alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 35)

Через два часа, вернувшийся Аластор разбудил Поттера и Тонкс, крякнув от досады, что не дал им как следует выспаться. Во сне Маскирующие чары сползли, открывая истинную внешность юного мага, уютно свернувшегося в кресле.

Пятнадцать минут спустя окончательно проснувшийся Гарри обсуждал с Аластором, ложную информацию, которую предстояло «скормить» агентам Темного Лорда. В качестве ловушки договорились использовать пустующую квартиру Люпина.

Хмури давно подозревал сотрудника Министерства при аврорате, поэтому дезинформировать решили именно его. А заодно — подготовить три надежных патруля, которым он доверяет.

Аластор рассказал Гарри, что пользуясь отсутствием Кингсли, он перетасовал кадры так, что сейчас есть уже семь патрулей, готовых хоть завтра перейти из подчинения министерства в подчинение Аластора, а значит и Гарри. Поттер поблагодарил старого аврора и попросил продолжать работу крайне осторожно. Светиться раньше времени нельзя.

Так же Гарри попросил Хмури подумать о том, как бы сделать так, чтобы учебный год в Хогвартсе начался на пару месяцев позже, чем обычно. Аластор недоуменно покрутил головой, но пообещал подумать.

Гарри взял со стола стакан, превратил его в портключ и намертво приклеил к руке Малфоя. Потом махнул аврору на прощание, и портключ понес всех троих в Поттер–мэнор.

В замке Винки равнодушно отлевитировала Люциуса в спальню, которую раньше занимал Северус Снейп и уложила на кровать. Гарри пришел следом через несколько минут, держа в руках с полдесятка склянок с зельями. Палочка Люциуса уже лежала в сейфе для артефактов, который открыть не мог никто, кроме Гарри.

Осмотрев бывшего Упиванца, Поттер с удовлетворением отметил, что процесс выздоровления набирает силу. Затем он попытался покопаться в сознании Люциуса и с сожалением отметил, что оно пока отсутствует. Но память вроде была не задета, значит, мозг сильно не пострадал. Гарри ввел пострадавшему Восстанавливающее и Снотворное зелья способом Снейпа, объяснил Винки ее обязанности и направился в зал.

В зале сидела Тонкс и с удовольствием уплетала рисовый пудинг. Добби с поклоном поставил перед Поттером блюдо с жареным мясом.

Когда домовик собирался исчезнуть с грязной посудой, юный маг остановил его:

— Добби, у меня для тебя известие, которое тебя вряд ли обрадует. У нас гостит твой бывший хозяин — Люциус Малфой.

Добби стал серым и его большие уши опустились и съежились. Он выглядел как маленький обиженный ребенок. Гарри нахмурился:

— Так надо, Добби, — продолжил хозяин мэнора, — ты можешь с ним не встречаться. Но он тяжело болен и за ним ухаживает Винки. Мне бы хотелось ее освободить от этой дополнительной работы.

— Он умрет, хозяин? — с надеждой спросил домовой эльф.

— Думаю, нет, — разочаровал домовика Гарри, — более того, он нужен мне живым. У него передо мной Долг Жизни, так что для тебя он безопасен. У меня есть к тебе поручение, Добби.

— Я рад выполнить любое поручение, хозяин!

— Не знаю, не знаю. Видишь ли, я хотел попросить тебя навестить Малфой–мэнор.

— Но, хозяин!

— Не перебивай, Добби! Малфоев там нет. Там, я думаю, три или четыре слуги Темного Лорда в засаде — на случай если Драко или Нарцисса вернутся. Но они не вернутся. Там остались домовики Малфоев, они наверняка перепуганы и не знают, что делать. Надо уговорить их покинуть замок и перенестись всем сюда. Кроме двоих, которых надо отправить по адресу, который я тебе дам прочитать. Учти, что после доставки эльфов и возвращения сюда этот адрес ты обязан забыть. Ну как, берешься?

Добби кивнул. Для него главное было не встретится с Люциусом, которого он все еще ненавидел и боялся.

— А где миссис Малфой и ее сын Драко? — спросил домовик.

— Они по адресу, который я тебе дал. Там ты должен оставить домовиков во дворе и сразу перенестись сюда. Разместишь своих собратьев в крыле для прислуги. А двоих из них Винки пусть сразу отведет к Люциусу. Она должна рассказать им, что делать и установить дежурство у постели больного. Если он очнется, я должен сразу узнать. С эльфами не церемонься — они должны понимать, что обязаны тебе жизнью. Да… и разденься, как… как раньше. А то любой Упиванец сообразит, что эльфу в одежде в Малфой–мэноре не место. Оденешься, когда вернешься. Все понял?

Эльф кивнул, взял листок, прочитал адрес и с хлопком исчез.

— Нимфи, нам пора. Захвати палочки Нарциссы и Малфоя.

Уже стемнело, когда Тонкс и Гарри перенеслись в тихий садик у небольшого ухоженного дома на окраине магловского поселка. Гарри остановился у дома, сосредотачиваясь. Он собирался первый раз в жизни применить чары «Фиделиус» и назначить Хранителя тайны местонахождения этого дома.

Теорию Гарри «когда–то читал», как он говорил обо всех знаниях, всплывающих в его памяти по мере надобности. На практике заклинание было достаточно сложное и к тому же светлое.

Гарри произнес магическую формулу. Дом ощутимо тряхнуло и окутало дымкой.

«Спасибо, крыша не поехала», — с неудовольствием подумал юный маг. Ему до сих пор не всегда удавалось правильно регулировать мощность на малознакомых заклинаниях.

На крыльцо дома выскочил Люпин с палочкой наготове. Увидел Гарри с Тонкс и направился к ним.

— Подожди, Ремус, — сказал Гарри, — я еще не закончил.

Он навел палочку на оборотня в отставке и произнес заклятие Хранителя. Золотистый луч прыгнул из палочки Гарри в грудь Ремуса, вспыхнул огненной подковой и медленно растаял в вечернем сумраке.

— Пойдем, Ремус. Посмотрим, получилось ли, — возбужденно позвал всех Гарри.

Они втроем вышли за калитку, обернулись и увидели, что дом, сад, двор и даже забор — исчезли. Перед ними тянулись заросли кустов. Гарри удовлетворенно хмыкнул. Ремус протянул руку с палочкой в направлении кустов и сказал:

— Дом Ан…

— Невербально, Ремус! — перебил Гарри.

Люпин вздрогнул и опустил палочку. Затем снова поднял ее, его губы беззвучно шевельнулись. Кусты развеялись как туман, открывая забор, двор, сад и дом.

— Хорошо, — удовлетворенно сказал Гарри, — теперь, Ремус, ты Хранитель тайны.

— Почему ты не стал им сам? — спросил Люпин.

— Не стоит складывать все яйца в одну корзину, — спокойно улыбнулся юный маг, — ну, идите в дом, а я подожду Добби с эльфами Малфоев.

На самом деле Гарри был очень взволнован. Он творил недоступную для большинства темную магию спокойно и почти без эмоций. А вот светлый Фиделиус взволновал его. Это заклинание было последней защитой его семьи, пока ее не сломало предательство.

Ждать пришлось почти час — то ли Добби долго уговаривал эльфов, то ли Упиванцы путались под ногами. Наконец, раздался строенный хлопок, и в дворике появился Добби, державший двух домовых эльфов за руки. Все трое были наряжены в грязноватые наволочки. Добби подошел к хозяину и поклонился:

— Я отправил семь эльфов в Поттер–мэнор. Винки уже занимается с ними. Со мной эльфы миссис Малфой и Драко Малфоя, а еще двух домовых эльфов убили эти страшные люди в черных плащах и масках.

Гарри махнул рукой эльфам, чтобы они подошли ближе. Те повиновались.

— За что Упивающиеся убили ваших собратьев? — мрачно спросил Гарри.

— Они забавлялись, милорд. Они говорили, что раз нет хозяев, чтобы отрезать головы эльфам, высушить и поставить на полочки, то придется это сделать им, пока нет возможности отрезать головы самим хозяевам. И громко хохотали… — пропищал один из эльфов.

— Иди, Добби, отправляйся домой.

— Ах, сэр, Добби так счастлив, что у него есть дом и такой хозяин!

— Ладно–ладно, ступай, помоги Винки. Я здесь сам разберусь.

Поттер сделал знак эльфам следовать за ним, открыл дверь и прошел в гостиную. В гостиной на диване, в изумлении уставившись на вошедшего Гарри, сидели Нарцисса и Драко Малфои. Напротив с палочками в руках устроились Люпин и Нимфи. А во главе стола, ласково улыбаясь Гарри, сидела хозяйка дома — Андромеда Тонкс.

Глава 30

Драко вскочил, закрыл лицо руками, застонал и рухнул обратно на диван:

— Мерлиновы подштанники! Опять Поттер! Да что же это за наказание такое! Куда не пойди, в какое дерьмо не вляпайся, обязательно натыкаешься на этого Лохматого — Очкарика-Который — Опять-Выжил. И всегда у него морда самодовольная и наглая. Ну, сейчас–то что тебе здесь понадобилось? — слизеринец чуть не плакал. Видно, сказалось напряжение последних дней. Да, и у Драко нервишки поистрепались.

Все присутствующие, кроме Нарциссы, с недоумением посмотрели на раскачивающегося на диване младшего Малфоя. Потом Тонкс тихонько прыснула в ладошку. Озадаченный Ремус пожал плечами и заулыбался. Предположения Поттера оправдывались. За пределами узкого круга людей никто в магическом сообществе не знал ни о переменах в Гарри, ни о том, жива ли «надежда магического мира» вообще.

— Не расстраивайся, Драко, — с иронией ответил Гарри, — война только начинается. Вполне возможно, что твое пламенное желание не встречаться со мной сбудется. Правда, неизвестно, по какой причине…. Да и очки я уже почти два месяца не ношу. Я вообще–то думал, что вам интересно, как дела у Люциуса.

— Драко, прекрати! — крикнула мать на сына и впилась глазами в лицо Поттера. Какое–то непонятное ощущение заставляло ее относиться к этому юноше с уважением. Бред. Нарцисса взволнованно вздохнула.

Гарри тепло поприветствовал хозяйку дома и извинился, что пришлось побеспокоить ее столь необычной просьбой.