Алина Эверли – Король лжецов (страница 4)
Даниэль никогда не забывал сказанного ему неким голосом во время Праздника Всех Стихий. Королю было не по себе от мысли, что ему могла быть уготована роль мессии. С каждым новым днём Даниэль лишь больше убеждался: картина с фрески, становящаяся всё чётче и чётче, вскоре станет реальностью. Большую часть ночи он размышлял о предстоящем визите в Королевство Льда, где шли военные сражения. Если бы Даниэль мог себе позволить, то не отправился бы в земли Алдера, ведь ему не хотелось вновь лицезреть чью-то смерть.
Во время войны с Королевством Песка, которая длилась четыре месяца и две недели, Даниэль смог достичь перемирия. Если бы он провёл в бессознательном состоянии больше одного месяца, то его армия, скорее всего, потерпела бы поражение. Когда Даниэль пришёл в себя, то осознал, насколько сильно пострадало его королевство. Он видел много смертей, начиная от стариков и заканчивая детьми. Королевство Песка оказалось жестоким и безнравственным. Единственной целью их войск было полное уничтожение Королевства Вирфалеон. Они желали отомстить за смерть их правителя и его дочери. Даниэль мог бы спрятаться где-то во дворце и ждать своей участи, но парень принял решение: он король, и от его действий напрямую зависят жизни его народа. Душевные проблемы Даниэля – лишь его собственные проблемы. Он больше не мальчик, который боится принимать решения. Теперь он мужчина, который позволит своей личности разрушиться окончательно. Даниэль станет жёстче, равнодушнее. Он затопчет в себе все переживания, всё сострадание. Король уже убивал людей, что ему стоит сделать это ещё раз? Даниэль ощущал силу, которая копилась в нём, и понял, что запросто сможет вновь воспользоваться ею после всего увиденного. Король понимал, что он больше никогда не станет тем, кем был прежде.
Поле боя утопало в крови, которая ручьями текла по земле, создавая в углублениях нечто напоминающее озеро. Повсюду была разбросана человеческая плоть, и убрать её могли уже лишь дикие животные. От воинов Королевства Песка ни осталось ничего, что могло бы вернуться к их семьям. Все солдаты, которые погибли на
Было подписано перемирие, ведь Королевство Песка понимало, что уже не способно победить. Их армия редела, и никто не знал, как Королевству Вирфалеона удалось за столь короткий срок, после череды проигранных ими сражений, добиться подобных результатов. Даниэль первым предложил мирный договор, ведь ему больше не хотелось видеть кровь на своей земле. Королевству Песка ничего не оставалось, как подписать его. Никто не мог распространить весть о великой силе Даниэля, способной уничтожить целое войско, ведь все, кто мог о ней знать, умерли мгновенно, взорвавшись на тысячи кусочков.
По началу король всеми силами пытался не терять последнюю частичку себя, однако с каждым месяцем это выходило всё меньше, и в какой-то момент он и вовсе перестал стараться. Порой Даниэль сам себя не узнавал. Периодически в нём вновь появлялся страх сделать что-то не так, но он подавлял его и запирал глубоко внутри себя. Королю часто снились кошмары, и в них он каждый день убивал людей: они взрывались от одного его взмаха руки. Даниэль тонул и захлёбывался в крови убитых. Он каждый раз просыпался в холодном поту, а после уже не мог уснуть.
Почти к самому утру король смог уснуть. Сон был коротким и ярким. Даниэль вновь был на поле боя и убивал людей, которые не по своей воле шли против его королевства. Парень знал, что единственным виновником в этом кровопролитии был он сам, ведь именно он убил короля Орландо вместе с его стражей. Даниэль каждую ночь слышал крики людей, видел слёзы детей и стариков, чувствовал запах сырой человеческой плоти. Король мгновенно просыпался, когда слышал взрыв, сопровождающийся всплеском ярко-красного цвета. Даниэль открывал глаза, вскакивал с кровати и быстрее стремился открыть окно. Ему не хватало воздуха, и он задыхался. Его тело дрожало, а руки не могли найти ручку для открытия окна, ноги, словно пластилин, сминались, и король падал на пол. В голове у него было множество криков, сливающихся в один единственный, орущий что есть мочи: «Монстр». На рассвете Даниэль каждый раз тратил около получаса, чтобы прийти в себя. Постепенно тело переставало дрожать, руки начинали его слушаться, и он полной грудью мог вдохнуть воздух.
Даниэль уже привык просыпаться разбитым по утрам. Он не помнил, когда в последний раз хорошенько высыпался. Тёмные круги под глазами стали для него привычным делом, поэтому каждый раз перед важным мероприятием приходила Рина и закрашивала ему эти синяки. Куртизанка всегда твердила, что лицо короля должно быть безупречным, ведь это главный показатель силы и величия. За два года Даниэль и Рина достаточно сильно сблизились, что поначалу казалось королю странным. Со временем он понял, что главная куртизанка была одной из немногих, кто был к нему искренен. Хотя, периодически Даниэль вспоминал, что в её глазах он по-прежнему оставался Элеоном. Каждое утро в одно и то же время Рина стучалась в дверь спальни короля и с улыбкой на лице приветствовала его. Уже около двух лет она жила во дворце рядом с Даниэлем и помогала ему справиться с одиночеством.
– Надеюсь, сегодня ты смог выспаться лучше, чем вчера, – Рина доставала всю свою косметику и раскладывала разные баночки на столе.
– Ты спрашиваешь меня об этом каждое утро и каждый раз получаешь один и тот же ответ.
– Может быть, если бы ты согласился проводить ночи со мной, то и засыпал бы лучше, – куртизанка начала искусно выравнивать тон кожи Даниэля каким-то раствором из чёрной непрозрачной баночки.
– И это тоже ты говоришь мне каждое утро.
– Не дёргайся, – Рина взяла короля за подбородок и приподняла его голову. – И каждое утро у меня создаётся ощущение, что ты не Элеон. Уже прошло два года, и ты ни разу ни с кем не спал, это на тебя не похоже.
– Откуда ты можешь это знать? – Даниэль вновь дёрнул головой, чтобы посмотреть куртизанке в глаза.
– Не дёргайся, – Рина пару раз игриво шлёпнула короля по щеке. – Правда задаёшь этот вопрос мне? Мне бы и не знать. В любом случае, я переживаю за тебя, Элеон. Ты стал каким-то другим.
– Это плохо?
– Не знаю. Для меня плохо, для королевства, пожалуй, напротив. Просто я скучаю по тому Элеону, которым ты был, и не понимаю, почему ты так резко изменился.
– А вот я заметил, что ты ещё сильнее сблизилась с Нилом в последнее время, – Даниэль вопросительно приподнял свои брови, из-за чего куртизанка убрала кисточку от его лица.
– Ревнуешь? – на лице Рины заиграла озорная улыбка.
– Года два назад я был бы этому рад, но сейчас…
– Почему ты стал так холодно к нему относиться? Что между вами двумя произошло?
– Не могу точно сказать, просто есть кое-что, что меня очень сильно волнует, – Даниэль взъерошил свои кудряшки на затылке.
– У тебя паранойя из-за Лоуры? – куртизанка ткнула лоб короля кисточкой.
– Проблема в другом, но можно и так сказать.
– Ты слишком много скрываешь, Элеон.
– Рина, – Даниэль посмотрел девушке в глаза, – тебе не стоит обо мне беспокоиться.
– Но я хочу о тебе беспокоиться, иначе для чего мне вообще существовать?
– Для себя, волнуйся о себе, – король был благодарен Рине за поддержку и компанию, но его тяготила мысль, что она по-прежнему была влюблена в Элеона.
– Я до сих пор не понимаю твоего отношения ко мне. Отчего ты оставил меня во дворце, зная, что я сделала? Ты ведь знаешь, что я была в сговоре с Джейдом, – Рина продолжила замазывать синяки Даниэля.
– Ты, конечно, была с ним в сговоре, однако я решил, что куда сложнее найти людей, которым я буду полноценно доверять, чем окружить себя теми, от которых я уже знаю, чего можно ожидать, – на лице Даниэля не отражалось ни единой эмоции.
– Звучит скверно. Я-то думала, что смогла как-то реабилитироваться, ухаживая за тобой днями и ночами на протяжении практически месяца.
– И я уже поблагодарил тебя за это. Я не даю людям вторых шансов и запоминаю то, что они сделали, – тело Даниэля на мгновение напряглось, а затем вновь расслабилось. – Я лишь смиряюсь с их ошибками и не верю в то, что они навсегда исправились и стали белыми и пушистыми.
– Любишь ты наговорить приятных вещей с утра пораньше.
– Я ничего такого не сказал.
– Как же, – Рина разочарованно вздохнула, – как думаешь, насколько скоро ты вернёшься?
– Честно, не знаю. Надеюсь, что скоро.
– Надеюсь, что ты вернёшься целым и невредимым. И… – Рина заколебалась, – ладно, скажу. Мне кажется, что тебе всё-таки нужно поговорить с Нилом и всё прояснить. Явно между вами что-то произошло…
– Он успел уже поплакаться тебе? – Даниэль резко отдёрнул руку Рины от своего лица, и та удивлённо посмотрела на него.
– Я и сама вижу ваши отношения. Женщины куда наблюдательнее, чем тебе кажется.
– Я рад, что ты умеешь видеть, но есть вещи, которые тебя касаться не должны, – голос короля стал резким и грубым, он вновь выпустил все свои шипы, неосознанно защищаясь.
– Элеон, переставай уже. Делаешь вид, что ты такой холодный и недоступный, словно я не видела, каким ты можешь быть.
– Рина, не переходи границы дозволенного.