Алина Лис – Путь гейши. Возлюбленная Ледяного Беркута (страница 48)
Нет, это место никак не походило на притон, а ухоженные женщины на проституток.
Внезапная мысль заставила принцессу замереть. Она пришла сюда, следуя за своим женихом. И где-то в одном из этих домов, среди улыбчивых продажных женщин находится принц Джин!
Она чуть было не зашипела от возмущения. Даже слезы выступили на глазах от обиды.
Тэруко знала, что все самураи время от времени посещают подобные заведения. Мужчине мало одной женщины. Богатые мужчины заводят наложниц или просто ходят к гейшам. Умные женщины понимают, что мужчину не изменить, и не упрекают супруга.
Принцесса гордилась своей разумностью и трезвым подходом к жизни. Пусть романтичные наивные девушки негодуют при упоминании проституток и требуют от избранника невыполнимого, Тэруко будет умнее. Тем удивительнее были возмущение и ярость, которую она ощутила.
Это сюда он постоянно бегает? Ах кобелина!
Даже мысль, что, раз принц Джин здесь, значит, все слухи о его любви к мужчинам – грязный вымысел, не утешили принцессу. Она с самого начала не поверила этим мерзким сплетням.
Костеря про себя жениха на все корки, девушка не заметила, как добралась до конца улицы. Вправо и влево уходили почти не освещенные переулки, а перед глазами снова поднималась бамбуковая стена.
Почти не задумываясь, что она делает, принцесса свернула направо. Настроение испортилось окончательно. Ей больше не было интересно разглядывать квартал и продажных женщин. Единственное, чего хотелось Тэруко, – это найти принца Джина и высказать ему все, что она о нем думает.
Глупое желание. Принц только посмеется над ней, как обычно, и будет прав. Лучше уйти.
Она почти дошла до конца переулочка, впереди снова виднелась стена – Тэруко забрела в тупик. Дома здесь выглядели далеко не так богато, как на главной улице. Не было цветов и подсветки, редкие и тусклые фонари еле освещали вывески. Сквозь душный запах благовоний пробивался запашок помоев и старых тряпок, а из помещений тянуло кисловатым запахом саке, раздавалось пьяное пение и громкие похабные стоны.
Надо возвращаться.
Тэруко развернулась и наткнулась на самурая в поношенной одежде.
– Привет, парнишка. – Он обдал ее запахом перегара. – Не хочешь с нами к мамаше Саки и ее кошечкам?
– Нет, спасибо, – шарахнулась от него Тэруко.
– Тогда дай взаймы пару момме.
Он ухватил принцессу за руку. Въевшиеся в кровь за годы тренировок рефлексы сработали сами собой, в ответ на бесцеремонное прикосновение Тэруко перехватила запястье мужчины другой рукой, повернулась и наклонилась, заставив самурая склониться и охнуть от боли.
Несмотря на то что нападавший был больше и тяжелее девушки, все получилось просто безукоризненно. Как в додзё.
Тэруко ойкнула, осознав, что впервые в жизни применила уроки отца не в учебном бою. Что делать с ним дальше-то? Не ломать же запястье!
Принцесса выпустила мужчину и отшатнулась. Она хотела было сбежать, но дорогу к центральной улице перекрыли три мужские фигуры.
Друзья пьянчуги или просто прохожие?
Девушка положила ладонь на рукоять катаны.
– Пусть каждый идет своей дорогой! – Звонкий голос разнесся по улочке. Несмотря на легкую жуть, которую ощущала принцесса, слова прозвучали уверенно и твердо.
– Ах ты… – Мужчина непристойно выругался, разогнулся и выбросил кулак, метя в лицо. Тэруко пригнулась, уходя от удара. Кулак соприкоснулся со стеной дома, раздался глухой стук, хруст и полный боли крик.
– Ты что творишь, сученыш?
– Да я тебя…
– Держи его!
Дружный вопль сразу нескольких глоток подсказал, что другие мужчины не собираются стоять в стороне. Принцесса развернулась и снова помчалась вниз по улице.
Она надеялась встретить проход между домами, втиснуться и уйти дворами. Но, как назло, строения здесь примыкали друг к другу плотно. Девушка добежала до стены, отделявшей «квартал ив и цветов» от остального города, попыталась с разбегу подпрыгнуть и уцепиться за ограду, но пальцы скользнули по бамбуку, не достав буквально длины ладони до верхнего края забора.
Попытаться второй раз ей не дали.
Она обнажила катану и прижалась спиной к стене, оглядывая подоспевших противников.
Четверо мужчин. Каждый крупнее и тяжелее Тэруко, но они немолоды, пьяны и не опасаются встретить серьезного сопротивления. Улочка узенькая, больше двоих воинов будут мешать друг другу. А уж с двумя подвыпившими солдатами дочь генерала Ясукаты как-нибудь справится.
Первые удары она отбила играючи. Даже сумела задеть одного из противников – совсем слегка, но это ранение заставило мужчин опустить оружие и отступить. Тэруко отряхнула капли крови с катаны и вызывающе улыбнулась. Она не какая-нибудь изнеженная дурочка. Последняя из рода повелителей драконов способна постоять за себя.
В плечо ударил камень. От неожиданности и боли принцесса вскрикнула – негромко, но высоко и совершенно по-женски.
Как раз в этот момент так не вовремя выглянувшая из-за туч луна осветила ее щуплую фигурку, и нападавшие остановились в изумлении.
– Девка! – икнул один из них. – Чтоб меня ёкай отодрал, если это не девка!
Другой осклабился и сощурился.
– Зачем пришла сюда, красотуля? – просюсюкал он. – Искала настоящих мужчин? Считай, нашла, так уж будь поласковее.
Тэруко перехватила катану удобнее и с вызовом посмотрела на мужчину. Рожа у него была совершенно бандитская – свернутый набок нос, разорванное ухо, – но прическа выдавала самурая или ронина.
– Иди сюда, я тебя приласкаю, – сказала она сквозь зубы.
Ответом ей стал второй камень, попавший точно в солнечное сплетение. Принцесса скорчилась от боли.
– Трус, – простонала она. – Боишься сразиться с женщиной?
– Кто же сражается с женщинами, красотулечка? – захихикал мерзавец. – Вас надо любить.
Еще один камень ударил в бедро. От боли даже слезы брызнули из глаз.
Да что с ней такое! Она же уворачивалась сразу от трех-четырех камней на тренировочной площадке. Правда, там было светло и больше места.
– Четыре самурая не в силах справиться с одной девчонкой, – выкрикнула она звенящим голосом. – Жалкие крысы!
Словно подыгрывая Тэруко, луна снова скрылась в тучах, и девушка решилась идти на прорыв.
Неслышной тенью она метнулась вперед. Меч свистнул и вонзился во что-то твердое, в лицо брызнули липкие капли. Противник беспомощным кулем рухнул под ноги, и в тот же момент резкая боль пронзила руку, стрельнула до самого плеча. Рукоять катаны выпала из ослабевших пальцев.
– Сучка порезала Одзи!
Принцесса почувствовала, как на запястье и чуть повыше локтя смыкаются чужие жесткие пальцы, жалобно вскрикнула и упала на колени, не в силах думать ни о чем, кроме невыносимой боли в вывернутой за спину руке. Сзади навалился один из противников, Тэруко слышала над ухом его тяжелое дыхание. От мужчины пахло жареным луком, потом и прокисшим саке.
Преодолевая боль, девушка наклонила голову и резко откинула назад, целя негодяю в лицо, но тот легко ушел от удара. Над ней склонился другой мужчина.
– Опа, какая сладенькая! – Он дыхнул девушке перегаром в лицо, осклабился и сжал ее щеки большим и указательным пальцем.
Она попыталась впиться зубами в пальцы, но мерзавец в последний момент отдернул руку.
– Кусачая киска!
От удара голова Тэруко беспомощно мотнулась, как у куклы-марионетки с обрезанной нитью. Где-то в глубине живота ворочался холодный тяжелый ком, нарастала паника. Пульсировала и ныла правая рука, словно в нее вонзили раскаленный гвоздь, волнами накатывало ощущение нереальности происходящего.
Все это было невероятным, невозможным. Тэруко Ясуката – последняя из рода повелителей драконов, двоюродная сестра верховного военачальника страны, не могла находиться на задворках «веселого квартала» в мужской одежде. Жалкие пьянчуги не смели бросить даже косой взгляд в сторону принцессы Оясимы, не то что бить по лицу.
Уже замахнувшийся было для второго удара негодяй захрипел и рухнул. Почти в то же мгновение девушка почувствовала, как руки, держащие ее, разжимаются. На спину навалилось тяжелое тело, Тэруко подалась влево, попутно нащупывая и выдергивая танто из ножен на поясе самурая. Правая рука болела и плохо слушалась, но отец обучал ее драться и левой – как раз на этот случай.
Она отскочила, пригнулась и выставила перед собой оружие.
– Положи, пока не порезалась. – Знакомый голос заставил девушку вздрогнуть.
Налетевший ветерок прогнал тучи, и в бледном свете ночного светила Тэруко увидела четыре тела на земле и стоящего над ними Джина. На лице самханского принца читалась досада.
Он нагнулся, подобрал катану Тэруко, потом ухватил девушку чуть повыше локтя и кивнул:
– Пошли!
Принцесса вскрикнула от боли и почувствовала, как по руке стекают горячие капли.
– Ну что еще?
– Я ранена.