Алина Ланская – Он такой один (страница 80)

— Иногда мне кажется, что эта квартира проклята. Как только переехала, вечно что-то случается. В ванной уже надо потолок снова ремонтировать. Мама говорит, что в таких условиях невозможно жить.

Я в голос расхохоталась, да так, что потом закашлялась. Внимательно посмотрела на Дину и мне не понравилось выражение ее лица. Напряженное и… несчастное, что ли.

— Думаешь вернуться домой?

— Нет! Конечно, нет. Я не вернусь даже если на улице придется жить! Но мама через день звонит, завтра обещала к ним заехать…

— А отец? По-прежнему молчит?

— Занят, как обычно. Но по мне так и хорошо, что не достает. Ладно, разберусь как-нибудь. Значит, Казань!

Теперь уже Пылинка испытующе оглядела меня с головы до ног.

— Ага! Он хочет мне показать свои любимые места в Казани, не верится даже. Я так довольна! И еще кое-что. Архангельский обещал познакомить меня с Фобосом и Деймосом. Я в предвкушении. Все тебе расскажу, обещаю.

Дина вспыхнула, отвела глаза в сторону и обняла себя.

— Не надо. Правда, не нужно. Я много думала эти дни, сначала так обиделась на Илью, что он меня отшил, но знаешь, он прав. И я хочу увидеть Фобоса своими глазами, а не твоими или его друга. Поэтому подожду.

Я в очередной раз поразилась своей подруге. Наверное, я бы так не смогла!

Илья заехал за мной в два часа дня, а без четверти три мы уже были в аэропорту. Вот так просто и обыденно. А у меня сердце в пятки уходит, хотя и пытаюсь сделать вид, что все нормально, как будто мы вот каждый месяц с ним вместе летаем к нему домой.

— Я снял нам два номера в отеле в центре. Отовсюду близко и недалеко набережная, по ней можно гулять бесконечно долго. Тебе понравится.

Так-так-так, похоже, не только я нервничаю. Архангельский не похож на себя обычного — нет привычного хмурого взгляда и отрывистых коротких фраз. Он даже одет не во все черное. Так непривычно смотреть на белоснежный свитер, выглядывающий из-под теплой бежевой куртки. Но главное глаза — в них нет привычного колючего льда, я смотрю в них и вижу нежность. Никогда он не вел со мной так открыто.

Сегодня все по-другому.

Мы идем на посадку, лететь недолго, но мне кажется, что целую вечность. А еще я волнуюсь, потому что не очень люблю летать самолетами, но говорить Илье об этом я не стану.

— Будем жить в отеле? М… хорошо, конечно, это я про себя. Но я думала, раз ты там жил… а где ты там жил?

Я смутилась своему не самому тактичному вопросу, испугавшись, что нарушу хрупкую безмятежность момента. Зря.

— У нас была с мамой квартира, однушка. Сейчас я ее сдаю, поэтому либо у друзей живу, когда приезжаю в город, либо снимаю апарты. Это не проблема. Но я не часто там бываю, только в этом году так сложилось.

Вокруг толпы людей, очередь на посадку, но он словно не замечал суеты вокруг — дорожная сумка на плече, в руке еще мой рюкзак. Он сегодня и правда какой-то другой. И раз такой разговорчивый, то нужно ловить момент!

— Сложилось из-за твоего друга, да? Которому ты помогаешь?

— Деймосу. Его настоящее имя — Дамир Бакиев. Мы с пеленок вместе, я кажется говорил, да? Наши родители дружили, работали вместе, ну и мы с ним тоже все детство вместе, мы почти одновременно с ним остались без отцов. Я был для Дамира старшим братом, да и сейчас остаюсь. Мне было тринадцать, когда он буквально вытащил меня из-под машины. Мелкий такой, как только сил хватило. Он сейчас как и ты на третьем курсе, младше нас с Фобосом. Когда он решил играть, мы пошли с ним, чтобы он выиграл.

Я слушала, забыв закрыть рот.

— Круто! Здорово, когда такая дружба. А я всегда была одна, только вот сейчас…

— У тебя появилась Дина. Забавно, конечно, что вы подружились. Не знал, что она играет, да еще и с Фобосом мутит.

Мы уже зашли в самолет, Илья убирал наверх наши куртки и скромный багаж, а я уселась у окна и наблюдала за Архангельским. У него прекрасная координация движений, он ловкий и гибкий, очень сильный, пусть и без горы протеиновых мышц. Рядом возникла какая-то девица с мамой — им тоже нужно было уложить в отсеки два небольших чемодана. И он, конечно же, помог. А я смотрела на них и даже ревности своей привычной не чувствовала, лишь удовольствие от того, какой у меня особенный парень. Один такой на всю вселенную.

Сегодня и правда все как-то по-другому.

Он сел рядом и взял мою руку в свою, забрав на себя все мое внимание. Я даже упустила момент взлета. И слава богу!

— О чем ты думаешь, когда возвращаешься домой? Ведь твой дом в Казани, так?

Илья долго не отвечал, вслушивался в гул, который стоял в салоне самолета, я уже снова начала думать, что сглазила, перехвалила этот особенный день.

— Я люблю этот город, потому что вырос в нем, осталось много воспоминаний, пока еще живут мои друзья, но для меня это город моего прошлого. Я возвращаюсь туда, но не вижу в нем своего будущего.

Серые глаза не врут — в них застыла непоколебимая решимость. Спорить бесполезно, да я и не собиралась. Завтра и послезавтра я многое, наконец, узнаю о его прошлом, но ведь оно не даст мне ответ на другой важный вопрос.

И пусть между нами еще далеко не все ясно, но когда я смотрю на Архангельского, я не могу не думать о том, что будет потом. После Универсума.

— А где видишь? Останешься в универе? Я слышала, будто ректор спит и видит, чтобы ты дальше у нас учился, ну и преподавал, наверное.

Илья вдруг нежно коснулся пальцами моей щеки, заставив все мои мысли тут же исчезнуть из головы. По коже словно слабый ток пустили, не больно, но чувствительно. Даже очень.

— Не знаю. Правда не знаю. Есть несколько вариантов, посмотрим, как закончится игра.

— Тебя и без игры с руками оторвут. Наверное, рано я этот разговор завела, просто меня в универе не будет в следующем году. Я почти точно отсюда уеду!

Попыталась было отвернуться к иллюминатору, но Илья не позволил, удержал мое лицо в своих ладонях.

— Чего ты боишься, Алена?

От его тихого шепота мне вдруг захотелось разреветься и выложить все — и про папу, и про Жюли, и про стажировку во Франции, о которой я так мечтаю ради сестры. И ведь уже не в первый раз хочу ему все рассказать. Но лишь на мгновение — перед глазами тут же всплыла Кристина с ее предупреждениями, а потом еще и Жюли, которая переживала, что если родители разведутся, то она останется с папой.

— Боюсь, что все окажется сном. И еще боюсь, что нам придется расстаться, что у каждого начнется своя жизнь после Универсума. Я уеду на стажировку, во Францию, а ты…

— А я сделаю себе визу и полечу за тобой.

Я ожидала увидеть в глазах Ильи смех, но вид у него был серьезный.

— Обещаешь?

Я сама не верила, что вот так спрашиваю.

— Обещаю. Что бы ни случилось, даже если ты не захочешь, я полечу за тобой. Запомни, пожалуйста. Это так же важно, как и то, что прошлое не имеет значения для нас.

Я в шоке смотрела на Архангельского, даже не сразу заметила, что наш самолет уже приземлился.

Глава 64

Я с любопытством смотрела на мелькающие за окном такси огоньки незнакомого города, пыталась разглядеть в вечерней темноте что-то особенное, присущее только Казани, то, что я никогда прежде не видела. Не знаю, почему, но мне казалось, что я попала в какую-то совершенно иную реальность.

Наверное, мне просто хотелось сказки и волшебства. И заснеженный чужой город как нельзя лучше подходил под мое желание.

Слова Ильи, что он поедет за мной во Францию не выходили из головы. Неужели и правда у нас все так серьезно? И этот парень, что сейчас обнимает меня за плечи, действительно мой?

— Устала? Давай свой рюкзак. И паспорт тоже.

Илья усадил меня в кресло в холле небольшого отеля, расположенного в обычном многоэтажном доме, а сам пошел брать ключи от наших номеров. Интересно, нас рядом поселят?

— Второй этаж, номера у нас напротив, пойдем!

Я поспешила за Ильей, стараясь не обращать внимания на манящий запах еды из-за двери ресторана. Номер оказался небольшим, но очень уютным — кровать, шкаф, тумбочка и стол со стулом. На стене картина и большая плазма. Я за пять минут разложила все свои вещи, а потом юркнула в душ. Как же хотелось смыть с себя дорогу и выглядеть свежей рядом с Архангельским!

Да, я устала, но вечер только начинался! Я едва успела подсушить волосы, когда в дверь раздался стук.

Илья тоже переоделся — теперь на нем светлая водолазка и рубашка навыпуск. Выглядит очень стильно, но вряд ли Архангельский задумывается о таких мелочах.

— Если готова, пойдем погуляем немного и поужинаем. Я знаю пару мест со здоровой едой.

Он улыбнулся и не дожидаясь моего ответа притянул к себе и обнял. Я довольно обвила его руками за талию и блаженно вдохнула в себя свежий мужской запах.

— Можно и с нездоровой. Пойдем, куда скажешь.

Мне и правда было уже неважно, куда идти, главное, что мы вдвоем и у нас самое настоящее свидание. И мы — пара.

На улице было морозно, но я не замечала особого холода — смотрела во все глаза на огромную длинную набережную, по которой гуляло много людей.

— Как же тут красиво! И столько огней, и гирлянды какие!

Наверное, мне не хватало только рот открыть от восторга. Я влюблялась в этот город с каждым взглядом, каждым вздохом. А может, я его заранее полюбила, еще когда Илья уезжал сюда на Новый год, а потом присылал мне чудесные фотки.

— Здесь не всегда так было. Когда мы переехали сюда с родителями, набережная не была такой красивой. Я еще помню ее другой.