Алика Фортис – Брак по принуждению. Он вне закона (страница 10)

– Со мной всё нормально! – повысив голос, испепелял врача взглядом. Сука, неужели так туго доходит вопрос, что прямого ответа хер дождёшься. – Она как?

– Надышалась дымом. В целом состояние терпимое. Но из-за интоксикации всё же нужна госпитализация.

Разродился док и принялся измерять Олесе давление.

Пока они возились с ней, вернулся к Стасу и мудофелу Мише.

– Стас, пробей из-за чего случилось возгорание, и не связано ли всё это с покушением.

Чуйка орала, что не всё так просто. Привык доверять чутью. Может, я и ошибаюсь. Но лучше перебдеть.

– Сделаю, шеф. Но не думаю, что это покушение. Слишком топорно. Нахера поджигать клуб? Много палева, плюс, отсутствие гарантий, что это бы наверняка устранило девушку.

– Тебе не надо думать. Просто сделай, что я говорю.

Он согласно кивнул и уверил, что к утру отчёт будет у меня.

Резон в его словах был. Вряд ли покушение состряпали так сыро. Но, чем чёрт не шутит.

Если же это просто случайность, то я всё равно должен знать, что здесь произошло. Я не шутил, когда думал сровнять это место с землёй.

Вернувшись к скорой, погрузился в машину, как раз тогда, когда Олесю укладывали на передвижные носилки внутри салона.

– Вы кем постращавшей приходитесь?

– Муж. – ответил сухо и односложно.

Олеся же, прикрыв веки, повернула голову набок.

Глава 7.1

Олеся

Глупая была затея – сбежать от охраны и рвануть на день рождения Маришки. Но это я сейчас правильные мысли в голове гоняю. Тогда-то хотелось характер проявить.

Проявила. Что теперь лежу в больничной палате и до сих пор чувствую привкус гари во рту.

Страшно было. До животного ужаса страшно. Думала, всё, так и останусь на кафельном полу задымлённого помещения. Никому не нужная.

Я тогда плохо соображала. Нахваталась дыма, из-за чего будто не в себе была. Когда Давида увидела, думала, галлюцинации. Как? Откуда? Только сидя в машине скорой окончательно поняла, что это действительно он, а не моё больное воображение.

Относиться к нему лучше не стала. Но, благодарна была. Искренне. Потому что если бы не он, вряд ли всё закончилось так, как закончилось.

Пока лежала с капельницей, пялясь в потолок, не заметила, как открылась дверь в палату.

– Ты как? – простой, казалось бы, вопрос. Но даже им Райс вывел меня из равновесия.

А виной тому его взгляд. Колючий, жалящий. Смотрю на него, и невольно мысль проносится, что спас меня только для того, чтоб своими руками удавить.

– Нормально. – ответила, пытаясь подавить приступ кашля.

– До утра пробудешь тут. Потом домой. – припечатал холодно.

После этого прошёл вперёд, взял стул и, развернув его спинкой вперёд, сел, положив на спинку сцепленные в замок руки.

Смотрел на меня пристально. Наверное, никогда не привыкну к его давящей энергетике. Не представляю, как перестроиться и нормально существовать с ним в одном пространстве. Непосильная задача.

– Ты же понимаешь, что эта выходка не сойдёт тебе с рук?

Сейчас понимаю, конечно. Особенно отчётливо. Но зато когда через запасной выход выбегала у универа, вообще об этом не думала. Равно как и не думала, когда прыгнула в маршрутку и рванула к Марине.

Когда собирались у неё дома, на каком-то непонятном адреналине была. В клубе он ещё не отпускал. Но зато теперь быстро сдалась.

Тогда казалось, что я хапнула желанной свободы. Сейчас же осознаю, какая я дура. Просто беспросветная.

Говорить ему ничего не стала. Только вяло кивнула, показывая, что понимаю.

– Уже неплохо. С этого дня у тебя один маршрут: учёба, дом, дом, учёба. К тебе будет проставлена другая охрана. Никаких подружек. Отгуляла на годы вперёд. Остальное узнаешь, когда выпишут. И вряд ли тебе понравится.

Каждое его слово, как гвоздь в крышку гроба.

– А к родителям же ездить можно иногда? – ну не может же он меня на привязь посадить? Хоть какая-то жизнь у меня должна быть.

– Ты меня невнимательно слушала? – задал вопрос, хрустнув шеей.

– Но… – попыталась возразить, но, тщетно.

– Никаких но. Хватит Олеся. Ты не в детском саду. Взяв мою фамилию и переступив порог моего дома, ты заочно приняла правила. – чеканил каждое слово жёстко и бескомпромиссно.

– Как будто я о твоей фамилии мечтала! – повысила голос и снова закашлялась.

– Меня это не интересует, мечтала или нет. По факту, ты Райс. Другого не дано. И будь добра, научись следовать правилам. Я говорю, ты делаешь. Ещё одна подобная выходка, будешь сидеть на домашнем обучении, не высовывая носа за пределы дома. И если тебя отец не порол, то я начну. Поверь.

С таким выражением лица говорил, будто с трудом себя сдерживает начать пороть прямо сейчас.

– Хороший ты мужик, раз позволишь себе поднять руку на девушку. – огрызнулась, снова теряя точку опоры.

– Язык прикуси. Если не хочешь, чтоб прямо сейчас заткнул тебе рот членом.

Я вспыхнула как спичка. Оказывается, ещё очень свежи воспоминания о брачной ночи. Благо, за всю прошедшую неделю он ко мне не прикоснулся. Рада бы была, чтоб так было и дальше. Но, не обманываюсь. Ему плевать, чего хочу я.

– Какой же ты грубиян. Мне противно рядом с тобой одним воздухом дышать. – выплюнула, жадно хватая ртом тот самый воздух.

– Радуйся, что в принципе дышишь. – на этом поднялся на ноги и, поставив стул на место, направился к двери. – Советую сделать выводы и поумерить пыл, пока хвост не прищемило.

Сказал напоследок и вышел из палаты. А я, прикрыв глаза, попыталась взять себя в руки. Он будто заточен под то, чтоб выводить меня из равновесия.

Тиран. Самый настоящий. Грубый, непробиваемый и холодный.

Не знаю, какой степенью слабоумия нужно обладать, чтоб такого полюбить! Да что там, чтоб хотя бы рядом находиться без вязкого чувства досады.

Вроде бы я ему благодарна. Даже прониклась самоотверженностью и тем, как вытаскивал меня из пожара. Но, блин… его жёсткость перекрывает всё это.

Мой нескончаемый поток мыслей прервала медсестра, пришедшая вытащить из катетера иглу капельницы.

А потом, израсходовав весь ресурс сил, я просто отключилась.

Очнулась от ощущения, что в палате я не одна. Открыв глаза, в этом убедилась.

В кресле, стоящем в углу палаты, сидел здоровый мужик. Что-то изучал в телефоне. Двигал пальцами татуированных рук по экрану.

Сразу ясно, к какому кругу имеет принадлежность.

– О, проснулась. – хмыкнул и, поднявшись на ноги, убрал телефон в карман джинсов.

– А вы… – немного растерялась даже.

– Твоя охрана.

Даже удивило его «ты». Тот предыдущий, Махаил, обращался ко мне на «вы». Пусть и без уважения, что явно читалось в интонациях, но так внаглую не переступал границы. А этот говорит со мной так, будто я моль какая-то.

– В таком случае, сидеть у меня в палате не обязательно. Охраняй под дверью. С той стороны.

Тоже не стала соблюдать рамок приличия и начала тыкать.

– Я ж не Миха. Привыкай, хозяйка, я теперь тебе в спину дышать буду. – произнесённое им «хозяйка», неприятно царапнуло. Он будто глумился надо мной и даже не пытался этого скрыть.

– Не Миха, выйди вон. – пыталась скрыть нервозность в голосе, но выходило, откровенно говоря, паршиво.