Алим Тыналин – Не отступать и не сдаваться (страница 38)

– У вас было оружие? – спросил я. – Пистолет или нож?

Старик показал мне загорелые морщинистые кулаки.

– Вот, что у меня тогда было. Только мои кулаки. Так же, как у тебя завтра. Так вот, иду я на него, иду, а он и не шелохнется. А когда я подошел ближе, оказалось, что это просто дерево на тропинке, причудливой формы. В темноте его можно было принять за человека.

Он замолчал, вспоминая те времена, и усмехнулся.

– Вот видишь? На самом деле нет ничего опаснее воображения. С тех пор, сталкиваясь с опасностью, я всегда уверенно говорю себе, что это просто дерево причудливой формы, стоящее на моем пути. И не более того. И ты знаешь, это всегда помогает. Если ты воображаешь, что твой враг сильнее тебя, то так и будет. Если ты воображаешь, что ты его победишь, то тоже так и будет.

– Значит, можно сказать, что врага и вообще не существует? – спросил я, вспомнив свои скудные познания в дзен-буддизме.

Тренер покачал головой.

– Как это не существует? Он вполне реален. Просто не надо заведомо считать его сильнее себя, вот и все. Так, а чего ты стоишь? Давай быстрее на тренировку.

Я вздохнул и отправился в дом.

Глава 22. Новое увечье

Сказать, чтобы я сильно воодушевился и горел желанием ринуться в бой, после тренировки у Касдаманова – такого не было. Но зато не было и другого – чувства тревоги за завтрашний бой.

Куда-то испарилось и волнение. Действительно, ведь я знал этого гребаного Мазурова всего пару дней. Все мои мнения о нем основывались на суждениях других людей. Ну, может, еще на наблюдении за его крайне эффектным нокаутирующим завершением того боя. А ведь все это могло быть преувеличением. Я не знал Мазурова достаточно хорошо, чтобы составить о нем верное мнение.

С другой стороны, недооценивать противника, пожалуй, еще хуже, чем переоценивать. Мне не надо считать Мазурова тупым недоумком. Наоборот, я должен продолжать считать его отличным бойцом. Вот только не надо при этом опасаться его.

Такие выводы я сделал после тренировки с Касдамановым. И вот в каком настроении я собирался выйти завтра на ринг. В любом случае я не собирался поднимать лапки вверх и добровольно сдаваться будущему великому чемпиону.

Время уже вечернее. В морозном небе мерцали звезды. Я шел по городскому поселку, где жил Касдаманов.

Вдыхал холодный воздух, набирая полную грудь. Оглядывался. Вдали протяжно, как волки, выли собаки. Где-то звучала музыка, хриплый голос пел под гитару. По звуку слышно, что это радио. Под ногами хрустел снег.

Если захотеть, здесь можно отлично устроиться. В этом времени я имею в виду. Даже без интернета и гамбургеров. Без банковских карточек и пультов дистанционного управления.

Люди хорошие и открытые. Искренние. Говорят, что думают. Надеются на светлое будущее, на коммунистический рай в двадцать первом веке. Любят и ненавидят от души, по полной, не так иронично и мудро, как в ближайшем будущем. Хорошо, что я не угодил в эпоху Средневековья или вообще в доисторический век.

А потом моя идиллия оказалась нарушена. В кустах послышалось рычание. С обочины на дорогу высыпали темные мохнатые клубки с напряженно задранными хвостами.

Все те же псы, целая стая. Я слышал, что на них устроили настоящую охоту местные звероловы, и думал, что с бродячими псами покончено. Ан нет, вот они. Целые и невредимые. Да еще и чертовски злые.

Вожаков осталось двое. Здоровенный кавказец с обрубком вместо хвоста, в холке мне по пояс, шерсть светло-коричневая. И второй, чуточку ниже, пегий и короткошерстный. Рядом толпилась шушера поменьше.

Псы уверенно бросились на меня. Целеустремленно, будто стая волков на загнанного лося. Я огляделся и не заметил поблизости оружия. Ни палок, ни камней.

Все вокруг покрыто снегом. Заборы высокие, гладкие. Дома за ними погружены в мертвую тишину. Ни звука, ни света, ни движения. Давайте, нападайте, собачки, рвите прохожих на куски.

Мне осталось только применить внутреннюю силу, о которой мне говорил Касдаманов. Только недавно, сегодня, после тренировки.

– Тренировки и дисциплина очень важны, – сказал он, сидя на табуретке, пока я переодевался в сухую одежду. – Но еще важнее внутренняя сила. У нас, в Советском Союзе ее не признают. Считают мистикой и выдумкой. Но я-то знаю, что она есть. Я был в Тибете и Гималаях. Сам видел, на что способны люди, владеющие ею. Я думаю, что это пока что неизвестный нам вид энергии. Но наша наука скоро его откроет. А пока что мы должны использовать ее себе во благо.

Он отпил воды из ковшика. Воду предварительно морозили во дворе, превращали в лед. Потом я приносил ее снаружи. Сейчас в ковшике блестели кусочки льда.

– Вот, положим, те самые собачки. Которые вечно тебе докучают. Смотри, в следующий раз, когда встретишь их, встань перед вожаком, собери свою энергию в мысленный кулак, посмотри ему в глаза и постарайся представить, будто ты огромный медведь. Ну, или носорог, как тебе угодно. Просто вообрази себя громадным разъяренным зверем. Так, чтобы они испугались. И вот так и действуй перед псами.

Метод интересный, но тогда я и не думал, что он пригодится так быстро. Больше того, я был уверен, что этот способ не сгодится.

– И что же будет? – спросил я скептически. – Они подожмут хвосты и разбегутся?

Касдаманов усмехнулся и отправился в свою комнату, куда мне ход был запрещен. Больше он ничего не сказал. Я как раз отправился домой и вот теперь наткнулся на злых собачек.

Ну что же, почему бы не попробовать метод, рекомендованный тренером? Мне не остается ничего другого. Попробую отогнать взбешенных псов картинкой в мозгу.

По крайней мере, буду знать, что метод не работает, когда собаки порвут меня на куски. Хоть в чем-то можно не сомневаться.

Делать было нечего, собаки уже рядом. Я сбросил сумку в снег, вытянул перед собой руки, чтобы отбиваться от собак, и уставился на вожака.

В темноте пес казался еще огромней. Он уже давно скалил клыки и рычал, а теперь зарычал еще громче. Собаки поменьше сгрудились рядом, тоже зарычали и залаяли.

Как там говорил мой безумный старик? Собери силу, представь себя могучим зверем. Ну что же, я представил себя медведем. Громадным, косматым, очень злым, из-за того, что меня подняли из берлоги зимой. Не дай бог, кто-то попадется мне на пути. Неважно, человек или зверь. Я готов разорвать его на части.

Надо же, создание мысленных образов очень увлекательное занятие. Я даже забыл на пару мгновений об опасности. И только потом заметил, что собаки притихли.

Даже вожак замолчал и перестал рычать. Опустил голову, поднял зад и, помахивая хвостом, отполз назад. Остальные тоже подались за ним.

Это было невероятно, но способ Касдаманова реально сработал. Я замер в удивлении. Затем решил погнать собак прочь. Ну, смотрите, медведь хочет вас поймать.

Подняв руки, я с рыком рванулся к собакам. Звери разбежались в стороны. Лай и рычание прекратились, только жалобное повизгивание. Даже вожак поджал хвост и скрылся в кустах. Я поглядел, как псы исчезли в кустах, постоял, изумленно качая головой, и отправился дальше.

Собаки убежали совсем, полностью и бесповоротно. Действительно, это малоизученная могущественная сила. Ее надо взять на вооружение. Вот как раз завтра и попробую на Мазурове.

По дороге домой я зашел в аптеку и купил бабушке лекарства. Надеюсь, с ней все в порядке.

Наш двор был тих и безлюден. Сапоги одиноко хрустели по снегу, когда я шел вдоль дома. Фонари горели через один.

Когда до подъезда осталось метров десять, из подворотни неподалеку вывалились две темные фигуры. Не говоря ни слова, бросились ко мне. Я заметил, что в последнее время наш уютный дворик стал для меня опасным местом. Чудеса, да и только.

Многострадальная сумка снова полетела на землю, ведь мне надо освободить руки. Остановить нападающих взглядом у меня не было времени.

Ладно, оставим эти мистические фокусы на потом. Большую часть проблем лучше решать традиционным способом, кулаками и добрым словом.

Доброе слово я использовал сразу. Мало ли, может, это лихой народ с нашего района, просто спутали меня со случайным прохожим.

– Вы на кого лезете, шакалы? Попутали, что ли? – заорал я нападающим. – Это я, Рубцов Витька! Живу здесь! Щас порву на хрен, если не отстанете!

Но нет, доброе слово их не остановило. Ну да, так и должно быть. Без подкрепления кулаком или пистолетом доброе слово бессильно. Поэтому мне пришлось вступить в неравный бой.

Габаритами и ростом нападающие лица были ненамного больше меня. Объемы их из-за полушубков тоже не разобрать. Так, плотные стремительные фигуры, летящие ко мне.

Первого я встретил прямым в голову. Он так торопился напасть на меня, что не особо заботился о защите.

Нет, он явно не боксер. От моего удара его голова откинулась назад. Я успел ударить второй рукой, и он упал. Больше я уже не мог им заниматься. В это мгновение на меня налетел его напарник.

Он толкнул меня в бок, пнул да еще и вдобавок тоже ударил кулаком по лицу. Действовал он очень быстро, по-колхозному размахивая кулаками. Я быстро оправился от его неуклюжих ударов. Отскочил в сторону, на ходу контратаковал его.

У меня получилось задеть его боковым в голову. Гораздо эффективнее, чем у него. После моих ударов он зашатался и отошел назад, стараясь сохранить равновесие.