Алина Миг – Невеста Ледяного Дракона (страница 9)

Сначала это была крошечная искра, но чем глубже я заглядывала в себя, тем отчётливее видела золотое пламя, что разгоралось во мне. Но оно не могло выбраться за пределы, сдерживаемое… чёрным рисунком. Неужели проклятьем?

У меня было несколько неожиданных всплесков магических сил, о которых не знала матушка. Но я думала, что так проявляет себя выгоревший дар, потому что как бы я не призывала магию, она никогда не откликалась на мой зов. Неужели это значит, что…?

Я в шоке резко открываю глаза. Но не успеваю обдумать промелькнувшую мысль, как кто-то хватает меня за руку: грубо и до боли сжимая моё запястье. Чужая рука приносит жгучий холод, когда человек засучив рукава моей одежды, соприкасается с моей кожей.

Мой взгляд встречается с глазами Эвелины полными торжества. Она пристально смотрит в мои глаза, не желая отпускать, и что-то шепчет.

Я скидываю её руку и отталкиваю от себя, когда она кричит:

― Пусть все увидят!

От её вскрика внимание всех переключается на нас. Ищу взглядом сэра Элрика, голос которое раздаётся где-то позади. Но всё начинает расплываться перед глазами. Не знаю, что Эвелина только что провернула, но…

Всё вокруг начинает покрываться непроглядным мраком. Наступает темнота. Такое ощущение, что я попала в какую-то ловушку, наполненную лишь чернильно-чёрными цветами. Я не могу разглядеть даже своих рук.

Сердце бешено колотится, и я чувствую себя маленькой девочкой. Хотя почему чувствую?

Контур вокруг меня начинает сиять, и из моего тела словно бы выхожу я сама. Два светлых хвостика, простое голубое платье, взволнованное выражение лица. Я вижу перед собой свою почти пятнадцатилетнюю копию. Только её видно среди этой темноты. Она отворачивается от меня.

И идёт сквозь этот мрак. Единственная светлое пятно во всём вокруг. А я не могу отвести взгляда от неё, а также не в силах подняться с колен. Она резко останавливается, когда перед ней проявляются две фигуры, словно создающиеся из тьмы.

И моё сердце наполняется каким-то необъяснимым, леденящим душу страхом. Я знаю, кто окажется перед моей пятнадцатилетней копией.

Матушка сидит на полу, и её подол кроваво-красного платья окружает её, словно она сидит в луже крови. В её глазах отражается безумие. Я знаю, что это моё воображение играется с моими воспоминаниями, но от этого страх некуда не девается. Искажённые воспоминания вызывают нервную дрожь и панику.

На коленях королевы лежит мальчик с каштановыми, как у отца, волосами. Мой одиннадцатилетний брат ― Иоган. Мертвецки бледный, глаза закрыты, а грудь совсем не вздымается.

Матушка рыдает, прижимая его к своей груди. И хоть я не слышу её слов, знаю, что она просит Иана открыть глаза и не оставлять её. От этой картины моё сердце, как и тогда, словно останавливается.

Рядом с ней на полу ползают и извиваются, кровожадно глядя на брата, мною ненавистные и её безумно любимые две змеи.

Картинка постепенно приобретает подробности. На руке брата становятся видны укусы змей. А я понимаю, что матушка высосала из Иана всю энергию. Осушила его до дна.

Моя копия поспешно опускается на пол рядом с матушкой и лихорадочно пытается нащупать пульс. Королева же злобно вскидывает на меня свой безумный взгляд. В её глазах плескается столько ненависти, обращённой ко мне.

— Это всё твоя вина!

Взмахом руки она отбрасывает меня в сторону. Я словно чувствую ту боль, что и моя копия, когда она после приземления ещё несколько секунд катится по полу.

Спина нестерпимо ноет, но она не издаёт ни звука. Я словно оказываюсь на её месте. Осколки, что тогда были разбросаны по комнате, болезненно впиваются в тело. Кровь… Это моя кровь…

Змеи матери приближаются ко мне, шипя и извиваясь. Для меня они становятся похожими на две красные дьявольские ленты, которым ничего не стоит придушить меня. Одна из них медленно окутывает мою руку, а я даже пошевелиться не могу от боли. Я вижу её клыки, что она приготовила, чтобы впиться в меня. Я готовлюсь к новой боли, но сознание покидает меня раньше.

И я вновь чувствую, что нахожусь в начале пути: всё также сижу на коврике, выданном сэром Элриком, а меня окружает тьма.

От моего тела вновь исходит сияние и на этот раз, это уже я — настоящая. Вскидываю голову и вижу перед собой Иана. Такого, каким запомнила его, когда ему было одиннадцать лет.

Я не слышу, что он говорит мне, но понимаю, что он куда-то зовёт меня. С трудом поднимаюсь с колен: тело затекло, и ноги не хотят слушаться. Я медленно иду к нему навстречу, как заворожённая. Протягиваю руку, желая коснуться родного человека.

Иан тоже протягивает мне свою. Мы почти касаемся друг друга. Но стоит мне сделать последний шаг, как темнота разбивается вдребезги, и видение исчезает, как несбыточный сон.

Меня всю трясёт. Обхватываю себя руками, никак не могу вернуться в реальность. Чувствую слабость. Я стою на краю утёса. Сделала бы ещё один шаг и точно бы упала.

Я оборачиваюсь, и странная картина открывается моему взору: сэр Элрик нависает над Эвелиной, из носа которой течёт кровь, он сильно трясёт её за плечи, его губы яростно двигаются.

Принц Эрик идёт ко мне, он явно обеспокоен: его губы напротив двигаются медленно, словно пытается успокоить меня. Он даже показывает жестом стоять мне на месте и не двигаться.

Я оглядываю и других: все что-то говорят или кричат. Кто в панике, кто в ужасе или недоумении. Но я не слышу ни звука. По взглядам я понимаю, что они видели то же, что и я.

И меня это пугает. Что они могли подумать об увиденном? Ведь это можно трактовать совершенно по-разному. Хочется сбежать, но на это не хватает сил.

Меня пошатывает то ли от холода, то ли от воспоминаний о том дне. Я ненароком делаю шаг назад, желая оказаться как можно дальше отсюда. Совсем крошечный, но… Равновесие вновь подводит меня, я успеваю лишь взмахнуть руками, когда ветер подхватывает меня.

Я не успею ни испугаться, ни вскрикнуть, как оказываюсь в таких тёплых объятиях. И как только принц так быстро оказался рядом со мной?

Эрик крепко прижимает меня к себе, словно боится потерять. Я мотаю головой, отвергая надуманные мысли.

Чувствую, как горю изнутри и в то же время дрожу от холода. Моё тело совсем устало от пережитых воспоминаний, не выдержав навалившийся стресс, поэтому я позволяю себе упасть в спасительный обморок, напоследок встретившись с непривычной теплотой красных глаз принца.

6. Откровение

Мне было больно и страшно. А ещё очень холодно, словно я оказалась запертой в своей комнате, что всегда напоминала мне камеру в темнице. Я лежала калачиком на полу и рыдала.

Как внезапно, чьи-то маленькие ручки коснулись моей головы, и я приподнялась, чтобы увидеть этого человека. Брат стоял рядом, продолжая поглаживать по голове, успокаивая. Я вытираю рукой дорожки слёз и протягиваю ему свою руку, чтобы подняться.

― На полу ведь холодно! ― Раздаётся его звонкий голос, наполненный беспокойством. ― Энни! Сколько раз я говорил тебе не лежать на полу!

― Прости, я просто…

― Матушка снова тебя наказала?

Я киваю, не в силах ответить. Он крепко обнимает меня, даря мне своё тепло.

― Я обязательно спасу тебя, Энни, когда выросту. Как жаль, что сейчас я ничего не могу с этим поделать…

Иан не знает, что уже спасает, поддерживая меня и оставаясь рядом в трудные моменты.

И я резко вскакиваю в постели. Так и сижу какое-то время с вытянутой рукой, а потом прижимаю её к себе, разглядывая. Сжимаю её в кулак, словно хочу оставить исчезающие воспоминания от прикосновений брата. Иоган…Иан, мы так давно с ним не виделись. Семь лет прошло с тех пор, и я по нему ужасно соскучилась.

Оглядываюсь, пытаясь понять, где нахожусь. Это удаётся сразу, потому что я уже была здесь. Одна из лекарских палат… На мне белоснежная длинная рубашка, способная прикрыть меня до щиколоток. Как долго я здесь пробыла?

Я не успеваю, ничего предпринять, как словно почувствовав моё пробуждение, кто-то хлопает дверью. За тканью, что отгораживает меня от этого человека, я вижу его силуэт. И по нему несложно догадаться, кто решил проведать меня.

Эвелина поначалу медленно протягивает руку к ткани, а после резко её отдёргивает.

― Неужели ты очнулась? ― Небрежно отзывается она, видя сидящую меня. Она выглядит, как всегда идеально: ничего не выдаёт её волнение. Она, не спрашивая, усаживается на рядом стоящий стул. Я устало провожу рукой по лицу. Что вообще произошло?

― Я использовала свой родовой дар на вас. ― Она чуть склоняет голову набок. Её голос пропитан ядом. ― Интересно, да? Ваши проступки, пропитанные фальшью, даже заставили меня немного посомневаться в своих действиях, поэтому я не могла не рискнуть. Как я и думала, вы не щадите никого, Ваше Высочество. Тот ребёнок… Понятно, почему королева так взбесилась. Что вы сотворили с ним?

Её резкие слова словно отрезвляют меня, и я вспоминаю, что произошло на утёсе.

Ясно, Эвелина увидела лишь то, что хотела увидеть. Услышала слова матушки, не увидев главного. Так было всегда. И так будет. Она ― Святая Дева, в которой никто не сомневается. Мне же никто не поверит. Никто не задумается…

Моя голова опущена, а растрёпанные волосы, закрывают мои настоящие эмоции от Эвелины, помогая отгородится от неё.

― Вы сказали всё, что хотели? ― Мой голос пуст и холоден. Эвелина замирает, она хочет многое мне высказать… Но мне плевать. ― Убирайтесь!