Алика Фортис – Во власти шейха. Пленница востока. (страница 4)

– Меньше вопросов. Живее ногами шевели. – грубо подтолкнув меня в спину, заставил ускориться.

Перед тем как выйти на улицу, мне снова связали руки. Опять туго. Опять больно. Ещё предыдущие отметины не до конца сошли.

Видимо, чувства и инстинкт самосохранения не окончательно атрофировались. Самообман длится недолго. Потому что сейчас я вновь напряглась и запаниковала.

Выйдя на улицу, меня быстро доволокли до серой неприметной машины и впихнули внутрь. Но прежде чем захлопнуть дверь, Азат криво усмехнулся, а после недобро оскалился.

– Жаль, не успел тебя нагнуть. Велено было не трогать. – смотрел на меня так, что будь его воля, набросился прямо здесь и сейчас.

А у меня мороз по коже. Помню его слова, когда меня только заперли в этом месте. Не забывала их.

Знала, что до последнего биться и сопротивляться буду. Но так просто не дамся.

Видимо, удача не окончательно от меня отвернулась, раз не тронул. Но что-то подсказывало, радоваться рано. И он не единственный отморозок в моём нынешнем окружении.

Ничего не ответила. Отвернулась и вздрогнула, когда он с силой захлопнул дверь.

В машине со мной были незнакомые мужчины. Их я среди церберов не видела. Даже понять ничего не успела, когда мужчина, сидевший рядом, натянул мне на голову чёрный мешок.

Попыталась взбрыкнуть. Но когда он сжал мою шею и что-то проговорил на своём, затихла.

После того как он убрал руку, жадно хватала воздух, которого было катастрофически мало.

Первое время казалось, что и вовсе задыхаюсь. Но когда смогла немного усмирить панику, дышать стало легче.

Везли меня достаточно долго. Из машины вытаскивали всё так же с мешком на голове. Грубо держа за предплечье, практически тащили.

Увидела свет и хапнула воздуха, уже сидя в помещении. Точнее, в кабинете.

Отдалённо он чем-то напоминал больничный. Но, только отдалённо. Глаза слезились от яркого света. Но это мелочи.

В моей голове уже чего только не зародилось. Страшнее всего были мысли о том, что я стану донором органов или просто подопытным кроликом.

Дёрнулась как от удара, когда в кабинет вошла ухоженная девушка лет тридцати и высокий мужчина. Дав знак моему сопровождающему, мужчина прошёл внутрь и сел в кресло.

Охранник, который меня сюда привёл, срезал верёвку с рук и удалился.

– Здравствуй, Дарина. – произнёс он на чистом русском.

– Здравствуйте. – ответила, не скрывая удивления.

– Ты взрослая девочка. Ходить вокруг да около, не буду. – говорил, обжигая меня похотливым взглядом. – Твой брат должен мне деньги. Много денег. Он угробил поставку новых девочек. Так что отрабатывать пока придётся тебе. – мои глаза в ужасе расширились. – Ну, что так смотришь? Не знала, чем брат промышляет? Ну, ничего. Скоро увидишь всё изнутри, так сказать.

Это значит вот так Виталя ездил вахтой работать? В этом заключалась работа, приносящая деньги, на которые мы жили? От этого осознания к горлу подкатывал тошнотворный ком.

Я бы с радостью убедила себя в том, что это неправда. Но в этот раз я не игнорировала внутренний голос и доводы разума. Скорее всего, – это правда… Горькая, шокирующая, грязная и отвратная.

– Не понимаю вас. Я ничего ни у кого не брала. Следовательно, и отдавать не должна. – говорила ему, а поглядывала на женщину, которая отодвинула ширму, за которой было гинекологическое кресло.

Сейчас я отчётливо поняла, в чём будет заключаться моя отработка. С силой стиснув кулачки, попыталась выровнять дыхание.

– Ну, думаю, ты догадалась. Я не спрашиваю, Дарина. – повернув голову, обратился к женщине. – Проведи осмотр, как закончишь, позови.

Она кивнула, а мужчина, поднявшись с кресла, вышел.

После унизительного осмотра, женщина что-то заполняла, а я места себе не находила. Нужно как-то выбраться. Но, как?

– Помогите мне, пожалуйста. – начала говорить шёпотом, косясь на дверь. – Помогите выбраться. Не поступайте так со мной. Вы же тоже женщина. Вы должны понимать.

– А мне это зачем? Такие, как ты, через меня сотнями проходят. – усмехнулась, не отрывая взгляда от каких-то документов. – Ты влипла, ты и помогай себе. Но мой тебе совет: расслабься и получай удовольствие. Ни ты первая, ни ты последняя.

Поняв, что помощи от неё не ждать, окинула её ненавидящим и презрительным взглядом.

– Сука. – выплюнула ей в лицо.

– Жизнь заставит и не только сукой станешь. Поверь. – отложив бумаги, поднялась с места и позвала мужчину. – Вить! – когда мужчина зашёл, протянула ему документы. – Девочка – девственница. Чистая. Ещё кое-какие анализы взяла, но, думаю, тут проблем не возникнет. Вечером скину.

Обо мне, как о вещи. Как о товаре или неодушевлённом предмете.

Они ещё о чём-то переговаривались, но я уже толком не слушала. В голове набатом било осознание. Я попала в рабство. Моя участь – стать шлюхой в чужой стране.

Все мечты, все планы на жизнь. Всё это покрылось чёрной пеленой. Превратилось в прах. И как после всего этого жить? А будет ли у меня вообще, – это «после»?

Не помню, как выходила из кабинета, как шла по коридору. Слёзы застилали весь обзор. Пока сидела в месте своего первого заточения, думала, хуже быть не может. Может. Ещё как может.

И это «хуже» расползается по нарастающей. Каждый раз, когда кажется, что достиг максимальной обречённости и верха отвратной перспективы, появляются новые обстоятельства. И каждый раз страшнее и пугающее.

Всё самое ужасное ещё впереди. Чувствую.

Меня никто не ищет, и никто не ждёт. Надежда на брата давно угасла. Ну как так? Как?

Даже не поняла, что меня завели в какую-то комнату, пока шла, провалившись в водоворот из мыслей.

Снова новое помещение. Всё это вызывало отторжение и тошноту. И новую порцию страха.

Меня встретили ещё два мужчины и женщина. Я их даже толком не разглядела. Мне хотелось забиться в угол и исчезнуть.

– Подготовьте её. – сказал им Виктор. – Аукцион сегодня ночью. И сделайте так, чтоб на ней не было видно синяков и ссадин. За бесценок её толкать не в масть. Девочка прибыльная.

После этого ушёл, оставив меня наедине с другими монстрами.

Глава 3.

Дарина

– Идеально, золотая девочка. – кружил вокруг меня мерзкий мужчина, самодовольно разглядывая результат своих стараний.

Все они тут как коршуны. Готовы впиться когтистыми лапами и распотрошить. Их улыбки не обнадёживали. Наоборот, пугали и напрягали.

Чувствовала себя выставочным экспонатом. Нарядили меня соответствующе.

Соответствующе тому, если бы экспонатом была шлюха.

Я не ханжа, но не привыкла к подобной одежде. Всё время хотелось прикрыться, спрятать оголённые участки кожи, которых было слишком много. Хотя, возможно это по тому, что я знаю, где нахожусь и для чего именно. Оттого и желание спрятать тело, которое сегодня ассоциируется с куском мяса.

Бордовый огрызок платья обжигал кожу. Какими-то деталями оно было похоже на восточное одеяние. Но слишком откровенное и открытое для здешних мест.

Такое, блядское, но с едва ощутимой претензией на непорочность.

На запястьях широкие браслеты, маскирующие следы оставленные верёвкой. Эти синюшные борозды было непросто припрятать.

– Готова! – крикнул мой «стилист» в приоткрытую дверь. – Можете забирать!

После этого меня тут же вывели.

– Чем покорнее ты будешь, тем безболезненнее будет твоё существование. Помни это. И, давай, без фокусов там. – услышала обращённые ко мне слова Виктора, а после он достал шприц и приподнял его на уровень моих глаз. – Будешь проявлять гонор как сегодня вечером, обычной оплеухой не отделаешься. На кону твоя жизнь и моя репутация. Ты хоть товар и дорогой, но не бесценный.

Да, сегодня вечером я получила затрещину, что до сих пор немного мутит и голова тяжёлая. Пыталась сбежать.

Неудачно.

Потом долго брыкалась и сопротивлялась, пока меня волокли к Виктору. Кричала. Снова плакала.

Подсознательно понимала, что не получится сбежать. Здесь охраны валом. Везде замки и решётки. Но, надежда, как говорится, умирает последней.

После того как Виктор прочитал мне лекцию о правилах поведения на аукционе, его помощник вытолкнул меня на небольшую сцену.

Яркий свет слепил. Чьи-то сальные взгляды были ощутимы на расстоянии. Я даже не видела их обладателей, но физически чувствовала кожей.