Алина Малиновская – Негаданно-нежданно, или Учебник для оперативника (страница 10)

На противоположной стороне улицы ровнехонько поперек припаркована омоновская Газелька. Высоченный, метра два с лихом, командир взвода Цветков о чем-то оживленно беседовал со Звонаревым и Губецкой. Лешка увидел меня и помахал рукой.

– Новости по радио: «Вчера на Манежной площади была драка между фанатами «Спартака» и ОМОН. Победили фанаты ОМОНа, – Цветков трубно захохотал. – Или еще. Партия «Справедливая правда» призвала москвичей не ходит на митинги, поскольку ушибы и синяки теперь можно скачать с официального сайта ОМОН.

Лешка подхватил меня под руку.

–Цветков, я думала и вправду что-то серьезное расскажешь! А тебе все шуточки-прибауточки! Пора стать серьезнее, пора.

– Ну что, Альчонок, прихватили мы твоего Авсейкина! Сидеть ему, красавчику, пару десяточков лет, – Лешка был явно в эйфории. – Сейчас уже ждут в СИЗО, местечко греется. Ты едешь с нами?

– Нет, я не поеду, рвану с Цветковым в отдел. Возьми копии протоколов, чтоб дело прекратить.

В кабинете буйствовал табачный ветер. Сквозняк не смог справиться с густой дымовой завесой.

–Фу, накурили! Григорич, что за безобразие! Дышать невозможно! – я закашлялась. – Сколько раз говорила, дуйте дымить на улицу.

– Нельзя было, – Хрулев вальяжно развалился в «дежурном» кресле, невесть откуда появившемся в кабинете и прижившемся, как родном. – Жуликов допрашивали.

– Открывай все окна! Вот накатает на вас товарищ жалобу, что вы его пытали с применением неприятной атмосферы, попрыгаете тогда! – я беззлобно бурчала, распахивая створки. Игорь послушно раздвигал жалюзи, ставшие серыми за несколько последний дней. Нет, все-таки надо закрутить гайки с курением. – Во-первых, это здоровье! – И самой стало смешно.

Я поправила перекосившийся вышитый мною крестиком цветок – яркую сочную розу, дорогую моему сердцу картину, оправленную в симпатичную золоченную рамку, висевший на стене над моим столом. Иногда, проводя много времени в суровом мужском коллективе, где нельзя, просто непозволительно проявлять свою женскую сущность, вышивание и вязание по ночам становилось истинной отрадой, не позволявшей мне превратиться в эдакую гром-бабу, мужика в юбке, матерящуюся через слово и смачно сплевывающую на пол, не вынимая папиросы изо рта. Не скрою, такие случаи тоже были, правда, не в уголовном розыске, где женщины се же редкость, а в других подразделениях. Я не буду их называть, чтобы случайно никого не обидеть, но я думаю, что вы и сами их видели.

Телефонный звонок прервал мою недовольную речь.

–Привет, – звонил мой давний приятель. Жулик и пройдоха редкостный, но беззлобный. Звонил в основном, когда не на что выпить. – Предлагаю встретиться на пивнушке.

– Эдик, сколько можно говорить, на пивнушку барышню не приглашают. Давай в кофейне около вокзала, через десять минут.

– Все, забились. Про водку договоришься?

– Все условия прежние.

Я привела в порядок все бумаги на столе, выключила компьютер.

– Григорич, Дыма нет на месте, я на встречу с человечком.

– Дело, когда прекращаешь?

– Звонарь привезет бумаги из ИВС и все вопросы закрою. Следователь уже едет в суд на арест.

В кофейне негромко в полумраке звучала музыка. Мне тут нравилось. Такая бюджетная забегаловка, но, во всяком случае, я здесь не смотрелась, как пивнушке, словно свинья в апельсинах. Эдик приоделся для такого случая, сменив привычный спортивный костюм с дырками на груди, на майку с заветным крокодилом на нагрудном кармашке. Видно, что батник надет для особого торжественного случая.

Я заказала себе кофе, Эдику с водочкой не торопилась. Его жалобные глаза смотрели на меня в упор, как у кота в знаменитом мультике, но я была непреклонна. Может, информация, которую мне он хочет сообщить, накануне бегущей строкой прошла по первому каналу телевидения. Я, конечно, передергиваю, но баловать этот контингент тоже не стоит.

– Ввыкладывай, что у тебя, – я отхлебнула кофе. На удивление, горячий и в меру сладкий напиток был на высоте.

– Может, хоть полтишку?– Эдик невинно захлопал на меня черными очами.

– Информация будет стоящая, дам на целую бутылку. Если в магазине будешь брать, то даже на две хватит. Не томи.

–Значица, так. Есть у меня приятель, таксистом на вокзале устроился. Недавно начал работать, нравиться ему – клиентов хватает на всех желающих. Вчера от вокзала подвозил он своего знакомого, одноклассник, что ли или еще кто, но где-то вместе учились. Повздыхал, что вроде предпринимателем стал, но с бизнесом не ладится. Взял деньги в долг, как-то по копеечке и они разошлись незаметно. Отдавать нечем.

–Слушай, такая захватывающая история у каждого второго, – я расстроилась. Выбил меня из привычного графика, я – то думала, что действительно интересная эпопея, сделала стойку, как охотничья собака, а здесь сплошная лирика повседневности.

– Так ищет он киллера для кредитора своего! – неожиданно выпалил он, увидев мое кислое лицо. Я прыснула горячим кофе:

– Предупреждать же надо!

– Да, киллера. Деньги у него остались на оплату, и чтобы купить оружие.

– Что-то мне не вериться. Прямо Чикаго! – я подначивала, чтобы выпытать подробности.

– Я ему сказал, что поспрошаю, взял его телефон.

– А кого убить – то хочет?

– Соседа своего, Василькова, на железке еще его жена начальником какого-то отдела работает.

–Слушай, это не тот Васильков, главный редактор газеты «Бизнес-новости»?

– Да, он. Как сказал мой приятель, кстати, очень денежный крендель.

– Таксист не сказал, как фамилия у этого бизнесмена?

– Нет, да и я забыл спросить.

– Значит,так. Может, это и хорошо, что забыл. Нечего привлекать внимание. Будь на связи. Много, как обещала, не дам, а то уйдешь в запой, – Эдик заметно насупился. – Но! – я подняла указательный палец вверх. – Завтра на этом месте встречаемся. Ты колоться не начал? – я спохватилась.

– Упаси бог! – Эдик неумело перекрестился, по-моему, даже не в ту сторону, но зато вполне искренне.

– Остаток получишь завтра, договорились? Не подведи. Мне кажется, что мы начинаем сотрудничать по-серьезному.

Наутро я неторопливо подъехала на своей новой машине к Лешкиному подъезду. Он впрыгнул на переднее сидение почти на ходу, слегка испугав от неожиданности.

– Почему ты купила дорогую машину, а ездишь в жару, как лохушка, с открытыми окнами: – Он сразу потянулся и включил в салоне кондиционер.

–Потому что в восемь часов утра еще не жарко. Но, во всяком случае, не так как в полдень.

– Не спорь, жарко. Что там у тебя случилось? В отделе все равно не дадут поговорить.

– Знаешь, я вчера встречалась со своим «барабашкой».

– Эдиком, что ли? Живой еще, этот старый алкоголик?

– Живой. Такую информацию слил, даже не знаю, как ее воспринимать, – я передала рассказ Эдика.

Дальше ехали молча. Уже около самого отдела я не выдержала:

– Ну что ты думаешь?

–А что ты сама думаешь?

– Парень-то не очень надежный, надо бы перепроверить. Может, забьем стрелку с этим бизнесменом, вроде киллеры.

– Знаешь, давай так. В отделе никому пока ни слова. Согласуем план с Дымом. Я думаю, что он поддержит. Я думаю, что надо дать знать заказчику, что нашли киллера, и мне выступить в его роли!

–Ты с ума сошел! – я погладила его бритую налысо, отсвечивающую сизым цветом, макушку. – Какой- с тебя киллер! Добрейшее лицо! Лучший друг детей и кошек!

– Перестань! Ты меня не видела, когда я в отпуске забираюсь на рыбалку недели на две в заповедные и глухие леса. Бритву я не беру из принципиальных соображений. Так сказать, чтобы слиться с природой воедино. Так вот, когда я возвращаюсь домой, мать пугается – чистый моджахед. Кстати, для пущей убедительности бороду, наоборот, можно не брить. Представь себе, длинная черная борода и лысая, как колено, башка.

– Представляю, еще и глаза черные из-за бороды блымают. Испугать можно, когол угодно!

Дым к нашему счастью был на месте. Мне не терпелось ему рассказать, и еле дождавшись окончания планерки, мы с Лехой вприпрыжку двинули в нему в кабинет.

Выслушав, он несколько минут ходил по кабинету: поливал цветы, включил сплит-систему, закрыл окна. От нетерпения я подергивала ногой. Еле сдерживала себя, чтобы не вскочить и кинуться спасть бедную жертву.

Но Михалыч – кремень. Доведя нас почти до нервного обморока, он неторопливо сел в кресло и произнес обыденным тоном:

– Григорича нужно посвятить в наши планы. Пусть обеспечить прикрытие. Мало ли что. Аля, пусть твой ходок звякнет таксисту, мол, нашел нужного человечка и забивает стрелку сам с ним. Григорич, проинструктируй его, как вести себя, чтоб не спалил всю контору.

Решение было принято. Как говорили древние греки, вызов брошен.

После моего звонка Эдик материализовался в кофейне буквально через минуту. Вид у него был помятый, физиономия небритая, пахло отнюдь не ночными фиалками, амбре существенно било в нос. Радовало одно, парнишка не вошел в запой и был почти трезв.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.