Алина Лис – Магазинчик на улице Грёз (страница 51)
Монашка поколебалась, глядя на разъяренного покойника. От злости Тайберг утратил контроль над формой, на призрачном лице проступили жуткие ожоги.
- Не буду, - с достоинством ответила она. - Я никогда не считала вас глупцом, мессер.
- То-то же, - он успокоился так же быстро, как вспылил. - Может, хоть скажешь, что искала?
Сердце замерло. Сказать? Порой честностью можно добиться большего, чем лесть и ложью.
Но что есть Тайберг не пожелает расставаться с тайной? Тогда надежды между делом выудить из него заветное заклинание уже не останется.
- Ваши… исследования…
- Поиск вечной жизни? - горько усмехнулся призрак.
- Да! - с облегчением кивнула монашка. - Храм… очень заинтересован…
Его лицо странно дернулось.
- В такой вечной жизни? - он со злым смешком показал на свое тело. - Идиоты! Поверь, в моем существовании мало радости…
- Но оборвать его вы тоже не стремитесь.
Не стоило этого говорить. Призрак помрачнел и пихнул ее в спину.
- Хватит сотрясать воздух! Спускайся и сама все увидишь.
Спускаться после такого обещания захотелось еще меньше.
- Там темно, - буркнула Катрин. И с тоской оглянулась на светлый прямоугольник за спиной.
- Ах да. Все забываю, что живые не видят в темноте.
В руках призрака вспыхнул золотистый шар, заливая пространство вокруг теплым светом. Катрин сжала зубы и шагнула вперед.
Стена за спиной со скрежетом встала на свое место. Да, если и прятать трупы, то именно здесь. С собаками не найдут.
“Ты еще жива”, - напомнила Катрин себе. И пошла вниз.
Лестница привела в лабораторию. На этот раз не алхимическую. Катрин никогда всерьез не интересовалась магией, но ей хватило беглого взгляда на расчерченный кругами и линиями пол, на черепа и алтарь со знаком Вечного Жнеца в центре, чтобы понять - здесь практиковали запретную темную магию.
В горле стало сухо, как в пустыне. Монашка охватила себя руками за плечи, пытаясь унять дрожь.
- Не трясись, - вздохнул Тайберг, наблюдавший за выражением ее лица. - Никто не будет тебя убивать. Просто дашь клятву не болтать лишнего.
- Но… почему здесь?
Самодовольная ухмылка пробежала по призрачным губам.
- Потому что так я буду точно знать - ты не нарушишь клятву.
Он подвел Катрин к стойке у дальней стены, где покоилось два десятка ножей.
- Возьми крис, - призрачный палец ткнул в кинжал с волнистым лезвием, дюймов десять в длину.
Катрин сжала пальцы на рукояти. Она неплохо разбиралась в коротких клинках и смогла по достоинству оценить темное лезвие с муаровыми разводами.
Кинжал показался ледяным на ощупь. Жаль, что против призрака сталь бессильна.
- Для этого обряда нужна кровь, - сказал некромант, пытливо вглядываясь в ее лицо.
Не упасть ли в обморок, как положено приличной верующей монашке после подобного предложения? Катрин покосилась на Тайберга и отказалась от глупой идеи. Некромант уже дал понять, что ненавидит, когда его держат за идиота.
- Что нужно делать?
Под руководством призрака она надрезала руку и мазнула по вырубленным на алтаре желобкам кровью. Тайберг стоял рядом и следил, не оставляя никаких шансов подпортить ритуальную вязь.
Мысль, что она - служительница света - участвует в чем-то темном и запрещенном, смысла чего даже не понимает, мелькнула и сгинула. Катрин всегда любила авантюры. Несмотря на страх и ощущение нависшей в воздухе угрозы, ей стало интересно к чему все приведет.
- Ты хорошо держишься, храмовница, - неожиданно одобрительно отметил Тайберг. - Никаких визгов, истерик и рыданий.
- А это поможет? - фыркнула Катрин.
- Нет, конечно.
Она помедлила.
- Почему ты помогаешь диббуку?
Призрак пожал плечами.
- Девочка мне нравится. Она не виновата, что оказалась здесь.
- То есть ты просто… пожалел ее? - не поверила Катрин.
Тайберг грозно нахмурился.
- Не веришь, Пресветлая?! Считаешь, я чужд жалости?
Не лгать, не лебезить…
- Не знаю, - честно ответила Катрин.
Она покосилась на Тайберга, мысленно облекая полупрозрачный силуэт в плоть. Получалось… интересно. При жизни мессер был привлекательным мужчиной. Катрин всегда нравились такие лица - словно сложенные из острых углов.
И характер у него под стать внешности - прямой, жесткий и резкий. Такими людьми тяжело вертеть, но с ними нет нужды притворяться, изображая из себя бедную овечку. Они не шарахнуться в ужасе и не предадут тебя анафеме, когда овечка покажет шикарные клыки и зарычит…
- Про тебя ходят жуткие слухи, некромант.
- И вполне заслуженно, - он ухмыльнулся с явной гордостью. - Но это не значит, что мне незнакома жалость, дружба или любовь. Закончила? Теперь положи кинжал в центр.
Катрин послушалась.
Вызванный волей Тайберга свет потух, помещение погрузилось в непроглядную тьму. Единственным светлым пятном оставался призрачный силуэт некроманта.
Тайберг опустил полупрозрачные кисти на алтарь. Сияние потекло с них, заполняя нарисованный кровью контур. Он светился во тьме подобно маяку.
- Повторяй за мной.
Монашка покорно повторила слова клятвы. Формулировка была на диво продуманной. Не оставляла лазеек.
Жаль, что магическая подоплека происходящего ей недоступна. Клятва, которую невозможно нарушить - это золотое дно, сравнимое с заклинанием, подчиняющим драконов.
Сколько еще великих открытий скрывает мертвый некромант?
- Согласна скрепить наш договор?
Скорее нет, чем да. Но такой ответ вряд ли устроит призрака.
- Согласна.
Катрин кивнула. Довольная ухмылка пробежала по губам некроманта.
- Принимается, - выдохнул он.
Монашка не успела даже пикнуть, как призрачные руки охватили ее за талию, а призрачные губы накрыли ее рот в извращенном подобии поцелуя. Пахнущий тленом ветер подхватил ее и понес, затягивая в кокон силы, где магия и смерть сошлись в безумной яростной пляске.
Это было больно. Призрак пил из нее жизнь, отдавая взамен магию и силу. Холод и жар, сила и слабость, смерть и жизнь сплетались в безумный, извращенный клубок. Катрин тонула, теряла себя, получая взамен… Что?
Когда Тайберг, наконец, оторвался от ее губ, Катрин пошатнулась. Она бы рухнула на алтарь, не удерживай некромант ее в объятьях.