Алина Аркади – Сова (страница 4)
Поднимаюсь в квартиру, скинув обувь и сумку, чтобы добраться до кухни и, подогнув ноги, застыть на стуле. Темно и тихо. Мысли вьются бешеной каруселью, наконец, позволив собрать всё воедино. Анфиса жива – это главное. Где-то в районе солнечного сплетения разливается приятное тепло, и я даже беру телефон, чтобы набрать Артёма и обрадовать, но затем откладываю, понимая, что, позвонив в час ночи, нарвусь на его равнодушие и недовольство Светочки. Он мне не помощник – после похищения им не был, а сейчас тем более. И если я поделюсь тем, что задумала, получу в ответ лишь непонимание и дежурные слова – надо смириться. А я не хочу дышать, есть, спать, зная, что могла что-то сделать, но опустила руки и позволила своему ребёнку остаться в чужой стране с незнакомыми людьми.
Я храбрилась перед Грековым, но сейчас принимаю, что боюсь. Плохо представляю, как происходят эти перевозки. Длительное время наедине с человеком, которого ты впервые видишь. Каким он будет? И стоит ли ему рассказывать, с какой целью я направляюсь в Чехию? А если не рассказать, как он поможет? И вообще, может ли помочь? Семён Андреевич прав: мне необходима помощь на месте, но как обозначить данный момент заранее? И проникнется ли Перевозчик моей бедой? А если нет? Как выкручиваться в одиночку?
Просматриваю в поисковике расстояние до Чехии. Полторы тысячи километров в ограниченном пространстве с человеком, которого я увижу впервые. Как отдыхать, есть, спать, переодеваться?
Кстати… Тороплюсь в комнату, чтобы достать сумку и сложить вещи. Самое необходимое, удобное, простое. Мне могут позвонить в любой момент или не позвонить вообще… Будем надеяться, что кто-то заинтересуется моей заявкой. Тут же заглядываю в приложение, чтобы увидеть сумму на счёте. И сразу выставляю на продажу машину. Я без неё обойдусь, а запас необходим, если возникнут трудности, требующие средств.
Ещё долго не сплю, прикидывая возможные варианты развития событий, но на самом деле все они из серии моих предположений. Но план действий определяю: продать машину как можно скорее; предупредить директора, что я могу уехать в любой момент; обменять рубли на доллары. А об остальном подумаю завтра.
Глава 3
Алексей
– Можно?
Как помощник Фелера я могу входить в кабинет без стука, но из раза в раз спрашиваю, даже спустя пять лет. Он лишь жестом указывает на стул, который предназначен для меня с того момента, когда я стал его правой рукой.
Он сосредоточен и напряжён, о чём свидетельствуют сцепленные за спиной руки. Иду вдоль стола, который всем, кто оказывается здесь впервые, кажется бесконечным. На самом деле его длина составляет девять метров, и установлен он с определённой целью: каждый, кто безразличен главе Организации, занимает место на противоположном конце, тем самым понимая отношение Фелера. Правила давно установлены и изучены.
– Знаешь её?
Вручает планшет, на экране которого фотография женщины. Приятное лицо: полные губы, прямой нос с чуть заострённым кончиком, родинка над бровью и большие выразительные карие глаза. Или они зелёные? Увеличиваю изображение, чтобы отметить интересный цвет.
– Нет. А должен?
– Смахни вправо.
Что и делаю, пробегая взглядом по строкам и понимая, по какой причине мне адресован вопрос.
– Сычёва Юлия Марсовна. Мы однофамильцы. Фамилия не редкая.
– То есть она не имеет отношения к тебе?
– Вопрос неверный, – пролистываю ниже, – потому как, скорее, спросить нужно о муже. Её девичья фамилия Герт.
– А он тебе знаком? – Ещё одно движение, и передо мной мужчина за тридцать вполне обычной наружности.
– Тоже нет. А в чём дело? Есть проблемы?
– Пару недель назад в систему поступил запрос на перевозку. От неё, – указывает на планшет в моих руках. – Человек новый, поэтому проверка стандартная. Обычная биография: родилась, училась, вышла замуж. Разведена, есть дочь четырёх лет, живёт в собственной квартире, работает поваром в ресторане. В связях с криминальными элементами замечена не была, правонарушений не имеется. Обычная жизнь рядового гражданина. И в связи с этим возникает вопрос: зачем на первый взгляд обычной женщине оставлять заявку на перевозку в Чехию?
– В Чехию?
Фелер всегда основательно подходит к «приёму» новых клиентов, и если у него возникают вопросы, то, как правило, интуиция его не подводит.
– И что мешает Сычёвой Юлии купить билет на самолёт и через несколько часов оказаться в нужном месте?
– Ничего.
– Именно. Но вместо этого запрос закидывали трижды за две недели. Указан номер телефона и даже адрес проживания.
– Смело, – Как правило, наши клиенты основные данные скрывают либо заменяют иными, и в случае слива отыскать их можно с трудом. – И сразу второй вопрос: не от случайного же прохожего она узнала об Организации? Нас не найдёшь в поисковике или рекламных буклетах. Её должны были направить, а лучше замолвить словечко.
– И замолвили. – Оскал Фелера не сулит ничего хорошего.
– Кто?
– Не поверишь – менты.
Возвращаюсь к фото однофамилицы, внимательно осматривая, а затем детально изучаю данные, не находя тёмных пятен и нестыковок. И вопрос главы мне ясен, как и непонимание обращения к нам.
– Кто-то ответил на заявку?
– Нет, конечно, – фыркнув, поднимается, прохаживаясь вдоль бесконечного стола. – Недавние события ещё не забылись. – И сейчас он говорит об устранённом Перевозчике, но, зная Фелера, понимаю: смотрит далеко вперёд. – Не прошло и месяца, как на твоём месте сидел Амат, а напротив Меркулов. И участь последнего нам известна, а также тех, кто использовал Организацию для ведения собственного «бизнеса». Я заинтересован в том, чтобы работать спокойно, и кандидатура Вертилова, вылезшего непонятно откуда, меня не радовала. Но Амат решил все вопросы, автоматически сделав хозяином земли Кротова. Меня он устраивает: адекватный, основательный, считающийся с правилами и чётко соблюдающий договорённости. Да, теперь Кротов обязан часть отдавать Парето, но требование обосновано, потому как именно его люди сделали всю грязную работу, позволив стать хозяином.
– Какое отношение к этому имеет Сычёва?
– Как думаешь, может она быть подсадной уткой?
– Если только слишком откровенной. – Фелер смотрит вопросительно. – Если кто-то стремится «рассмотреть» Организацию изнутри, то хорошая девочка Юля без тёмных пятен и сложностей с законом вызывает
– А если так задумано? – Он возвращается в кресло, и я отмечаю, что градус напряжения снижается. – Не подумать на того, на кого невозможно не подумать.
– К чему вы ведёте? – И я ведь понимаю, что данный разговор идёт к уже сделанным выводам.
– Я хочу, чтобы ты её проверил. Лично. Как живёт, чем дышит и с какой целью стремится в Чехию.
– И как вы предлагаете мне это узнать? Спросить?
– А почему нет? Возможно, подобного она ожидает меньше всего. Вопрос – ответ. Посмотришь на живую реакцию, на основании чего сделаешь выводы.
И Фелер знает, что подобный момент самый эффективный, особенно в отношении женщин.
– Не проще просто отправить в чёрный список? – Я не горю желанием выяснять подробности жизни какой-то женщины, показавшейся Фелеру подозрительной.
– Проще, но я не хочу жить с мыслью, что под меня копают. Что-то назревает, – постукивает пальцами по столу, уставившись в несуществующую точку. – Кожей чувствую.
Интуиция главу не подводит, а после инцидентов с дочерьми, он стал прощупывать окружение более основательно, улавливая изменения и предугадывая реакции.
– Понял.
Споры бессмысленны, если глава определил порядок действий. Поэтому забираю планшет и, отправившись в кабинет, просматриваю повторно фото и данные. Нахожу профиль в социальной сети, отметив, что на всех публикациях Юлия одна или с дочкой. Девочка похожа на неё: овальное лицо, выразительный взгляд, тёмные вьющиеся волосы. И ничего – ни старших родственников, ни мужа, пусть и бывшего. Редкие фото ресторана с названием «Антик», который является местом её работы.
Взглянув на часы, отмечаю, что пропустил ужин, поэтому решаю отправиться в заведение, где трудится Юлия. Не знаю, работает ли она сегодня, но осмотреть место стоит. И уже через двадцать минут останавливаюсь на парковке, отметив, что заведение вполне приличное, судя по припаркованным автомобилям.
Занимаю стол у окна, выбрав два блюда и кофе. И пока жду заказ, осматриваюсь, наблюдая за посетителями. Почти все столы заняты, что свидетельствует о хорошей наполняемости, но затем вспоминаю, что сегодня пятница, и становится понятным засилье парочек. Неспешно поглощаю еду, отмечая, что готовят здесь довольно вкусно, и если это работа Юлии, она заслужила похвалу. А затем реагирую на движение и вижу её, направляющуюся к соседнему от меня столу. Пара благодарит повара за прекрасный ужин, в ответ получая скромное «спасибо» и милую улыбку. Юлия приветлива, жесты плавные, язык тела говорит о спокойствии, она беседует с гостями, рассказывая о блюдах. Довольно привлекательна при детальной оценке: тонкая, но не лишённая форм, фигура, стройные ноги, завораживающая грациозность в движениях.
Вероятно, слишком откровенно её изучаю, потому как она озирается в попытке найти того, кто ею заинтересовался. Перемещаю внимание на бармена, довольно эмоционально беседующего с гостем, а затем провожаю взглядом Юлию, когда она покидает зал.