Алина Рун – Ворон ворону глаз не выклюет. Том I (страница 14)
– Не хорони раньше времени, – Хейд хотел улыбнуться, но из-за шрамов вышла некрасивая ухмылка. – Просто залягу на дно. Возможно, надолго. Пусть оно у тебя побудет, если… случится что. Всё равно я в убежище Соловья уже несколько лет не заглядывал.
Ардашир накрыл перстень тряпкой и убрал под стойку. Он отошёл в подсобку и вскоре вернулся с кружкой, закрытой плотной крышкой, чтобы запах содержимого не чувствовался так явно.
– Прощальная порция за счёт заведения, – будничным тоном сказал он и поставил кружку перед Хейдом.
– Да благослови Квадранта твою доброту.
Вкус у кофе был отвратительный, но только это пойло помогало Хейду взбодриться, с его-то ненормированным режимом. Скрывшись за здоровенной кружкой, он вглядывался в лица посетителей. Любой из них может внезапно подскочить и заковать его в наручники, но всем было плевать на маленького человека в тёмном углу. Пока его портрет не красуется на листовках по всему городу, а имя не кричат на радиостанциях – всё хорошо. Всё хорошо. Всё хорошо…
– Фелис? Фе-елис! Клара рада тебя видеть. Как жизнь? Выглядишь не очень, осунулся весь. Приболел, бедненький?
Плечи Хейда окаменели, стоило почувствовать чужие руки на них. Под бок села миловидная женщина с копной белых кудряшек и усыпанным сероватыми веснушками лицом. Её возраста Хейд не знал, она сама его не знала. Клара Беннет. Чудачка, живущая в «Аисте», и оплачивающая крышу над головой единственным доступным ей способом.
– Жив и ладно, а сама как? – для неё Хейд выбрал один из самых дружелюбных тонов в своём арсенале, но руки с плеч всё-таки убрал.
– Замечательно! Клара познакомилась с прекрасным мужчиной, ты бы видел его, Фелис. Высокий, сильный, ласковый, такой котик. Моряк! У Клары никогда не было моряков. Он обещал увезти Клару в другие страны, представляешь?
– Клара. Клара, послушай меня. У тебя каждые выходные бывают моряки. Тебе опять голову запудрили, не будь дурой.
Клара залилась смехом и утёрла выступившую слезу. Кудряшки тряслись от каждого поворота головы, платье с рюшами задралось опасно высоко, когда она по привычке закинула ногу на ногу, оголив чулки.
– Клара так хочет уехать отсюда, милый Фелис. Котик рассказывал Кларе о далёких странах. Он обещал увезти её туда, представляешь? Расскажи, Фелис, расскажи и ты о своей родине. Клара помнит, что ты задолжал ей интересную историю. Если расскажешь – Клара поцелует тебя в щёчку.
Она смотрела так доверчиво, как ей отказать? Даже Хейд не знал. Он задумался, вспоминая истории из библиотечных книжек.
– Ты боишься птиц? По преданиям дейхе, их зовут глашатаями смерти. А перья, – Хейд изящно достал воронье перо, будто из воздуха, – привлекают умерших. Мой народ уверен, что если ты прожил достойную жизнь, то душа седлает птицу и улетает к небесному морю, на службу Всевидящему хану. Или она не сможет оторваться от земли из-за тяжести грехов, и тогда её прижмёт к груди Хладная Мать, – он указал кончиком пера в сторону открытого окна. – Глянь туда. Видишь стаю ворон? Только представь, что на одной из них сидит твой дальний родственник и ждёт, когда ты умрёшь, чтобы забрать с собой.
Клара ни на секунду не отрывалась от глаз Хейда, застыла, как фарфоровая куколка. Он не оставлял попыток вырвать свою знакомую из летающих замков. Обычно помогали жуткие рассказы: Клара пугалась, иногда обижалась, но к следующей встрече все обиды забывались начисто. Хейд давно смирился с мыслью, что однажды чудачка не вспомнит и его.
В этот раз всё пошло не так. Наоборот, к Кларе вернулся тот вдохновенный вид, с каким она обычно несла бессвязную чушь.
– А Клара видела! Стая птиц, таких чёрных, таких мрачных, и серокожая всадница с птичьим черепком на голове. Светила полная луна, Клара смотрела в своё окошко и видела, как они пролетели над рекой и мостами. То была душа? Да? Как думаешь, милый Фелис, когда Клары не станет, она сможет перелететь моря и океаны? – чудачка вдруг вскочила и раскинула руки, желая объять весь мир: – И будут её ждать на двух синицах папенька и маменька, а на воробье – братец. И ты, милый Фелис, присоединишься к нам на вороне, и улетим мы к тебе на родину, и увидит Клара твои рассказы воочию. Никаких маяков и подвалов, одно небо, солнце, звёзды…
– Моя прекрасная Клара, заткни уже свой рот! – зычно рявкнул Ардашир. – Иначе в кладовке запру, дура крикливая!
Клара послала усачу воздушный поцелуй и улетела навстречу своей очередной самой большой любви. Ардашир с недовольной гримасой натирал стаканы: его Клара откровенно бесила, но при всех своих странностях уж больно хорошо раскручивала «котиков» на выпивку.
В пабе тем временем творилось небывалое оживление: тощий степняк с рыжей козлиной бородкой собрал вокруг себя чуть ли не всех посетителей. Хейд приметил парочку знакомых воров, каких-то моряков и работников бюро в однотипных комбинезонах. Раздался возглас: «Давайте по одной!» – и под всеобщее ликование у Ардашира и его работниц прибавилось забот.
– Экий вы, мийстер, неверующий! – послышался возглас рыжего фокусника. – Устроим спор! Вы же человек не подставной, не из моих «подпевал», как вы там выразились, верно? Так давайте проверим всё на вас. Любите фокусы? Покажу один из любимых. Если будет больно, то отдам все вырученные за сегодня денежки, – он сжал в ладони набитый кошель.
– А если не почувствую? – мужчина, обычный рабочий, скрестил руки на груди.
– Ха, ещё даже не начали, а уже сомневаетесь в своих словах, мийстер? Если зря меня обвиняли во лжи, то пожертвуете свой кошель!
По-хорошему, Хейду пора идти дальше по намеченному плану, но вместо этого он напряжённо вглядывался в движения, вслушивался в слова, пытаясь понять, что в фокуснике было не так. Объект беспокойства попросил спорщика вытянуть руку и обхватил её ладонями.
– Крепкая рука, в доках работаете? – фокусник скалил зубы.
Ответа Хейд не услышал. Улыбка фокусника стала ещё шире, когда он проткнул ладонь мужчины длинной мешочной иглой. Насквозь. Рабочий посерел, дёрнулся, безуспешно пытаясь освободиться. Толпа приблизилась и скрыла происходящее своими спинами; и тогда фокусник услужливо поднял проткнутую ладонь вверх, всё ещё сжимая запястье.
– Ну? Как ощущения? – вдоволь налюбовавшись растерянностью на лице рабочего, он вытащил иглу. Показал её всем – чистую, без крови – чем вызвал у народа бурю восторга. Мужик водил пальцами по отверстию в ладони, до последнего надеясь, что эта рана – иллюзия. – Сомнения остались? Нет? Тогда был ваш кошель – стал мой. Без всяких фокусов, ха!
– А себя так проткнуть можешь? – подначивал кто-то из зрителей. Фокусник открыл рот, втянул без того впалые щёки и пронзил иглой обе. Не поморщился, даже когда работница паба засунула палец ему в рот и потрогала иглу, только игриво подмигнул.
Толпа требовала больше зрелищ. Одного моряка фокусник заставил захмелеть. Другого – свалиться в обморок. Внушительного вида амбал зарыдал, как ребёнок, под всеобщий смех. Происходящее всё меньше напоминало фокусы и всё больше – беспредел одного заигравшегося беззаконника. В какой-то момент тощий человек выловил Клару, когда та несла выпивку разгорячённым клиентам.
– Милая Верда, составь нам компанию!
– Не Верда – Клара! – хихикая, поправила та и подалась навстречу руке, что с лёгкостью подчиняла людей. Когда узкая ладонь опустилась на её шею, Клара резко обмерла. Потухла заигрывающая улыбка.
– Какой стыд, неужели я обознался? – фокусник усадил безвольную Клару рядом с собой. – Чувствую себя ужасно виноватым. Хочешь, исполню одно твоё желание, дорогая Клара? В качестве извинений – совершенно бесплатно.
Клара рассеянно переводила взгляд с одного клиента на другого. Румянец на щеках сменила мертвенная бледность. Толпу её реакция веселила. «Толку эту дурочку спрашивать», говорили завсегдатаи паба. «Сейчас покажу её желание, только сниму штаны!» – решил кто-то блеснуть остроумием. Клара попыталась улыбнуться, не в силах сосредоточиться и задержать взгляд хоть на чём-то. Подобное состояние у чудачки Хейд наблюдал лишь раз, в день их знакомства. Почему Ардашир до сих пор не остановил беззаконника? Не мог ведь не понимать, насколько сильно рискует, позволяя тому творить в пабе, что вздумается. Наглый степняк подбивал своих зрителей выпить лишнюю пинту пива – но неужели выручка стоила риска нарваться на гнев квадрианцев? Самому Хейду было невыгодно вмешиваться. Клару, однако, на растерзание толпе он оставлять не захотел.
Пока фокусник на кулаках влёгкую укладывал мужика в два раза больше его самого, Хейд пробрался в генераторную. Сильно вредить не стал – всего лишь вырубил электричество. В потёмках буйное представление тут же стихло.
– Эй, ведун, а свет ты вызвать можешь? – послышался хмельный крик.
– В лучшие дни – хоть солнце зажгу посреди ночи! Да увы, сегодня явно не тот день, – смеясь, ответил фокусник. Зрители отходили от наваждения. Кто-то вспомнил, что опаздывает на работу, и на всех парах побежал на выход. Кто-то решил продолжить пить, но в одиночестве. Вскоре вокруг беззаконника осталась небольшая группа людей – все те, кто непосредственно участвовал в «фокусах».
Хейд стойко принял убийственный взгляд Ардашира, когда подошёл вернуть пустую кружку.
– Стукнет кто, что ты беззаконника пригрел, будешь в петле висеть, – тихо сказал Хейд. Ответить Ардашир не успел, он вдруг осёкся и опустил взгляд. Хейд намёк понял и тоже помалкивал. Его плечо сжали длинные узловатые пальцы.