Алина Савельева – Американ (бэд) бой (страница 6)
– Перестань пялиться, скотина парнокопытная! – вставая и отряхивая штанины комбинезона, возмутилась я. – Я не собираюсь спать с тобой, заруби себе на носу!
– Переспать с тобой? Я что похож на камикадзе? Твоя задница просто все время мельтешит перед глазами, как назойливая муха. И она мне… совсем не нравится! – заявил хам, закидывая руки за голову и собираясь наслаждаться солнечными ваннами.
– Надеюсь авиакомпания с тебя содрала кругленькую сумму за огромный перевес твоего хамства! Ни на какое свидание я с тобой не пойду! Иначе мне придется потом всю жизнь ходить на свидания только в кандалах и исключительно с родственниками! – разозлилась я, намеренно сметая мусор и сухие листья в сторону Майка.
– Об этом надо было думать прежде чем наплести вагон вранья о наших тайных отношениях, – вслед за поднятой мной взвесью сухой земли, вспылил и Майк.
– Не приближайся ко мне, – выставив веник перед собой, как фехтовальщик шпагу, предупредила я гору взбешенных мышц, вскочивших с шезлонга.
– Буду приближаться сколько захочу, пока обратный рейс не разлучит нас! А твой транспорт я забираю на штраф стоянку, ведьма! – с ловкостью марвеловского супергероя, выхватил Майк из моих рук метлу и, раскрутив ее, зашвырнул на крышу мангальной зоны патио.
– Ненавижу тебя! – чуть ли не выдыхая носом пламя, прошипела я.
Моська Майка расплылась в самоуверенной улыбке. Этого извращенца явно заводит, когда я злюсь. Разнузданный негодяй!
– Весьма польщен тем, что вызываю у тебя такие сильные чувства, – сверкая своей калифорнийской улыбкой, продолжал издеваться Майк.
– Я, конечно, грешница, но не настолько же… Боже, за что мне это наказание? – устало захныкала я, на полном серьезе оглядывая сад в поисках места, где можно незаметно спрятать около ста килограммов высококонцентрированного засранца
– За вранье, крошка Женя, – как дьявол пропел мне в левое ухо Майк. – Свидание в ресторане сегодня вечером. Я закажу столик на восемь.
– Ты спятил, если думаешь, что я пойду с тобой на так называемое свидание, откуда ты естественно свалишь с первой попавшейся девушкой, оставив меня одну! – не сдержалась я, откровенно озвучивая свои подозрения.
Этому придурку, конечно, плевать. Он через месяц смоется на свои Гавайи, а мне в этом городе еще жить. Хоть это и мегаполис, но в самый неподходящий момент он сокращается до размеров деревни, на каждом шагу сталкивая тебя со знакомыми.
– Ты такая горячая, когда злишься, крошка Женя, – насквозь пропитанным сексом голосом, зашептал Майк, облапывая меня за талию своими загребущими ручищами и притягивая спиной к своей мохнатой груди.
Впереди меня только стена беседки, позади громила с повадками пещерного человека, одержимый в этой жизни только одним инстинктом.
У этого гада даже руки красивые. Длинные пальцы, широкие ладони и мускулисто-волосатые предплечья с витиеватыми узорами замысловатых татуировок.
– Всего одна ночь воздержания и уже спермотоксикоз обострился? – пытаясь вырваться из крепких рук. – Ведешь себя, как неандерталец! Нельзя так хватать женщин, грубый ты мужлан!
– Откуда мне знать, как хватать своих невест. Я в этом деле новичок. Ты у меня первая, – ловко перехватив меня за локти, Майк развернул меня лицом с себе.
Еще полшага и этот дурной гризли гавайский, расплющит меня по обрешетке беседки.
– Я безумно рада, что не последняя! – с улыбкой чокнутой стервы, ответила я. – Пусти!
– Ты сама заткнешься, или тебе помочь? – сверкнули глаза Майка злостью. – На нас смотрят!
– И что? Мы не обязаны все время обжиматься, как подростки… – разозлилась я такому идиотскому аргументу.
– Значит помочь, – типа обреченно вздохнул Майк, обхватывая своей пятерней мой затылок.
– Не… – успело слететь с моих губ, прежде чем их бесцеремонно накрыли губы Майка.
От неожиданности мои губы приоткрылись в бессознательном приглашении. Блудливый язык Майка тут же воспользовался этим, проникая в мой рот и настырно схлестываясь с моим.
Он все крепче сжимал меня в своих медвежьих лапах, заставляя почувствовать каждую выпуклость мускулистого торса. Про горячую выпуклость, что пытается выжечь клеймо на моем животе и думать нельзя!
Меня бросило в жар сразу, как только этот наглец позволил себя поцеловать меня. Именно это оправдание я даю тому, что сразу не покусала дерзкого мажора.
– С-с-с-у… – зашипел Майк, кончиком языка ощупывая укушенную мной губу.
– Не смей ко мне прикасаться, похотливое животное! – ответила я, толкая его в грудь. – И кто на нас смотрит?
В саду ни души. Даше мыши в траве не шуршат!
– Показалось, – ухмыльнулся Майк, даже не пытаясь сделать вид, что говорит правду.
Что? Он издевается надо мной что-ли? Скотина! Лоботряс! Придурок!
Глава 6
Майку достаточно быстро наскучила игра в садовника и он ретировался из сада, тем самым перестав плясать у меня на нервах. Не скажу, что от этого работа закипела быстрее, но уж точно спокойнее.
Предложение поехать в ресторан так и осталось без моего согласия и, наверное, я бы попросту забыла этот разговор, если бы ближе к вечеру мой желудок не начал приводить достаточно громкие аргументы.
К пяти часам я уже практически сдалась под напором урчащего “оратора”, заканчивая работу на сегодня и поднимаясь на второй этаж, где располагались спальни.
Лоури нигде не было видно и я решила воспользоваться его отсутствием, чтобы принести свои вещи и принять душ в нашей, черт бы её побрал, общей ванной. Да что там ванна. На ближайшие недели и спальня и кровать в ней станут общим местом дислокации двух завравшихся дураков.
Затащив свой чемодан в спальню я застыла на пороге, давая себе последний шанс одуматься. Но, к моему глубочайшему сожалению, ни одной годной идеи как теперь выкрутиться из ловушки собственной лжи, мне в голову не пришло.
– Чего застыла? – раздался голос Майка над моей макушкой.
Повернувшись к нему, я на секундочку потеряла рассудок, увидев этого гада, на котором из предметов гардероба были только полотенце и самодовольная ухмылка.
Мокрые растрепанные волосы, струйки воды, плутающие между выпуклостями мускулистой груди и стекающие к порочной дорожке темных волос от пупка к самому часто используемому органу Майка.
– Тут только одна кровать, – будто в других спальнях бывает иначе, с возмущением бросила я и отвернулась, чтобы мои непослушные глаза перестали пялиться на тело мажора.
– Ага. Хочешь угадаю? Прикидываешь чем разделить ее на половины? – хмыкнул Майк, обходя меня и топая к шкафу.
Рельефные мышцы спины и круглые булки под полотенцем похотливого животного, совсем не то, что меня сейчас должно волновать. Но они волнуют. Так сильно, что во рту пересохло, от желания прикоснуться к этой влажной гладкой языком. Меньше суток я фальшивая невеста этого несносного повесы, а уже такая извращенка!
– С какой стороны ты предпочитаешь спать? – не стала опровергать я его домыслы, проходя следом.
Обернувшись через плечо, Майк ухмыльнулся, плотоядно пожирая меня глазами и, чуть дернув брови вверх, развязал узел полотенца, позволяя махровой ткани упасть на пол.
– Сверху, крошка Женя. Я предпочитаю быть сверху, – пропитав свой и так неимоверно сексуальный голос эротичными нотками, нагло ответил Майк.
– Кретин, – выдохнула я, слишком торопливо отворачиваясь и делая вид, что ищу вещи в чемодане.
Разноцветные тряпки сливались в один сплошной кошмар эпилептика. Я слишком бурно реагирую на голый зад этого придурка! Будто ни разу мохнатых задниц в своей жизни не видела! Ужас!
– Ты с таким голодным взглядом смотришь на меня, что я могу не устоять, крошка Женя! – с издевательским смешком, посчитал нужным сообщить мне Майк.
– Ты прав, я весь день ничего не ела и очень голодна. Из твоей задницы выйдет отличный шашлык! – сквозь зубы прошипела я, опасаясь поднять взгляд выше чемодана.
– Накормить женщину это святое! Мое предложение поехать в ресторан ещё актуально, – замурчал кошак стокилограммовый, подкрадываясь ко мне со спины.
Схватив первые попавшиеся вещи, я прошмыгнула мимо Майка в ванную едва ли не с закрытыми глазами. Не хватало еще оценить эту самоуверенную сволочь без трусов с фасада, так сказать.
– Надеюсь ты туда не поедешь голый? – буркнула я, закрывая дверь на защелку.
Довольный смешок прилетевший мне в спину, означал что несносный Лоури остался удовлетворен своей выходкой и тем что ему удалось так легко меня смутить.
– Жду в семь тридцать у машины, – радостный, что его план вытащить меня в город удался, крикнул Майк за дверью.
“Ах так, скотина парнокопытная! Смеется тот, кто смеется последний!” – злясь больше на саму себя за то что веду себя как девушка из глубинки в ЦУМе, решила я воевать с Майком его же оружием.
Потратив на сборы не менее полутора часов, я выбрала самое откровенное коктейльное платье. Легкая шелковая ткань на тонких бретельках и полностью открытая спина не подразумевает под собой ношение бра. Длина юбки такая, что ни один человек не сможет заподозрить наличие скромности у меня. Тонкая цепочка с кулоном и аккомпанирующие ей браслеты. Боевой макияж с желто-зелеными тенями и самыми жирными стрелками, которые только возможно. Уложенные в две “ватрушки” шоколадного оттенка волосы. Все! Ведьма двадцать первого века к ужину готова!
Выпорхнув из дома ровно на десять минут позже, чем просил Майк, я рассчитывала на то, что он не сможет не залипнуть на колыхающейся под шёлком троечке и, если слюни не пустит, то хотя бы челюсть уронит.