Алина Ланская – Не брак, а так (страница 42)

Те качества, который так привлекали Сабурова в Алисе, из-за которых Игнат и остановил свой выбор на ней, теперь играли против него. А ему оставалось ждать. Сколько? Месяц, год, десять?

Смерти бывшему другу Игнат, конечно же, не желал. Герман не заслужил такого конца.

Но одно дело показывать любимой женщине никчемность пустышки-мажора, а совсем другое тягаться с инвалидом, которому она еще и чувствует себя обязанной.

Все это очень не нравилось Игнату.

Жизнь, конечно, непредсказуемая штука, но не настолько чтобы отказываться от своих целей. Поэтому сейчас, перенеся деловой обед с потенциально полезными людьми, он ехал на встречу с Алисой и какими-то мутными парнями, с которыми Литвинов затеял стартап.

Игнат громко расхохотался. Гера и бизнес. Это как свинья в балете, ну не созданы они друг для друга. И все же Сабуров не поленился и пробил контроку, с которой связался Герман. Как и ожидалось, ничего путного. Просто накрутили лошку на уши лапшу, а он и их развесил. Так, главное, не заржать на этой встрече, но он, конечно, не допустит, чтобы Алиса совершала глупости.

Пацаны сами на нее вышли, когда узнали, что случилось с их заказчиком. И теперь хотели узнать, готова ли его жена продолжать дело ее мужа. Игнат пытался отговорить ее от встречи — в бизнесе Алиса понимала еще меньше, чем Литвинов, но она проявила редкое упрямство. Игнат понял — она встретится с ними. Или с ним, или без него.

Когда он зашел в кафе, Алиса уже была там, рядом с ней сидели двое молодых парней лет тридцати в традиционных для айтишниках безразмерных толстовках. Игнату хватило пары минут общения, чтобы понять всю бесперспективность проекта. Только такой олух как Гера мог уже вложить пол-ляма непонятно во что. Его же просто развели, а теперь и Алису разводят, прося еще столько же.

Какой к чертям юридический помощник на базе искусственного интеллекта? Во-первых, сейчас этих чат-ботов как собак нерезаных, и не стоит разработка столько. Игнат быстро посерфил в сети и убедился в своей правоте. Во-вторых, искусственный интеллект — фишка популярная, но надолго ли? Новые технологии быстро выдавливают старые. А эти разводилы обещали только через полгода завершить свой “проект”, за это время все морально устареет. Да они раньше свалят с баблом.

— Мы подумаем и вам сообщим! — сказал он вместо Алисы, которая, казалось, поверила в “стартап”.

Когда они остались вдвоем Игнат мягко, но настойчиво объяснил ей, что они зря потратили время.

— А я так не думаю, — Алиса заупрямилась. — Мне понравилось то, что они сказали и Герман верил им. Видел бы ты как он рассказывал мне, его лицо светилось, он… такой счастливый был. Но до конца так и не рассказал. Не успел.

Сабуров матюгнулся про себя. Это худшее, что он мог услышать. Еще чуть-чуть и мудак Литвинов у нее в святого превратиться. И не сдержался, сказал то, о чем через секунду пожалел.

— Гера — полный идиот в бизнесе, Алиса. Он — тепличный ребенок, мажорчик у мамки на груди, жизни не видел и не понял даже, что его разводят. Привык жить на всем готовом, жопу ни разу не поднял, чтобы на жратву себя заработать!

Она молча поднялась из-за стола с таким видом, что Сабуров проклял свою откровенность.

— Ты куда? Прости… Алиса!

— Я найду деньги, — тихо сказала она. — Если все получится… это поможет ему. Я так чувствую!

— Алис, — Игнат все-таки решился еще раз призвать ее к разуму. — Ну если мне не веришь, посоветуйся с его отцом. Аркадий в отличие от сына, в делах шарит. Он тебе как есть скажет, ну и денег у него попроси, своими не рискуй.

— Спасибо за совет, — грустное лицо Алисы немного посветлело. — Я так и сделаю.

Они вместе вышли из кафе, и каждый поехал по своим делам. Вот тут-то у Сабурова и возник план.

 

Глава 60

Сегодня Алиса отменила свою встречу с Ниной, потому что торопилась домой. Конечно, вечером они созвонятся, как делали теперь постоянно, потому что Алисе как никогда нужна была психологическая поддержка. Но днем ей позвонила свекровь и попросила вечером обязательно прийти к ним на ужин. Потому что они — семья и должны держаться вместе. А то видятся теперь только в палате Германа и все.

“А где нам еще видеться”? — недоумевала Алиса. Она все свободное время проводила у мужа. Ей казалось, нет, она была абсолютно уверена, что если будет все время с Германом, то он поправится. И пусть врачи говорят, что надежды мало. И они же говорят, что с ним нужно разговаривать. И Алиса разговаривала. Каждый день.

Иногда, правда ей казалось, что говорила она это не ему, а себе. Проговаривала всю свою жизнь, с самых первых смазанных воспоминаний детства, где уже не осталось даже образов, лишь ощущения.

Она не знала, слышит ли он ее, понимает хоть что-то, но Алисе было важно рассказать во всех подробностях о своих детских неразделенных чувствах к нему, про то, как она тайком вела дневник, пока однажды его случайно не спалил Пашка. Как сердце останавливалось каждый раз, когда он проходил мимо, как она завидовала и одновременно восхищалась Яной Ольховской. Тогда она казалась Алисе эталоном красоты и женственности. Впервые Алиса говорила без внутреннего надрыва, без ожидания, что ее чувства разделят, оценят и поймут. Зато в душе поселилась светлая грусть, наверное, именно там, в палате, она, наконец, отпустила того несчастного ребенка, который продолжал жить в ней все эти годы. Да и жизнь Алисы теперь так круто изменилась, что она не могла себе больше позволить страдать из-за прошлого, тратить силы на обиды и злость. Она даже к Ольховской больше ничего не чувствовала. Ей было не до Яны.

К свекрам она пошла сразу же, не переодеваясь во что-то более соответствующего случаю, хотя и знала, что Софья Андреевна всегда меняет наряд вечером. Отношения со свекровью у Алисы сейчас были нервные, натянутые. То ли из-за всей этой ситуации, то ли из-за решения Алисы пустить Яну в палату мужа. Задумываться об этом не хотелось, но поговорить с Аркадием Львовичем ей нужно было. По поводу стартапа Германа.

Свекр сильно сдал за эти недели, он и прежде особо не отличался красотой и здоровьем — за это в их паре “отвечала” Софья Андреевна, а тут Алиса уже серьезно опасалась за него. Он каждый вечер приезжал к сыну, сидел рядом, но почти все время молчал, Алиса пыталась как-то его разговорить, но он лишь отмахнулся. Они несколько раз созванивались с отцом Алисы, но подробностей она не знала, все общение происходило как-то урывками, оставалось много недосказанности. Иногда Алиса ловила на себе тяжелый взгляд свекра, но списывала это на общее гнетущее состояние. Но сегодня у них будет время сесть и нормально поговорить.

— На тебе все висит, Алиса, это некрасиво! — свекровь окинула невестку критическим взглядом и осталась недовольна. — Все-таки легкая полнота тебе больше к лицу.

Алиса невольно одернула юбку, она и правда на ней болталась, как и все вещи, купленные для нее Софьей Андреевной минувшим летом. Сейчас одежда была велика размера на два, не меньше. Когда-то Алиса и мечтать не могла, что так похудеет. Это была чуть ли не самая главная цель в жизни, ей казалось, что как только она станет стройной, все в ее судьбе мгновенно изменится к лучшему. Так смешно…

— Будет время, куплю себе что-то подходящее, — примирительно вздохнула Алиса. — Аркадий Львович дома?

— Привет, Алиса! — свекр как раз зашел в гостиную и медленно опустился в кресло. — Тут я, тут… Ну, рассказывай, как живешь? Хочешь, перебирайся к нам пока. Трудно, наверное, одной в доме?

Алиса кивнула. Без Германа, которого она и так редко видела в их коттедже, стало совсем тоскливо, поэтому и старалась проводить там как можно меньше времени. Но переехать сюда?

— Спасибо большое, я пока справляюсь.

— С деньгами как? — продолжил расспросы свекр. — Ты не стесняйся, я же понимаю все… Расходы Германа мы на себя возьмем, это не проблема.

— Здорово! — совершенно искренне ответила Алиса и впервые за день улыбнулась. — Мне хватает, спасибо, я стараюсь не сильно на себя тратить, но есть одно дело…

— Какое?

— Герман нанял двух ребят, хотел сделать юридического помощника по имущественным делам, я встречалась с…

— Да они мне тоже звонили! — перебил ее Аркадий Львович. — Послал я их. И ты шли.

— Но почему?! — Алиса мельком взглянула на свекровь, но та лишь неопределенно пожала плечами. — Мне кажется, стоит продолжить…

— Алиса, милая, — видно было, что свекр сдерживается, чтобы не сказать резче. — Герман у нас хороший парень, очень неглупый, но он не стартапер, не предприниматель в душе. Это, как бы тебе сказать, особый тип людей, вот как Саша Киперман или Игнат. У них в крови, что-то придумывать, создавать, доказывать, искать инвесторов под свои идеи… И знаешь, сколько раз они прогорали, прежде чем у них получилось? Тот же Сабуров похоронил четыре своих неудачных стратапа, а первый создал в 17 лет. К чему я это? Гера он не такой, он неплохой исполнитель, работает в четких рамках — от и до. Со временем, лет через двадцать из него может и получился бы неплохой операционный директор… Мог бы…

Аркадий Львович помрачнел и замолчал. Было видно, насколько тяжело ему говорить о судьбе сына. Но он справился.

— В общем, забудь об этой мутотени, я в ней не участвую, а пол-ляма это немаленькие деньги даже для меня. Все, разговор закрыт.