Алина Лис – Птенцы Виндерхейма (страница 78)
Она старалась быть выше этого, быть сдержанной, очень сдержанной. Но шило в мешке спрятать трудновато, ненависть выдавала себя резкими словами, косыми взглядами и просто молчанием.
Над девушкой посмеивались. Среди курсанток прошел слух, что Альдис влюблена в Хельга, и вести себя так, будто ты выше этого, было очень трудно.
«Они видят красивую внешнюю упаковку. А я вижу гниль и пустоту за ней».
Отец любил повторять, что в любом, даже самом неприятном событии важно уметь видеть новые возможности.
От Хельга тоже была польза. С тех пор как волею наставников он плотно вошел в жизнь Альдис, Томико, Сольвейг и другие девчонки из полувзвода начали ей казаться симпатичными и даже милыми.
— Что для вас значит — быть пилотом? — спросил в конце прошлого занятия мальчишка-эльдри, забрав листы с их ответами на тестовые задания, оказавшиеся совсем несложными.
В ответ Хельг скорчил свою привычную высокомерную гримасу. Каждый раз, когда Альдис видела эту ухмылку на его лице, ей хотелось ударить сванда.
— Не надо отвечать сейчас! — вскинул ладони Торвальд, и она подавилась заготовленными безликими фразами про Долг-Перед-Мидгардом и Высокую-Честь-Быть-Пилотом. — Подумайте и дайте честный ответ самим себе. Поймите, что для вас значит быть пилотом, и вы поймете, что нужно делать, чтобы быть им.
Девушка любила, когда он становился таким. Когда он с вдохновением говорил о турсах, о небе, о полетах. Пусть слова эльдри были пронизаны излишним пафосом — все искупало то, какая искренняя, страстная любовь скрывалась за ним.
Он говорил с такой убежденностью, что девушка поневоле задумалась. Казалось бы — ответ очевиден. Год назад она отбарабанила бы его без запинки. Даже полгода назад все было ясно.
Академия ломает людей. Неважно, чем ты был и во что верил. Для того чтобы стать пилотом, придется заново проверить свои убеждения на прочность и отказаться от половины. Чтобы новое могло войти, ты должен открыть ему дверь. Снять сталь доспехов, закрывающих душу.
Измениться.
Изменить себя.
«Изменить» — какое мерзкое двусмысленное слово.
Наверное, так надо. Наверное, иначе нельзя. Иначе не выплавить из куска грубой руды клинка, способного рассечь с одинаковой легкостью деревянную колоду и шелковый платок.
Но это страшно. Страшно понимать, что та, которая несколько лет спустя будет рассекать воздух за штурвалом «валькирии», будет уже не Альдис.
Будут ли эти перемены к лучшему? Помогут ли они ей приблизиться к недосягаемому сверкающему совершенству?
Что это значит — быть пилотом?
Она думала над этим весь день. И весь вечер. И весь следующий день на лекциях.
Сейчас, направляясь к главному корпусу на очередное занятие по турсоведению, девушка понимала, что не сможет ответить на вопрос, если Тор снова задаст его.
Пока у нее нет ответа.
Такой простой и такой сложный вопрос.
Альдис знала, что обрела и что утратила за последние месяцы. Утратила — уверенность. Получила — сомнения.
Раньше все было таким простым и четким. Здесь друзья, там — враги. Здесь свои, там чужие. Мир был понятен и постижим, она знала свое место в нем и место прочих людей.
Все изменилось.
Все оказалось зыбким, непостоянным. Не было легких ответов и простых решений.
Для чего я хочу быть пилотом?
Погруженная в свои мысли, девушка поначалу не обратила на сокурсников внимания. Эка невидаль — трое «птенцов». Ну, стоят у дороги, поджидают кого-то. Имеют право.
Могли бы не глазеть так, конечно. И не тыкать пальцем.
— Это она! Точно вам говорю! — долетел лихорадочный шепот одного из парней.
— Пошли! — скомандовал другой, высокий и тощий сванд с длинными «лошадиными» зубами. Скомандовал и двинулся с обочины наперерез Альдис.
— Слышь, ты! — выкрикнул он на ходу. — Стой, разговор есть!
Курсантка остановилась.
До начала турсоведения оставалось еще двадцать минут. Лучше потратить их на болтовню с мальчишкам, чем сидеть в одной аудитории с Хельгом и ждать Тора.
Они, наверное, хотят выпросить конспекты. Пусть списывают, Альдис не жалко.
— Да, — она с трудом, но вспомнила его имя, — Гривар. Чего тебе?
К парню присоединились еще двое: юноша-полукровка, темноволосый, с чуть тронутой загаром кожей и правильными, чисто западными чертами лица, и вертлявый улыбчивый чжан.
Их имен вспомнить так и не удалось.
Гривар почесался. Невесть отчего парень выглядел смущенным.
— Слышь, ты, — повторил он, растягивая слова. — Дай конспект по геральдике.
Ну вот, Альдис так и думала, что конспекты клянчить будут.
— У меня нет с собой. — Девушка с сожалением развела руками. — Давай я тебе после турсоведения в библиотеку занесу.
— Э-э-э… — Гривар мучительно покраснел. — Нууу…
Казалось, он хотел попросить еще чего-то, но никак не находил нужных слов.
— А чего ты так с нашим другом разговариваешь? — пришел на помощь Гривару полукровка. — Тебе что, конспект жалко? Ты нас не уважаешь?
— Э-э-э… — Теперь пришла очередь Альдис мычать что-то невразумительное.
Кажется, кто-то здесь сошел с ума. И, кажется, этот «кто-то» не Альдис.
— Много о себе воображаешь, да? — продолжал давить полукровка. Некстати всплыло его имя — Ульд. Это он затеял драку с Хельгом в день прибытия…
Может, сокурсник действительно не так понял ее слова или ослышался?
— Я вовсе не против дать Гривару конспект, мне он до пятницы не нужен, — дружелюбно улыбнулась курсантка. — Подождите пару часов, я все равно в библиотеку собираюсь вечером.
Гривар совсем скуксился, избегая ее взгляда, зато Ульд как будто даже обрадовался.
— Ну ты нааааглая, — с каким-то звериным злорадством выдохнул он Альдис в лицо. — Тебя не учили, что мужчин слушаться надо?
— Ай-ай-ай! — покачал головой чжан. — Она нас совсем не уважает!
Подпихивая друг друга локтями, троица принялась надвигаться на девушку. Ульд оскалился, чжан по-щенячьи подпрыгивал и корчил гримасы. Гривар по-прежнему избегал смотреть в ее сторону.
Этим Альдис и воспользовалась, блестяще проведя подсечку.
Удар опрокинул сванда на колени. Чтобы не рухнуть на землю, парню пришлось выставить руки перед собой. Голова мотнулась вперед, оглушить противника из такой позиции смог бы и ребенок.
В последний момент Альдис сдержалась — пожалела идиота. Ударила не локтем, а кулаком, и не в полную силу.
А то ведь и убить можно.
Гривар скорчился и без звука повалился на дорогу, а девушка перетекла в начальную боевую стойку, повернулась к оставшимся противникам.
На всю возню со свандом ушло не более двух секунд.
Если до Виндерхейма Альдис что-то умела, то за последние месяцы утроила свое умение. Наставница Нода — хороший учитель, и курсантка старалась стать достойной ученицей.
«В бою побеждает тот, кто готов идти до конца», — любил повторять Такаси. Альдис не раз убеждалась в его правоте. Не так важно, силен ты или слаб, сражаешься лучше или хуже противника. Важнее, готов ли ты зубами и когтями выгрызать победу. Вот почему неистовые и нечувствительные к боли берсерки внушали суеверный ужас своим противникам.
Следующий ее удар был таким же примитивным, без красивых прыжков и боевых кличей. Кулаком в лицо.
В последнюю секунду Ульд успел поставить блок, но это его не спасло от пинка в коленную чашечку. Одновременно с ударом ногой девушка схватила выставленную в блоке руку полукровки и потянула на себя.
Прием получался рискованным. Слишком рискованным — у парня появлялась отличная возможность для удара свободной рукой в живот, прикрыться Альдис не успевала.