Альфред Адлер – Наука жить. Жизнь и ее модели (страница 9)

Сейчас, пожалуй, следует обратиться к определению нормального стиля жизни и объяснить, как с его помощью мы анализируем ошибки и характерные особенности. Но прежде всего следует упомянуть, что в подобных исследованиях не принимаются в расчет разные типы людей. Мы их не рассматриваем, потому что каждый человек обладает индивидуальным стилем жизни. Как на дереве не найдешь двух абсолютно одинаковых листьев, так и в жизни нельзя найти двух абсолютно одинаковых людей. Природа столь богата, а возможности стимулов, инстинктов и ошибок так многочисленны, что два человека не могут быть абсолютно одинаковыми. Следовательно, рассуждения о типах стоит рассматривать исключительно как интеллектуальный прием, призванный сделать более понятным сходство индивидов. Мы можем качественнее делать выводы, если описываем интеллектуальную классификацию и изучаем ее специфические особенности. Однако при этом мы не обязуемся всегда использовать одну и ту же классификацию: пользуемся той, которая наиболее полезна для выявления определенного сходства. Люди, которые серьезно относятся к типизации, однажды поместив человека в ячейку, не видят, как его можно отнести к какому-либо типу в другой классификации.

Чтобы пояснить нашу точку зрения, приведем пример. Когда мы говорим о социально неприспособленном типе личности, мы имеем в виду человека, ведущего бессмысленную жизнь, в которой нет места социальным интересам. Это один из способов классификации людей, быть может, самый важный. Но возьмем человека, чей интерес, пусть и ограниченный, сосредоточен на том, что можно увидеть, на визуальной стороне жизни. Такой человек полностью отличается от того, чьи интересы в основном сосредоточены на том, что можно услышать, при этом и тот, и другой могут быть социально неприспособленными и испытывать сложности при общении с членами своих коллективов. (Поэтому классификация по типам может запутать, если мы не осознаем, что типы – это просто удобные абстракции.)

Теперь давайте вернемся к нормальному человеку, эталону, от которого мы измеряем все отклонения. Нормальный человек – это индивидуум, который живет в обществе и чей образ жизни так встроен в систему, что, вне зависимости от его желания, общество получает от его деятельности определенную выгоду. А еще, уже с психологической точки зрения, у него достаточно энергии и мужества, чтобы не увиливать от проблем и трудностей, когда они встречаются у него на пути. У психопатических личностей эти качества отсутствуют: они не приспособлены социально и не готовы психологически решать повседневные задачи. В качестве примера приведем случай с одним мужчиной тридцати лет, который в последний момент всегда уходил от решения своих проблем. У него был друг, но он всегда держался с ним настороже, отчего их дружба так и не окрепла. В таких условиях дружба развиваться не может, ведь второй человек чувствует напряжение в отношениях. Легко понять, что друзей у этого человека не было, хотя он водил знакомство со многими. Чтобы поддерживать дружбу, ему не хватало ни достаточной заинтересованности, ни социальной адаптации. Если честно, он не любил общество и в компании все время молчал, объясняя это тем, что мыслей нет, а значит, и говорить нечего.

Более того, мужчина отличался застенчивостью. Его розоватого оттенка кожа иногда краснела, когда он с кем-то заговаривал. Хотя если у него получалось преодолеть робость, говорил он весьма неплохо. Что ему действительно было нужно, так помощь, но без критики. В своем обычном состоянии он, конечно, был не самым лучшим собеседником и не очень нравился окружающим. Он это чувствовал, и в результате говорил все меньше и меньше. Можно сказать, что стиль его жизни был таков: как только он, находясь в обществе, подходил к людям, он привлекал внимание.

Помимо наличия общественной жизни и искусства ладить с друзьями немаловажен вопрос о профессиональной деятельности. Например, нашего пациента мучал назойливый страх потерпеть на работе неудачу, и он днями и ночами учился. Он перерабатывал и переутомлялся. И из-за переутомления он пришел к выводу, что не в состоянии решить этот жизненно важный вопрос.

Если сравнить подход нашего пациента к двум жизненным вопросам, можно заметить, что он всегда был чрезмерно напряжен. Что говорит о наличии сильного чувства неполноценности. Он недооценивал себя, считал других людей неприветливыми, а возникающие новые ситуации – неблагоприятными. И все время вел себя так, словно находился в стане врага.

Теперь у нас достаточно данных, чтобы обрисовать стиль жизни этого человека. Его желание развиваться очевидно, но оно блокируется страхом поражения. Складывается ощущение, что он, вытянувшись в струну, стоит над бездной и никак не может расслабиться. Ему удается идти вперед, но лишь условно, при этом он предпочел бы сидеть дома и держаться особняком.

Третий вопрос, с которым столкнулся этот человек – и это вопрос, к которому большинство людей не очень хорошо подготовлены, – это вопрос любви. Он не решался подойти к представительницам женского пола. Ему хотелось любви, хотелось создать семью, но из-за сильного чувства неполноценности он страшился этой перспективы. Он не мог реализовать свои планы, а все его поведение и отношение можно описать в целом такими словами: «Да… но!» Сначала он влюбляется в одну девушку, затем в другую. Что, естественно, часто случается с невротиками, ведь в некотором смысле две девушки значат меньше, чем одна. Эта истина порой объясняет склонность к полигамии.

А теперь давайте обсудим причины такого стиля жизни. За анализ причин берется индивидуальная психология. Этот мужчина сформировал стиль жизни в течение первых четырех или пяти лет. В то время, скорее всего, возникла какая-то трагическая ситуация, которая его сформировала и вылепила, поэтому нам нужно ее поискать. Мы понимаем, что-то заставило его потерять естественный интерес к другим людям и сформировало впечатление, что жизнь – одна большая проблема и что лучше просто замереть, чем постоянно натыкаться на трудности. Поэтому он превратился в человека осторожного, нерешительного, находящегося в поисках путей обхода.

Стоит упомянуть тот факт, что он был первенцем. И, как мы уже говорили, это имеет большое значение. Мы показали, как в случае с первым ребенком основная проблема возникает из-за того, что он много лет находится в центре внимания, а затем в одночасье уступает свой трон другому. Если человек застенчив и боится действовать, причина часто в том, что предпочтение отдали кому-то другому. Вот и в этом случае нетрудно обнаружить корень всех бед.

Во многих случаях нужно только задать вопрос. Вы первый, второй или третий ребенок? И уже есть все, что нужно. Можно воспользоваться совершенно иным методом: поинтересоваться ранними воспоминаниями, которые мы подробно обсудим в следующей главе. Этот метод оправдан, поскольку эти воспоминания или первые образы составляют часть основы стиля жизни в раннем возрасте, часть того, что мы назвали прототипом. Когда человек повествует о своих ранних воспоминаниях, можно натолкнуться на действующую часть прототипа. Оглядываясь назад, каждый вспоминает что-то важное, к тому же запечатленное в памяти всегда имеет значение. Некоторые школы в психологии руководствуются противоположными убеждениями. Они считают самым важным то, что человек забыл, хотя на самом деле между этими двумя идеями нет большой разницы. Человек, быть может, способен поведать о своих сознательных воспоминаниях, но при этом не знает, что они означают. Он не видит, как они влияют на его действия. Получается, результат один и тот же, подчеркиваем ли мы скрытую или позабытую значимость сознательных воспоминаний или важность забытых воспоминаний!

Мелочи, вырисовывающиеся в ранних воспоминаниях, весьма красноречивы. Например, человек может рассказать, что в детстве мать водила его и младшего брата на рынок. Этого достаточно. Из этого можно вывести его стиль жизни. Он вспоминает себя и младшего брата. И мы понимаем, что наличие младшего брата, скорее всего, имеет значение. Расспросите его подробнее, и, быть может, обнаружится какая-то схожая ситуация: человек припомнил, что в тот день пошел дождь, мать взяла его на руки, но потом поставила обратно, так как нужно было нести малыша. Так можно представить стиль жизни этого человека. Он всегда будет ждать, что ему предпочтут кого-то другого. И именно так можно понять, почему он не может говорить, находясь в обществе: он всегда оглядывается и ищет, нет ли рядом того, кого предпочтут. То же самое происходит и с дружбой. Он не может избавиться от мысли, что его друг предпочтет общаться с кем-то другим, а в результате настоящего друга у него и не будет. Он все время настороже, выискивая мелочи, которые мешают дружбе.

Можно также проследить, как трагическая ситуация, в которой он оказался, воспрепятствовала развитию социальных интересов. Он вспоминает, как мать взяла младшего брата на руки, и мы понимаем, что ему кажется, мать уделяла больше внимания этому младенцу, чем ему. Ему кажется, что предпочитают младшего брата, и он постоянно ищет подтверждения этой мысли. Он полностью убежден в своей правоте, отчего всегда находится под давлением… всегда ощущает, как ему невероятно сложно чего-то добиться в ситуации, когда есть более предпочтительный соперник.