Альфред Шклярский – Томек среди охотников за человеческими головами (страница 15)
– У меня есть основания для выбора кого-нибудь другого, – решительно заявил Новицкий. – Вы, по-видимому, будете больше необходимы здесь.
Говоря это, капитан скользнул взглядом по лицам остальных членов экипажа.
– Анджей! – сказал Новицкий после минутного молчания. – Возьми с собой Бентли и Балмора. Постарайся проверить, что происходит на той калоше! Спустить шлюпку! Оружие взять только одному Вильмовскому!
– Ты с ума сошел! – прошипел Смуга прямо в ухо капитану. – В случае опасности эти трое ничего не сделают!
– Помолчи-ка! – потребовал Новицкий. – Вот в этом-то и дело!
Вскоре шлюпка уже колыхалась на воде лагуны. Вильмовский последним поднялся на ступеньки штормтрапа. Новицкий нагнулся к нему и что-то тихо сказал. Вильмовский выслушал его, кивнул в знак согласия и шепнул:
– Ты правильно поступил, уж я знаю, что делать!
– Скорее! Вам надо успеть еще до начала бури, – громко крикнул капитан.
Бентли и Балмор сели на весла. Вильмовский взялся за руль. Шлюпка стала отходить от яхты. Томек подошел к Смуге:
– Почему капитан был так невежлив с вами? Какая муха его укусила?
– Его право, он здесь начальник, – спокойно ответил Смуга. – Во всяком случае, он доказал, что умеет мыслить логически.
– Я вас не понимаю…
– Приготовить винтовки! – послышалась команда капитана.
Добровольцы, находившиеся на шлюпке, уже не могли слышать эту команду. Они молча подходили к совершенно, казалось, безжизненному кораблю. Все быстрее работали веслами. Темнота сгущалась, в душной атмосфере чувствовалась тишина, какая бывает перед бурей. Когда они пристали к левому борту судна, Вильмовскому пришлось зажечь фонарь. Ажурная балюстрада фальшборта находилась на высоте трех метров над уровнем воды.
Вильмовский бросил вверх крюк с прикрепленной к нему веревкой. Крюк зацепился за борт только после второго броска. Вильмовский с помощью товарищей взобрался на борт. Вслед за ним там очутились Бентли и Балмор. Они привязали шлюпку к поручням и последовали за Вильмовским, который уже начал обследовать палубу судна.
Вдруг Вильмовский остановился над люком, закрытым деревянной крышкой. Ему показалось, что оттуда доносятся приглушенные голоса.
– Поднимите крышку, я вам посвечу, – шепнул он друзьям.
Они с усилием подняли один конец крышки. Вильмовский сунул руку с фонарем внутрь лаза. В слабом свете фонаря видны были человеческие фигуры, сидящие на полу помещения. Их ноги были продеты в двойные деревянные колоды и закованы в железо. Из мрачного отверстия повеяло невероятно тяжелым, спертым воздухом.
– Судно работорговцев! – тихо воскликнул Вильмовский, пораженный небывалым открытием.
Он отступил на шаг, пытаясь достать револьвер. Его товарищи, изумленные не меньше, чем он, выпустили крышку из рук. Она упала с глухим стуком.
В этот момент резко распахнулась дверь надстройки на носу судна. Добровольцы увидели группу вооруженных людей.
– Руки вверх, если вам жизнь дорога! – грозно крикнул по-английски широкоплечий великан, целясь в них из револьвера.
Бентли и Балмор подчинились приказу машинально, но Вильмовский храбро вышел на несколько шагов вперед и возмущенно заявил:
– Я офицер судна, идущего под английским флагом. Если вы тронете хотя бы волос на наших головах, будете висеть на реях! Отсюда вам не уйти, наш экипаж превосходно вооружен!
Великан в капитанской фуражке медленно подходил к Вильмовскому, держа его на мушке своего револьвера. За ним следовала группа вооруженных верзил. Они шли в молчании, готовясь к внезапному прыжку.
Вильмовский не отступил перед ними. Он стоял, чуть наклонившись вперед. Незаметно взглянул на «Ситу». На топе мачты горел фонарь. Внезапным движением он выхватил из кармана револьвер и выстрелил вверх. В этот момент толпа врагов бросилась на него.
– Пираты! – что есть силы крикнул Балмор, так что голос его разнесся по всей лагуне.
С «Ситы» грянул винтовочный залп. Над палубой пиратского судна просвистели пули. Пираты повалили почти не сопротивлявшегося Вильмовского на доски палубы. Теперь, под прикрытием фальшборта, бросились к Балмору и Бентли.
Охваченный ужасом Балмор был убежден, что все они погибнут. Вильмовский лежал без движения, к нему тянулись лапы вооруженных пиратов. В отчаянии Балмор ударил ближайшего нападающего кулаком в подбородок, молниеносно подскочил к борту и, словно олень, прыгнул через него. Балмор прекрасно плавал, поэтому выплыл только в нескольких метрах от судна работорговцев.
VII
Капитан Новицкий атакует
На «Сите» услышали сигнальный выстрел Вильмовского и крик Балмора. По команде капитана Новицкого с «Ситы» прогремел винтовочный залп, но, конечно, так, чтобы пули прошли выше палубы пиратского корабля. Капитан Новицкий не отрывал глаз от бинокля. В полумраке видимость была плохая, но, несмотря на это, капитан заметил момент поражения своих товарищей и прыжок Балмора в воду. Новицкий приказал немедленно спустить шлюпку.
Томек, Смуга и два матроса сели на весла. Новицкий, не выпуская из рук винтовку, сел за руль. Они быстро подошли к пловцу. Капитан помог Балмору взобраться на борт шлюпки, которая потом уже без всяких осложнений вернулась к яхте.
Как раз в этот момент упали первые капли дождя. Порывистый ветер усилился и вскоре превратился в настоящий ураган. Дождь перешел в ливень. Вода сплошным потоком лилась на качающуюся палубу корабля. К счастью, судно, ставшее на якорь в относительно тихой, защищенной от ветра лагуне, находилось в безопасности. Беснующийся в темноте ураган не позволял пиратам напасть на судно. Поэтому капитан Новицкий оставил на палубе только дежурных индийских матросов, а сам с остальными членами экипажа удалился в кают-компанию на совет.
Сначала Балмор рассказал присутствующим обо всем, что произошло на пиратском судне. Все внимательно выслушали его рассказ.
Когда Джеймс Балмор умолк, капитан Новицкий сердито сказал:
– Ого, мы уже вторично встречаем работорговцев во время наших экспедиций. Первый раз это было в Африке. Помнишь, Томек, нахала Кастанедо?
– Конечно помню! Ведь вы вели с ним настоящий бой!
– Да, силен был, верзила! Жизнью заплатил за свою позорную торговлю! Но теперь положение у нас гораздо хуже. Кроме несчастных рабов, пираты держат у себя наших товарищей.
– Ведь ты предусматривал, что на судне наши могут встретиться с опасностью! – заметил Смуга.
– Ну, что и говорить! Этот корабль, якобы оставленный экипажем, сразу возбудил у меня подозрение, – признал Новицкий.
– Почему же вы поступили столь легкомысленно и послали туда моего отца, который – вы знаете это прекрасно – не признает употребления оружия даже против преступников, – взорвался Томек. – Вдобавок в помощь ему вы дали Бентли и Джеймса!
– Не вини капитана в легкомыслии, – возразил Смуга. – По-моему, он поступил очень разумно. Не зная, что происходит на судне, которое, казалось, оставлено своим экипажем, капитан послал туда людей умных, не увлекающихся применением оружия по любому поводу. Правда, посланцы попали в переплет, но зато им есть кому помочь.
– Как пить дать, это самое я и думал! – согласился капитан. – Если приключится что-нибудь плохое с одним из наших, пираты ответят за это головой!
– Подумай-ка, Томек, – продолжал Смуга. – Ведь пираты могли сразу же пристрелить пленных, но не сделали этого. Они не стреляли даже в бегущего Джеймса.
Томек понурил голову и сказал:
– Извините, пожалуйста… но я очень беспокоюсь об отце и о Бентли. Что нам теперь делать?
– Сидеть сложа руки не будем, – утешил его капитан Новицкий. – Кто атакует первым, тот легче побеждает!
– У тебя уже есть план? – спросил Смуга.
– Какой бы я был капитан, если бы у меня не было плана! – ответил Новицкий. – Мне в Рабауле говорили, что британские корабли несут патрульную службу в Торресовом проливе. Эти торговцы рабами, по всей вероятности, скрылись здесь совсем не от бури! Видимо, кто-то преследовал их!
– Ты, возможно, прав. Я слышал, что в последнее время англичане вынуждены были серьезно взяться за блэкбердинг. Позорная деятельность людей, наживающихся на блэкбердинге, привела к тому, что побережье залива Папуа и одиноких островков в океане обезлюдели, – сказал Смуга.
– Что такое блэкбердинг? – спросила Наташа.
– Блэкбердинг, или охота на черных дроздов, – это не что иное, как ловля и продажа в рабство туземцев Новой Гвинеи. Это весьма выгодное дело. Даже теперь австралийские плантаторы из Квинсленда платят большие деньги за рабов, – ответил Смуга.
– В последнее время у нас стали осуждать это позорное явление, – сказал Стэнфорд, препаратор, включенный в экспедицию Бентли. – Блэкбердинги, или, как их еще зовут, стервятники Тихого океана, здорово наживались на торговле рабами. Теперь, пожалуй, золотые времена для них уже кончились! По закону, если их поймают с поличным, им грозит виселица.
– Скажите, капитан, ведь мы не оставим несчастных туземцев в руках пиратов?! – воскликнула Салли.
– Дело трудное, – с сомнением сказал Стэнфорд. – Работорговцы, как правило, набирают на службу людей из самых подонков общества, авантюристов, преступников, каторжников, бежавших из ссылки на острова Полинезии, вообще людей, стоящих вне закона. Они способны пойти на все. Без борьбы они свою добычу ни за что не отдадут!
– Ну что ж, поживем – увидим! – ответил Новицкий, грозно насупив брови. – Я выполню свой долг!