начальственный, проговорил Громов. — Держать я тебя не имею права, а вот отработать две недели придется.
— Хорошо, — кивнула она и повернулась, чтобы уйти.
Проводив ее взглядом, Максим о-о-очень медленно и с особым смаком разорвал ее заявление на кучу мелких кусочков и с большим кайфом швырнул их к потолку.
— Две недели, значит? — пробормотал он сам себе и, усмехнувшись, добавил: — Что ж, приступим. Первым делом устрою настоящее свидание…
Самая остросюжетная книга автора, с оригинальными интригами: https://litmarket.ru/books/vzaimnost-na-schaste
Новинка сентября в жанре Романтическая комедия: https://litmarket.ru/books/para-pari-1
Романтическая комедия в исполнении автора главы: https://litmarket.ru/books/hranitel-dush
Часть 22. Автор: Алина Азова
Часть 22. Автор: Алина Азова
Оля прекратила понимать, что происходит, уже к концу рабочего дня. И дело вовсе было не в ее привычной неловкости. И даже не в том, что она чудом избежала очередного скандала, связанного с морскими деликатесами. Осьминог на этот раз остался на тарелке, а устрицы лишь испуганно колыхнулись, когда она ставила их на стол перед недовольным упитанным мужчиной — известным ресторанным критиком. Агата запоздало поняла, кого она послала обслуживать столик, и облегченно выдохнула, когда Оля вернулась к бару, где и пробыла все время, пока Митрофан Иванович Торопыгин не отобедал и не ушел, обещая написать уникальную статью о ресторане. Насколько уникальной она будет, Агата даже боялась представить. Но самое страшное было позади.
Оля же чувствовала себя неуютно по одной-единственной причине. Максим, пробывший вторую половину дня в зале, пристально наблюдал за ней. Его задумчивый вид с загадочным блеском глаз заставлял нервничать. Стоило им встретиться взглядом, как сердце в ее груди начинало трепыхаться и ускоряло свой бег. Раньше она не замечала в Максиме подобной заинтересованности, и как реагировать теперь — не знала.
Возможно, Громов просидел бы у бара до самого закрытия, но не стал лишний раз рисковать, едва не получив пустым подносом по лбу. К счастью, обошлось без травм. То ли он научился реагировать быстро, то ли ему просто повезло, но Макс успел подхватить споткнувшуюся Олю и прижать к себе в тот момент, когда она в ужасе зажмурила глаза, ожидая столкновения. Ее руки так и остались висеть над головой, поднос с грохотом упал на пол. Открыв глаза, она увидела в опасной близости лицо Максима. Он улыбался уголками губ, наблюдая за тем, как краснеют от смущения щеки Оли, а рука, державшая ее за талию, на секунду сжалась сильнее. Затем он отпустил ее, и Оля поспешно поправила задравшуюся жилетку униформы и потупила взгляд.
— Как закончится смена, зайди ко мне, — произнес Максим и, улыбаясь, направился в кабинет. Ей только и оставалось, что проводить его удивленным взглядом и гадать о причинах столь странной просьбы.
Конец рабочего дня Оля встретила с радостью. Сегодняшний день пусть и был наполнен мелкими неудачами, но все же оказался относительно спокойным. Помня просьбу Громова, она подошла к двери кабинета и осторожно постучала. Приоткрыв дверь, заглянула и заметила Максима, который как раз собирался уходить. Кинув на нее короткий взгляд, он схватил ключи и улыбнулся.
— На сегодня закончила? — спросил он и быстрым шагом подошел к двери. Оля поспешно отошла, наблюдая за ним с опаской. — Поехали, я тебя подвезу домой.
— Но я еще в униформе, — ответила она первое, что пришло в голову.
— Подожду на улице, — сказал Максим, пройдясь взглядом по ее фигуре и на секунду задержав взгляд на ее груди. Оля зарделась. Громов же направился к выходу, напевая какую-то песенку себе под нос.
Переодеваясь, Оля думала о том, почему Максим внезапно стал вести себя по-другому. В его взгляде читалась решимость, а его улыбки… Он больше не смотрел на нее, как на ходячую проблему, и словно вознамерился добиться… её?
Ольга тяжело вздохнула и покачала головой. Наверняка это из-за тетушки. Хочет попросить все еще побыть его невестой. И хоть Маргарите Андреевне Оля сумела понравиться, это не отменяло того факта, что женщиной она была жесткой и волевой. Возможно, она принудила племянника к чему-то. А она, Оля, была лишь средством достижения цели.
С такими грустными мыслями Непруха направилась к выходу. Ей необходимо было дать понять Максиму, что отношения, в которых нет любви, ей не нужны. Он ей нравился, но она прекрасно понимала, что с его стороны ответного чувства не было. Не после всех этих неудач, коснувшихся его, и резких фраз, где он давал понять, что проблем не возникало, пока не появилась она.