alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 110)
— Хм! Минерва, получается, совсем не такая идеалистка, как кажется.
— Опыта ей не занимать. А уж по натуре она — боец. Помню ее баталии с Амбридж. Лучшего директора для Хогвартса мы не найдем.
— Не спорю, — Снейп помолчал, — когда Лорд обсуждал судьбу Хогвартса, по его плану директором должен был стать я.
Поттер усмехнулся, и дальше до своего жилища они прошли молча.
Через полчаса раздался стук в дверь. Гарольд взмахнул рукой, и та немедленно распахнулась. Вошла Макгонагал, прошла к столу и села на вежливо предложенный стул. Директрисса улыбалась, но за улыбкой проглядывалось беспокойство. Гарольд подошел к двери Снейпа:
— Свободный зельевар, мы ждем вас.
Макгонагал подняла брови. Этот «титул» Снейпа она явно слышала впервые.
— Сэр Поттер, у вас сегодня игривое настроение, — сказал вошедший Снейп. Гарольд сделал приглашающий жест Минерве.
— Даже не знаю, как начать, — Макгонагал сплела и расплела пальцы рук, — в общем, ко мне обратился Невил Лонгботтом. Он попросил меня переговорить с вами, мистер Поттер.
— Странно. Почему Невил не обратился ко мне напрямую?
— Может быть, вы не замечаете, но много ли ваших однокурсников к вам подходит?
— Хорошо, я понял.
— Он был в очередной раз в Мунго у родителей. Разговаривал с лечащим колдомедиком. Тот, видимо, был раздражен очередным, с его точки зрения бессмысленным разговором и посоветовал Невилу обратиться к Избранному.
Гарольд в недоумении пожал плечами.
— Да, именно так. К Избранному. Избранный легко и просто снимает Черную метку с Упиванцев, так неужели он не может помочь родителям Невила? Тем более, что Невил вместе с ним сражался в министерстве. Колдомедик излил на парня свой сарказм и ушел. Проблема в том, что Лонгботтом принял все всерьез и очень близко к сердцу.
— И он всерьез пришел к вам, чтобы вы попросили меня вернуть разум его родителям?
— Да.
Гарольд был озадачен. Такого он не ожидал.
— Ничего не знаю о механизме безумия.
— Знаете, — подал голос Снейп.
— Знаю?
— Разумеется. Вы рассказывали, что находили в собственном подсознании исправленные или стертые воспоминания. И при этом вы удивлялись, что вы еще в своем уме. Было такое?
— Было. Но те воспоминания были стерты Дамблдором. А здесь безумие наступило от многочасовых пыток. Не улавливаю связи.
— Доказать или обосновать я это не могу, но мне кажется, что явления схожие. И в том, и в другом случае происходит переход из сознания в подсознание. Только в одном случае перемещается память, а в другом — активная информация
— Что такое активная информация?
— Это собственно личность. Представьте себе, что вы лишились памяти. Вы не помните своего прошлого, но ваши вкусы, привычки, склад ума, движения, жесты — все осталось прежнее. Вы неполноценны в социальном плане, но стоит поселить вас изолированно — вы сможете жить нормальной жизнью. Главное, чтобы ничто не напоминало об утрате памяти о прошлых событиях — и вы прекрасно обойдетесь без них. Так и происходит при применении заклятия «Обливиэйт». А если предположить, что при продолжительном болевом шоке в подсознание может уйти эта самая активная информация — то вот вам и безумие в чистом виде.
Гарольд выслушал и задумчиво пробормотал:
— Активная информация — она же душа, она же личность, она же ментальность и хрен поймешь, как это ее можно разорвать.
Снейп сдвинул брови:
— Вот вы о чем, Поттер? Но это надо доказать. А это очень непросто.
Гарольд тряхнул головой:
— Будем пробовать. Миссис Макгонагал, сообщите Невилу, что я попробую помочь его родителям. Подготовьте запрос в Мунго на перевод в Хогвартс супругов Лонгботтомов. Они не опасны и создать им условия будет несложно. Разумеется, никто до поры не должен знать об их пребывании в стенах школы.
Минерва с некоторым упреком посмотрела на Гарольда:
— Вы не увлекаетесь? Вы дадите надежду, которая может не оправдаться.
— Вы же понимаете, что, по крайней мере, мы не навредим. Состояние четы Лонгботтомов уже пятнадцать лет стабильно безнадежное.
— Надеюсь, вы знаете, что делаете, мистер Поттер.
Макгонагал ушла. Снейп и Поттер некоторое время посидели молча. Потом зельевар спросил:
— У вас есть план?
— Пока нет. Я хочу попробовать глубокое ментальное проникновение. Я был в своем сознании, в сознании Гермионы, в сознании Упиванцев, в вашем, кстати, тоже. Надо понять, в чем разница между сознанием нормального человека и человека, лишенного рассудка.
— Это может быть опасно.
— Разумеется. Надо пробовать во сне.
— А они спят?
— Скоро узнаем. И вот еще… — Гарольд помолчал, — посмотрите еще раз воспоминание Люциуса. Указания жреца по использованию руны. Мне кажется, там есть намек, что они дали нам не все.
— В каком месте?
— В том месте, где он уверенно говорит, что я должен прислать ему еще сто тысяч галеонов. Не понимаю. На чем эта уверенность основана?
— Замечательно. А теперь подробнее на тему — «невеста — не жена».
Драко скучающе смотрел в стену.
— А что здесь непонятного? Сейчас моего отца захватила идея преодолеть с помощью нашей помолвки раздор между двумя чистокровными родами и, чего греха таить, породниться с родом, который находится под особым покровительством Избранного.
— Почему под особым?
— Уизли, не притворяйся тупой. Мне известно, что под этими рыжими кудрями скрывается не совсем пустая голова.
— Это комплимент? Какой–то он сомнительный.
— Понимай, как хочешь. Я не думаю, что для какой–то другой семьи Поттер стал бы перекапывать архивы гоблинов в поисках пропавшего наследства. Непонятно, как его вообще туда пустили. Похоже, Риктэм ему ни в чем не отказывает.
— Поттер раскопал наше наследство? Ты уверен? А что же Скримджер говорил родителям…
— Спасибо, что проболталась. Рон все увиливает от этого вопроса. А мне было важно узнать, какой новый «доброжелатель» появился у нашего рода. Оказывается, он не новый, а весьма старый.
— Мистер Малфой! Это нечестно! Вы заставили меня проговориться, и теперь у меня будут проблемы с мамой и Перси.
— Я не собираюсь тебя подставлять… Джинни.
— Перси и так воспринял визит твоего отца в штыки. Ведь он и привел этого Скримджера. Правда, потом он почему–то успокоился.
— Ничего себе. На твоем месте я сообщил бы о Скримджере твоему дражайшему Поттеру. Это ведь явно не случайно. Извини, но я кое–кому расскажу, не раскрывая, разумеется, от кого я это узнал.
— Рассказать Поттеру? Легче к лысому Мерлину на прием попасть, чем к Избранному.
— Вот как? А ты пробовала? Или — «любовь ушла — физалисы завяли», Уизли?
— Отстань. Не твое дело!
— Пока мое, к сожалению. Итак, о помолвке. Мой отец настроен решительно, а мама ему не перечит. Она даже запросила у какого–то частного агента собрать на тебя «Описание характера и поступков».
— Этого еще не хватало! Он будет лазать по школе и расспрашивать моих подруг?
— Успокойся. Такие агенты прямыми расспросами не занимаются. У них тонкие и сложные приемы сбора сведений. И их услуги стоят весьма недешево. Все это подсказывает мне, что от помолвки нам не отвертеться.
— Мои родители тоже пишут, что эта помолвка важна для рода, что отпрыск рода Малфоев достойная партия. Что мне надо присмотреться к тебе внимательнее, и я наверняка обнаружу в тебе кучу достоинств, на которые раньше не обращала внимания по причине вражды между нашими родами.