Альфред Бестер – Тигр! Тигр! (страница 87)
— Тебе ни шиша не нужно, — ответил громила, выбрасывая вперед огромную лапу. — Гони монету.
Толпа радостно взревела. Фойл оскалился и плюнул ему в глаз. Все испуганно застыли. Громила отшвырнул проституток и яростно кинулся на Фойла. Через пять секунд он ползал на полу; Фойл придавил его шею ногой.
— Нужно Кемпси, — ласково проговорил Фойл. — Сильно нужно. Лучше скажи, а не то конец тебе, и все.
— В уборной! — прохрипел громила. — Отсиживается. Он всегда там…
Фойл презрительно швырнул остаток денег и быстрым шагом прошел в уборную. Кемпси скорчился в углу, прижав лицо к стене, глухо постанывая в однообразном ритме, очевидно, не первый час.
— Кемпси?
Ему ответило мычание.
— Что такое, ты?
— Одежда… — всхлипнул Кемпси. — Одежда. Везде. Повсюду. Одежда. Как грязь, как блевотина, как дерьмо… Одежда. Кругом одежда.
— Вставай. Вставай, ты.
— Одежда. Везде одежда. Как грязь, как блевотина, как дерьмо…
— Кемпси, очнись. Меня прислал Орель.
Кемпси перестал стонать и повернул к Фойлу распухшее лицо.
— Кто? Кто?
— Меня прислал Орель. Я помогу тебе. Ты свободен. Уносим ноги.
— Когда?
— Сейчас.
— Благослови его Бог! О Господи, благослови!..
Кемпси неуклюже запрыгал, исцарапанное багровое лицо расплылось в искаженной улыбке. Он надтреснуто смеялся и скакал; Фойл вывел его из уборной. Но в бараке Кемпси снова застонал и заплакал. Они шли по длинному помещению, а голые шлюхи хватали охапки грязной одежды и трясли перед его глазами. Кемпси что-то нечленораздельно хрипел и трясся, на губах выступила пена.
— Что такое, с ним? — спросил Фойл у громилы на языке уличных подонков.
Громила демонстрировал ныне почтительный нейтралитет, если не горячую любовь.
— Всегда так, он. Сунешь рванье — и дергается.
— Чего он?
— Чего? Чокнутый, и все.
В тамбуре Фойл натянул на себя и Кемпси скафандры и вывел его на ракетное поле. Антигравитационные лучи бледными пальцами тянулись из шахт к зависшей в ночном небе горбатой Земле. В яхте Фойл достал из шкафчика бутылку и ампулу, нашел стакан и спрятал ампулу в ладони.
Кемпси жадно глотнул виски — все еще потрясенный, все еще ликующий.
— Свободен, — бормотал он. — Благослови его Бог! Свободен… — Он снова выпил. — Что я пережил… До сих пор не могу поверить. Это словно во сне. Почему мы не взлетаем? Я… — Кемпси подавился и выронил стакан, в ужасе глядя на Фойла. — Твое лицо! — воскликнул он. — Боже мой, твое лицо! Что с ним случилось?
— Ты с ним случился, ты, сволочь! — вскричал Фойл.
Он прыгнул — подобранный, как тигр, жестокий, как тигр, пылая тигриной маской, — и метнул ампулу. Та вошла в шею Кемпси и, подрагивая, повисла. У Кемпси подогнулись ноги.
Фойл ускорился, подхватил тело в падении и понес в правую каюту. На яхте было всего две каюты, и обе Фойл подготовил заранее. Правая каюта была превращена в операционную. Фойл привязал тело к столу, открыл чемоданчик с инструментами и начал тончайшую операцию, технику которой усвоил в то же утро гипнообучением… операцию, возможную только благодаря его пятикратному ускорению.
Он разрезал кожу и фасцию, пропилил грудную клетку, обнажил сердце, рассек его и соединил вены и артерии с механизмом искусственного кровообращения, находящимся рядом со столом. Потом наложил на лицо Кемпси маску и включил кислородный насос. Прошло двадцать секунд объективного времени.
Фойл замедлился, проверил температуру Кемпси, сделал противошоковый укол и стал ждать. Клокочущая кровь шла через насос в тело Кемпси. Через пять минут Фойл снял кислородную маску. Дыхательный рефлекс поддерживался. Кемпси жил без сердца. Фойл сидел у операционного стола и ждал. На лице его горело клеймо.
Кемпси был без сознания.
Фойл ждал.
Кемпси пришел в себя и закричал. Фойл вскочил, затянул ремни и склонился над распростертым телом.
— Здравствуй, Кемпси.
Кемпси кричал.
— Взгляни на себя, Кемпси. Ты мертв.
Кемпси потерял сознание. Фойл наложил кислородную маску и привел его в чувство.
— Дай мне умереть, дай мне умереть, ради Бога!
— В чем дело? Что, больно? Я умирал шесть месяцев и не выл.
— Дай мне умереть…
— В свое время. В свое время… если будешь вести себя как следует. Шестнадцатого сентября 2336 года ты находился на «Ворге»…
— О Боже, дай умереть…
— Ты был на «Ворге»?
— Да.
— Вам встретились остатки кораблекрушения. С обломков «Номада» попросили о помощи, а вы прошли мимо. Так?
— Да.
— Почему?
— Господи! О Господи, помоги мне!
— Почему?
— Боже мой!
— На «Номаде» был я, Кемпси. Почему вы обрекли меня на смерть?
— О Боже мой, Боже мой! Господи, спаси меня!
— Я спасу тебя, Кемпси, если ты мне ответишь. Почему вы бросили меня?
— Мы не могли.
— Не могли взять на борт? Почему?
— Беженцы.
— А-а, значит, я верно догадался. Вы везли беженцев с Каллисто?
— Да.
— Сколько?
— Шестьсот.
— Это немало, но еще для одного места бы хватило. Почему вы меня не подобрали?
— Мы их прикончили.
— Что?! — вскричал Фойл.