alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 153)
— Говорил я тебе, нельзя ему давать эликсир, не отстанет теперь!
— Николас, заткнись! Прекрати болтать!
Гарольд задумался. Что–то не вязалось.
— Где оружие древних эльфов? — спросил он Дамблдора напрямик.
— Какое оружие? Первый раз слышу.
— Мистер Поттер, сдается мне, что дом подожгли, — вмешался Риктэм принюхиваясь. Со второго этажа вниз по лестнице опускались клубы едкого дыма. Гарольд понял, что положение становится сложным. Пора было на что–то решаться. Дамблдор, видимо, твердо решил не отдавать свое оружие. Похоже, надеется, что хорошо его спрятал. Неужели этому оружию не страшен даже огонь? Хм. Огонь огню рознь. Вот заодно и проверю.
— Риктэм, пора уходить. Мы уже достаточно искушали судьбу. Вы уйдете порталом, а я другим путем. Захватите с собой этих двух. В Хогвартсе встретимся.
— Хорошо! — Риктэм озирался с явной тревогой. Гоблины вообще не любят огонь, а в таком варианте пожара — и подавно.
— «Портус!» — пустая портретная рама налилась свечением и погасла. Портал был готов. Гарольд отдал его гоблинам, а те быстро приклеили к нему руки пленников и взялись сами. Взмах палочки активировал его, и вся группа исчезла. Сдерживая дыхание, Гарольд прошел к камину. На полке стояла реторта с темно–красной жидкостью. Это, видимо, и предназначалось Темному Лорду. Перебьется его Темнейшество. Реторта перекочевала в карман мантии. Пора. Камень и оружие где–то спрятаны и осталось только убедиться, что не здесь. А заодно наказать Упиванцев. За наглость.
— «Депримо!» «Экспульсо!» — дыра, пробитая в перекрытиях и крыше здания, выпустила стремительно взлетевшую фигуру мага. В одно мгновение он пронзил клубы плотного черного дыма и поднялся на две сотни ярдов над подожженным замком Фламеля. Черные цепи Упивающихся Смертью опоясывали дом со всех сторон. А из пробитой кровли рвались языки пламени. Огонь огню — рознь. Пора.
— «Адеско файр!» — языки Адского пламени обрушились сверху на обреченный дом и превратили его в ревущее горнило. Слуги Лорда бросились врассыпную, спасая свои жизни. Многие пытались аппарировать, но коллективно поставленный противоаппарационный щит не пускал их. Жар чувствовался даже на таком расстоянии. Гарольд благоразумно поднялся повыше еще на триста ярдов. Огромная сфера, наполненная ревом пламени и клубами дыма, стала видна полностью, жуткая в своей грандиозной нереальности. Но вот оно! В центре огненной каши мелькнула ослепительно–белая вспышка. Радужными волнами она заполнила собой всю полусферу защиты, превратившуюся в полусферу уничтожения. Гарольд резко набрал еще большую высоту и на максимальной скорости помчался прочь, выжимая из своей магической мощи все возможную скорость. Ударная волна догнала его через десяток секунд и жестким пинком швырнула вперед, как чудовищный ускоритель. Один из артефактов древнего эльфийского мира прекратил свое существование.
Глава 108
Гарольда закрутило в воздухе колесом. Магия обиделась и заклинание Левитации прекратило свое действие. Хорошо, что поток воздуха, рванувшийся вдоль лица, предупредил о падении. Юный маг от души выругался, вновь активировал чары и завис в сотне ярдов от земли, осматривая место катастрофы и его окрестности. К его удивлению, пейзаж практически не изменился. Пепелище на месте замка Фламеля даже не дымило. Только ровное пятно выжженной дотла земли аккуратным серым кругом выделялось на фоне густого лесного массива. И все. Что могло сгореть — уже сгорело, а что уцелело, не попав в сферу уничтожения, то безмятежно зеленело в ярде от сгоревшего. Гарольд подивился не столько силе взрыва, сколько силе, ее ограничившей. Так взорвать он и сам мог. Ну, почти так. А вот положить предел такому удару — это непонятно как и сделать. Чудеса, блин, из эльфийского царства. На его глазах остатки отряда Упиванцев строились на поляне и готовились к аппарации. Они крутили головами и дико таращились, рассматривая границу взрыва, и он не сразу понял почему. А когда понял, то поспешно отвернулся. Его замутило. На границе уничтожения лежали тела гвардейцев Лорда. Точнее — половинки тел. Они были аккуратно вертикально разрезаны — от макушки до пяток, и лежали цепью, как жуткие барельефы. Видимо, отряд стоял в резерве, и граница уничтожения прошла точно по одному из его рядов. М-да. Чудеса–то поганые — как всегда. Множественный хлопок возвестил, что слуги Воландеморта покинули место бесславной гибели своих товарищей. И чудненько. Убивать их не хотелось. Смерть и так собрала сегодня богатый урожай. Этак дела пойдут, и в новом магическом мироустройстве жить будет некому.
Сейчас Гарольда интересовал только то, что случилось с третьей группой. Раз гоблины оказались здесь, то и она должна быть неподалеку. Конечно, масса у магов больше и их могло просто не переместить, как положено. Но что тогда? Расщеп? С этим они справятся. Расщеп — не рана. И если его сразу блокировать, то он не опасен. А вот если они сунулись на территорию парка, то могли попасть под взрыв этой эльфийской пакости. Или, не дай Мерлин, Упиванцы на них напоролись? Что они, трое, могли сделать? Надежда лишь на опыт и благоразумие Люпина и Макгонагал. И зачем он втравил их? Знать бы заранее.
Облет и осмотр периметра ничего не дал. Неужели, погибли? Гарольд уже распсиховался не на шутку. И вдруг его сознания коснулся призыв:
«На помощь! Гарольд! На помощь! Меня выдирает, не удержаться! На помощь!»
«Где ты? Гарри? В Хогвартсе? Держись я скоро! Сейчас аппарирую!»
«Нет! Стой! Мы в лесу! Где–то недалеко от тебя! Гермиона без сознания, а меня выдирает из блока. Я не могу удержаться! Она погибнет! Помоги! Помоги!!!»
Гарольд резко крутанулся, держа палочки в положении поиска. Кажется, туда. Резкий набор скорости отбросил непокорную шевелюру волос на затылок и сжал ее в хвост. Вот они! Неприметная полянка. Неохватный вяз. Три фигуры в мантиях хлопочут вокруг четвертой, бессильно распластавшейся под деревом. Посадка получилась жесткой. Гарольд с лета перешел на бег и, не рассчитав скорость, налетел на вяз, набив на лбу здоровую шишку.
— Что с ней? — он, даже не дотрагиваясь, раздвинул магов и впился взглядом в девушку.
Макгонагал с искаженным лицом держала Гермиону за руку. Люпин стоял на коленях, безнадежно опустив руки, а Тонкс шарила по карманам, из которых вперемешку сыпались целые и разбитые пузырьки с зельями.
— Портал взорвался, — глухо ответил Ремус, — нас раскидало по сторонам. И больше всего не повезло ей. Она попала в ствол дерева. Объемное слияние. Мы извлекли ее оттуда, но спасти ее уже нельзя. У нее повреждения по всему телу. Она умерла…
— Нет еще, — с отчаянием простонала Макгонагал, — сердце трепещет, но мы ничего не можем сделать. Даже целители Мунго бессильны в таких случаях!
Гарольд тупо смотрел на бледную до синевы Гермиону. Ничего не говорило о том, что внутри ее тела еще теплится жизнь. Она уходила. И вместе с ней уходил его Гарри. Часть его души. Часть его самого.
Сбоку высунулась Тонкс и выбросила вперед руку с пузырьком, чуть не выбив глаз Люпину:
— Может, Восстанавливающее? — чуть не плача крикнула она.
Гарольд с размаху хлопнул себя ладонью по лбу:
— Ё–ё–ёб! — он выхватил из кармана реторту с жидкостью рубинового цвета. — Это Эликсир Жизни! Скорее! Как его применить?
Вытаращенные глаза и открытые рты были ему ответом.
— Тольку от вас, профессора и вояки! — с отвращением рявкнул он, и одним махом оборвал рукав мантии с плеча Гермионы. Пробка прыгнула из горлышка реторты, кажется, не дожидаясь приказа, а от одного его взгляда. Нежная кожа сгиба локтя девушки чуть не задымилась, когда, подчиняясь взмаху палочки, чудодейственный состав с шипением втянулся в нее.
Макгонагал схватила запястье Гермионы.
— Сердце бьется! Бьется! Это просто чудо!
— Минерва, прошу вас — тише! — Гарольд опустил голову, ментально проникая в плотную корку, окутавшую сознание девушки. Но это была все–таки корка, а не серый могильный камень.
«Гарри, как ты?»
«Плохо. Очень плохо. Щит упал. Сознание Герми, как на ладони, и меня в него затаскивает. Я не знаю, как сопротивляться».
«Держись, Гарри! Держись, парень! Я дал ей Эликсир Жизни! Она не умрет! Тебе должно стать легче».
«Ты не понимаешь, Гарольд! Мой ментальный щит в ее сознании уже разрушен! Я не могу его восстановить! Меня затягивает в ее сознание! Понимаешь? Ты понимаешь?!»
Да, он понимает. Хоркрукс уже активирован на собственное спасение из–за гибели носителя. И то, что эликсир оживил девушку, не изменило положения Гарри. Просто до этого хоркрукс искал новый носитель вне тела девушки, а теперь, после оживления, начинает захватывать тело Гермионы. Ментальный щит хоркрукса разрушен и пути назад для него нет. И сам Гарри ничего сделать не может. Ведь он не хоркрукс, а лишь его начинка. Теперь хоркрукс захватит тело Гермионы и поселит там сознание Гарри насильно. Нетрудно представить последствия. Гарольд содрогнулся.
«Гарри! Держись, сколько можешь! Мы переносимся в Хогвартс! Держись, сколько сможешь!»
Он вскочил. Объяснять некогда. Одна палочка отсекла ветку дерева. Другая согнула ее в колесо. Первая — «Портус!». Вторая — приклеила руки Гермионы и ее спутников к еще горячему от создания порталу. Взмах первой — и невидимый крюк впивается в ребра привычной перегрузочной болью старта.