Альгирдас Кугявичус – Волк-заяц-волк. Бесчинства криминалистики (страница 1)

Размер шрифта:

18px

Альгирдас КугявичусВолк-заяц-волк. Бесчинства криминалистики

Предисловие

Есть в настоящее время такая тенденция – создание сюжетов на основе реальных событий. Общество всегда интересуется жизнью знаменитостей – это вызывает интерес, поднимает рейтинги просмотров контента и приносит хорошую прибыль. Но в том, что касается таких преступников, как перверты, убийцы, в том числе серийные, и педофилы, происходит искажение фактов от первых лиц. Сюжет строится вокруг личности преступника, его ежедневной жизни «прекрасного семьянина, хорошего работника и верного друга» и его темной, извращенной стороны. Подобный дуализм взглядов стирает четкие рамки нравственности и морали, смещая фокус внимания с уголовного наказания и общественного порицания на возможность присвоения преступнику статуса знаменитости. Выбор актеров режиссерами происходит согласно физическим данным перверта-преступника для трансляции более реалистичной картины, обращая внимание даже на определенные «странности», такие как нервный тик лица, хромание, прищур и т. п. Здесь имеются в виду фильмы, сериалы, детективные короткометражки, построенные на реальных событиях. Актер в точности повторяет движения уголовного преступника, подробно подражая, что может повлиять на восприятие обществом преступника. Жертвы в таких историях проходят фоном, без изложения их предыстории и рассказа о счастливом будущем, которого они желали. Сам факт насилия в детальном изложении кадрами кинематографа позволяет развратить даже самых критичных граждан, позволяя усомниться в допустимости допустимого.

Жертва неинтересна – примерять на себя чужую боль продюсерам и блогерам невыгодно, общество устает от психологического давления испытываемых чувств, предпочитая не углубляться в процессы присвоения и отождествления. Сломанные детские судьбы, будущее жертв никого не интересуют.

Общественное порицание потеряло свою суть, а уголовные дела просто стали способом наживы, монетизации и славы. «Волк – заяц – волк» – это замещение первичных эмоций жертвы холодным расчетом преступного побуждения перверсии.

Уголовное право в сочетании с алхимией и ее способами познания дает возможность рассмотреть такую проблему общества, как педофилия, и причинно-следственную связь будущих последствий в жизни жертвы.

Бесконечная спираль событий

Сегодня мы сталкиваемся с тем, что на просторах Интернета можно ознакомиться с огромным количеством уголовных дел, и этот факт приводит к определенным заблуждениям общественной морали и нравственности относительно самого термина «преступник».

Мир Интернета разнообразен, что приносит и пользу, и вред, но в настоящее время в нем наблюдается склонность к более развратному, извращенному понятию популярности и способам ее достижения.

Возможность заявить о себе сидя дома в пижаме стала проще, чем приготовить завтрак. Достаточно зайти онлайн в любую из многочисленных открытых социальных сетей, ошеломить публику, сделав неординарное заявление, или же подхватить обсуждение звезд шоу-бизнеса – и ваши рейтинги начнут расти, причем уже нет необходимости создавать красивую картинку, наоборот: чем она примитивнее, тем более аттрактивна, привлекательна для обычного, среднестатистического гражданина.

Но рынок уже переполнен контентом такого рода, и в настоящий момент обществу интересна тематика подлинной истории, true history – сюжета, построенного на реальных событиях из жизни личности, чем-то зарекомендовавшей себя в обществе. Это может быть политический деятель, impresario или бизнесмен, певец или актер, преступник, серийный убийца, capo de la mafia, бандитские группировки определенного исторического времени и их разборки. В основном чем хуже герой сериала, фильма или видеорепортажа, тем больший ажиотаж он вызывает у публики, причем положительный. Общество, ввиду постоянной трансляции и инсинуации разнообразного контента данной тематики, раз от раза становится всё более толерантным к извращениям. Таким образом, мораль и нравственность, допустимость допустимого размываются и уже не имеют четких границ.

Романтизация отрицательного героя, постфактум убивающего практически всех не виновных в его судьбе людей, порой сопровождается отрешенной любовью к определенному человеку, таким образом оправдывая его безнравственные поступки. Происходит закалка терпимости общества к жестокости, в частности к жестокости при достижении собственных целей. Таким образом, отдельная личность после инсинуации представленной тематики задумывается о собственном эго, материальных благах и пути их достижения, сексуальном и телесном удовлетворении. С данной позиции индивида невозможно обладать таким качеством, как гуманность.

Многие профессии – психолог, журналист, нарколог, адвокат и т. д. – перешли в социальные сети, появились авторские каналы для дополнительного заработка и привлечения клиентов за счет демонстрации своих навыков разбора личности преступника, педофила, психопата, серийного маньяка, убийцы, сексуального извращенца. При этом их авторы выбирают наиболее нашумевшие имена и события, представляя обществу часовые разговоры о полной биографии и деятельности дефектного субъекта. Таким образом, от профессии они оставляют не более чем шоу-бизнес, портя свою репутацию искривленной моралью по отношению к жертвам – женщинам и детям, потерпевшим от действий преступника.

Но многим авторам каналов важнее набрать огромное количество подписчиков, получать пассивный доход и кататься по миру в качестве туриста или иноагента, не неся никакой ответственности перед общественностью за искажение правовой культуры и правосознания. При этом многие социальные сети имеют свои регламенты, которые, в случае если контент связан с определенными темами, обязывают маркировать его знаком возрастной категории «18+»; к сожалению, несовершеннолетние тоже имеют возможность выхода в Интернет, и данное предупреждение не ограничивает их интерес к контенту о маньяках, педофилах и пр.

Дело в том, что сегодняшние дети имеют ранние сексуальные связи, и причиной этого могут служить разные факторы. Конечно, наличие свободного доступа к Интернету находит свое отражение в допустимости разврата и информированности в сексуальной тематике, не относящихся к возрастным биологическим циклам развития.

Множество блогеров строят свою карьеру, освещая уголовные преступления. Они копаются в архивах уголовных дел, навещают преступника, заключенного в местах лишения свободы, договариваются об интервью с серийным убийцей или педофилом, заключают с ним сделку о публикации книги, съемке фильма, авторских правах на данную уголовную историю, не осознавая, что этот человек общественно порицаем и не имеет права быть популярным, а тем более получать за содеянное гонорар.

Уголовное наказание – это мера государственного воздействия, применяемая к лицу, признанному виновным в совершении преступления. Популяризация осужденного неуместна в обществе при исполнении наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления, а также за педофилию.

Воспитание общественности напрямую зависит от того, что ей транслируют средства массовой информации. Популяризация преступников приводит к еще более масштабному появлению новых, извращенных форм правонарушений, когда последователи учатся на примере поданной информации и учитывают ошибки их кумира. Съемки фильма о педофиле, где показывается его быт, то, как он одевался, общался, заводил семью и параллельно выбирал в жертвы чужих детей, а возращаясь домой справлял дни рождения и Новый год, – эти съемки являются корреляцией моральности. Подробно передаются эмоции и личностные качества преступника, его взгляд и голос, а жизнь жертв подается как утрированный фоновый контекст, вкратце, не заостряя внимание зрителей на том, что она состояла из своих событий, быта, у жертв были родители, они мечтали кем-то стать, чтобы приносить пользу обществу. Такие сюжеты вызывают нездоровый и аморальный интерес к перверсии как к возможности открыть параллельный мир вседозволенности.

Жертвы становятся фоном криминальных историй, им, к сожалению, уделяют небольшое внимание, указывая, кем они были. Последствия преступлений для семей, переживших утрату любимого человека, невинного, не имеющего никакого отношения к извращенцу, не вызывают общественный интерес. Ответственность, которую должен нести уголовный преступник за причиненный ущерб жертве, переносится на плечи ее близких родственников, как и расходы, связанные с восстановлением личности и ее быта: экономические, социальные, моральные, психологические, общественные.

Поимка, судебное разбирательство, вынесение и исполнение приговора для уголовного преступника означают приобретение крова, горячей воды и питания до конца срока отбывания наказания. При этом жертва и ее семья, в случае с педофилией, должны пожизненно сами заботиться о себе и обо всех вытекающих психических последствиях приобретенного негативного опыта насилия.

Наблюдая ежедневно вновь созданные фильмы о данных видах преступлений и подробные описания совершенного насилия во всех источниках информации, жертва не имеет возможности скрыться от этого, если уголовное дело относительно свежее. Происходит постоянное напоминание и инсинуация пережитых событий, что затрудняет повседневный быт жертвы по месту жительства. Справедливость не может быть реализована при возможной «звездности» педофила.